Мария и Анна КРЕКЕР

Жизнь с избытком

Воспоминания о жизни и служении Якова Крекера (1872-1948), одного из основателей и директора Миссионерского союза «Свет на Востоке».

Предисловие

Вспоминая о жизни Якова Крекера, удивительно богатой на события, нам по силам описать лишь её небольшие эпизоды, в которых более всего проявилось невыразимое Божье величие. Мой дорогой муж был обычным человеком, но его духовные дарования, обращённое к Богу сердце выделяли его среди многих людей.

Ещё в юности он посвятил свою жизнь Господу. Благодаря раннему призванию на служение он долгое время возрастал как свидетель Иисуса Христа.

Будучи знаком со многими известными лицами как внутри страны, так и за её пределами, постоянно изучая Священное Писание, мой муж имел живое общение с Богом и приобрёл удивительное умение разбираться в людях. Своё богословие он получил у ног Христа. Именно Господь открывал ему глаза и учил его подобно пророку Исаии (Ис. 50:4-5). Разумеется, при изучении Божьего Слова он также обращался и к богословским книгам. Они тоже помогали ему в исследовательской работе.

Последним трудом Якова стало толкование на Послание к римлянам. При его жизни оно не было опубликовано, но он всё же успел завершить и эту работу, о чём сам сообщил на смертном одре.

Пусть наша книга воспоминаний «Жизнь с избытком» станет благословением и радостью для друзей Якова, рассеянных по всему миру.

Анна Крекер,

урождённая Лангеманн

Во имя Господа Иисуса Христа

На тёплом юге огромной Российской империи, в плодородных и благословенных землях Таврической губернии {Территория Крыма и прилегающие к нему земли. — Прим. переводчика.}, в широких степях были разбросаны поселения меннонитов. Они выглядели маленькими цветущими островками среди бушующего мирского моря. Благодаря трудолюбию и богобоязненности меннониты добились значительного экономического успеха и облагородили некогда пустующие безбрежные степи. Их можно также назвать провозвестниками Евангелия, жившими в православном и мусульманском окружении. Откуда же появились эти люди? Где находилась их родина и к чему они стремились?

Со времён Христа существуют сообщества людей, призванные Святым Духом возвещать Евангелие. Свою жизнь они делят на прошлую, мирскую, и на новую, христианскую. Эти верующие люди называют себя частью Церкви Христовой, Его невесты, и видят своё призвание в том, чтобы жить чисто и свято. Государственная церковь их не признавала и даже боролась с ними, но всюду, где бы они ни находились, эти люди оставляли добрые следы, оказывали благотворное влияние на окружающий мир. К таким живым христианам относятся и крещенцы, голландские меннониты.

Они являются последователями реформатора Менно Симонса и представляют собой группы возрождённых христиан. Меннониты стойко переносили преследования за веру в прошлом и по сей день тверды в своих христианских убеждениях. Их отличительной чертой всегда было стремление к миру, они отказывались от военной службы. Во времена испанского господства в Голландии католическая инквизиция преследовала людей, крестящихся в сознательном возрасте. Многие меннониты тогда стали мучениками за веру.

Протестантские церкви их тоже гнали, потому что крещенцы стремились жить по Евангелию, отвергая человеческие традиции и предания. Члены меннонитских общин, притесняемые и гонимые, нередко собирались на свои богослужения тайно. Необходимы были мужество и твёрдая вера, чтобы посещать такие собрания. Жизнь верующих проходила в страданиях. Сотни из них — и мужчин, и женщин — были сожжены, утоплены или повешены... Они прошли этим путём страдания, не отрекаясь от своей веры в Господа Иисуса Христа. Слыша христианские гимны мучеников, которыми они укрепляли друг друга, даже многие их недоброжелатели бывали тронуты до глубины души.

Приход к власти герцога Альбы в 1567 году стал апогеем гонений. В течение трёх месяцев к смертной казни были приговорены 1800 человек! Тогда и началось массовое переселение меннонитов на Восток. Сначала они двинулись в Северную Германию и в Польшу, в особенности в Данцигский округ {Город Гданьск. — Прим. переводчика.}. Однако и здесь меннонитам долго пришлось терпеть обиды и притеснения. Наконец, манифест российской императрицы Екатерины II, обнародованный в 1786 году и зачитанный в меннонитской общине в Данциге, указал им то место на земле, где забрезжил свет религиозной свободы. Этот манифест обещал колонистам, переселившимся в Россию, плодородные земли и свободное исповедание их веры. Многие семьи тогда решили ехать.

Именно в России у меннонитов впервые появилась возможность раскрыть свой потенциал. Около ста тридцати лет продолжался их мирный труд на новом месте, они пережили много благословений и делились ими с окружающими людьми. Сама их культура принесла добрый плод.

Однако затем в России меннонитов тоже стали преследовать. В старых колониях осталось мало жителей. Однако былые благословения всё ещё пребывают там, напоминая о себе порою далеко за пределами поселений.

Самое лучшее наследие меннонитов в России связано с духовным трудом тех из них, кто не боялся выходить из своих селений и с горящей верою провозглашал многим людям Евангелие Иисуса Христа. Эти братья и сёстры несли Благую весть, что приводило к пробуждению и в их собственных колониях, и по всей России. Жизнь меннонитов, в особенности призванных к благовестию, стала плодотворной почвой для движения российских штундистов, евангельских христиан и баптистов.

Директор миссии «Свет на Востоке» Яков Крекер был одним из таких замечательных людей, призванных Господом на служение. Он прошёл свой жизненный путь с непоколебимой верой и в глубоком послушании Господу Иисусу Христу.

Несчастный случай

В 1872 году, 31 октября (по старому стилю), в селе Гнаденталь на Юге России в семье меннонитов Иоганна Крекера и его жены Сусанны, урождённой Конрад, родился первенец — здоровый мальчик. Он взирал на мир большими голубыми глазами, а волосы у него были тёмными.

Счастливые молодые родители подолгу наблюдали за своим первенцем в колыбели. Отец возлагал большие надежды на крепкого малыша, смотрящего на мир умными глазками. Он должен был стать трудолюбивым крестьянином, во всяком случае, таковы были планы отца. За первенцем последовали другие дети: две сестры, Хелен и Сусанна, и брат Иоганн. Вместе с ними Яков рос счастливым и здоровым ребёнком, пока однажды не произошло большое несчастье.

Один из работников отца пошёл в поле косить сено, и малыш Яша увязался за ним. Что там произошло, никто точно не знает. Малыш каким-то образом попал под косу и упал, истекая кровью. Весь дрожа, работник принёс малыша на руках к его перепуганной матери.

При осмотре выяснилось, что у мальчика рассечены связки на левом коленном суставе.

Родители немедленно поехали к известному врачу Вибе. Но тот первоначально направил их к другому специалисту. В течение нескольких недель малыш проходил лечение, ему угрожала опасность навсегда остаться калекой. Когда рана зажила, нога у Якова осталась скрюченной. Он мог только ползать на коленях. Тогда убитый горем отец снова поехал к господину Вибе. Тщательно осмотрев повреждённое колено, врач неожиданно сказал:

— А вот теперь я могу помочь!

Ребёнок остался для лечения у Вибе, а отец, полный надежд, вернулся домой. Спустя несколько месяцев привезли Якова. Ноги его были прямые, и лишь лёгкое прихрамывание во время ходьбы напоминало о несчастном случае. Счастливая мать окружила заботой своего маленького сына и благодарила Господа, избавившего его от несчастной жизни калеки. Тросточка, которая поначалу служила ему опорой, в скором времени перестала быть нужной. Однако на здоровье Якова это всё же отразилось. Он не мог делать физических упражнений, бегать и играть с ребятами своего возраста. Когда он падал, то поднимался с трудом. Фактически он стал инвалидом.

Несчастный случай изменил всю жизнь Якова, которая уже не могла соответствовать планам отца. Однако во всём этом мы видим мудрое предвечное водительство Небесного Отца. Для Якова готовилось большое служение, и подготовка к нему началась уже в юном возрасте, с того самого несчастного случая.

Яков, вопреки ожиданиям своего отца, рос тихим и замкнутым мальчиком. Больная нога не позволяла ему активно участвовать в тех делах, которые объединяли его родных и близких. Это ещё больше способствовало любви Якова к уединению.

Жалости мальчик, однако, не вызывал. С каждым годом его духовный мир становился всё глубже и богаче. Он много читал и хорошо учился. Яков устроил у себя переплётную мастерскую и возвращал к жизни старые развалившиеся книги, которые ему приносили соседи. Хотя у Якова было мало подручных средств, он научился делать свою работу так хорошо, что переплетённые им книги служили людям долго.

Надежды отца на активную помощь старшего сына по хозяйству то угасали, то пробуждались вновь. И только мать Якова, умная, энергичная и любящая женщина, рано поняла, что способности её сына были в другой области. Когда отец сетовал, что от Якова не дождёшься помощи, она ему отвечала: «Оставь его! Ты ещё не знаешь, что приготовил для него Господь».

Антье Лангеманн

В 1881 году многие колонисты решили переселиться из Молочанского уезда и, купив земли в крымских степях, основали там новые поселения. Среди этих колонистов была семья Иоганна Лангеманна из села Маргенау.

Иоганн, избранный сельским старостой, стал одним из руководителей этого масштабного переселения. К этой группе колонистов также присоединилась и семья Крекер.

Землю они купили недорого у одной богатой помещицы. Участок находился вблизи железнодорожной станции Сарабуз. Иоганн Лангеманн и его жена Хелен, урождённая Вибе, имели четверых детей: трёх дочерей и сына. Младшей дочери Анне, которую все называли Антье, тогда исполнилось восемь лет. Она была маленькой крепкой девочкой со светлыми локонами и голубыми глазами.

Этот переезд на новое место стал большим событием как в жизни самих переселенцев, так и их родственников, оставшихся в Молочанском уезде Старики.

Лангеманн страдали от мыслей о разлуке, но решение их детей изменить уже было невозможно.

В марте переселенцы, собрав домашние вещи и сельскохозяйственный инвентарь, двинулись в путь. Они ехали на телегах со всем своим хозяйством и гнали скот. Путь до железнодорожной станции занял довольно длительное время. Детям, однако, всё было интересно и ново, к тому же их ожидало первое в жизни путешествие по железной дороге. Переезд до конечной станции занял одну ночь. Там багаж выгрузили. Мебель и скот перевозили в грузовом вагоне. И вот большие семьи переселенцев с детьми прибыли на место.

На приобретённой земле в то время находилось только несколько бедных хижин, а вокруг простирались бескрайние степи. Вдали виднелись чуть отливающие голубизной горы. Некоторые переселенцы пали духом от увиденного. Семья Лангеманн с трудом разместилась вместе с ещё одной семьёй в простой русской избушке. В ней раньше жили бедные люди, вероятно, бывшие крепостные той помещицы, у которой переселенцы купили землю.

Госпожа Лангеманн в то время болела. Поскольку хижина была примитивной, единственным спальным местом в ней служила большая печь с широкой лежанкой. Перед печью находилась плетёная перегородка, за которой несколько гусынь высиживали яйца. И это было единственное жилое помещение. К комнате примыкала только маленькая тёмная кухня.

Бывшая хозяйка, русская женщина, покидая со своими гусями избушку, прослезилась. И госпожа Лангеманн тоже заплакала — оттого, что ей придётся какое-то время жить в столь бедной хижине. Первым делом в комнате соорудили кровать, на которой отдыхала больная мать. В общем, грустили обе стороны: и старые, и новые хозяева.

Лишь детям было всё интересно. Сколько вокруг нового! Речушка, протекавшая через весь их земельный участок, кишела рыбой, а под гладкими камнями на дне водились раки. А так как речка была неглубокой, все мальчишки и девчонки ловили рыбу — голыми руками или мешками Свой улов приносили матерям, которые готовили из него вкусный ужин.

У родителей дел было по горло, и детей тоже приучали к труду. Так и маленькая Антье приступила к работе. Её мама часто болела, поэтому восьмилетней девочке вручили ведёрко со словами: «Антье, пора учиться доить!» Малышка послушно уселась со своим ведёрком на стульчик рядом с коровой. Сначала она немного боялась, но вскоре поборола страх и каждый вечер приносила в дом полное ведёрко молока.

Сразу по прибытии в Сарабуз переселенцы принялись за строительство домов, амбаров и сараев. Иоганн Лангеманн строил большой и красивый жилой дом. Одна просторная комната в нём была отведена для школьного класса. Семья переехала в новый дом, когда окна и двери ещё не были вставлены. Мама вздохнула с облегчением, покидая тесную хижину. Всё в доме и во дворе тогда лежало ещё в беспорядке, переселенцы трудились не покладая рук.

Преодолевая многие трудности, взяв в долг необходимые средства у «материнской колонии», переселенцы быстро обустраивались на новом месте. Бог им в этом помогал. Он благословил их поля и скот, и вскоре большинство переселенцев стали жить хорошо. Когда появилось достаточно средств, в селе построили школьное здание, которое одновременно стало помещением для проведения богослужений.

Яков Крекер и Антье Лангеманн дружили с детства, были одноклассниками и росли бок о бок в этой трудолюбивой колонии.

Спат

Так на Крымском полуострове, вблизи Симферополя, образовалось село Спат с примыкающим к нему селом Менлерчик. По обе стороны от длинной двухкилометровой улицы, протянувшейся через всё село, располагались просторные светлые дома, уютно устроившиеся в садах. Высокие акации украшали фасады зданий. Речка Салгир, изменчивая в своём течении, имела два водопада, а по её берегам росли ивовые кусты. Эта речка протекала прямо через село.

Вдали виднелись отливающие различными цветами горные пастбища, высокие вершины Крыма, где располагалась летняя царская резиденция. С Чёрного моря дул солёный ветер. Климат здесь полезный для здоровья.

В центре села Иоганн Крекер, один из его основателей, обустроил свой двор. Основное здание своими окнами приветливо глядело на улицу, на идущих по ней прохожих. Из этого дома через крытый переход можно было попасть в конюшню и коровник. Большой амбар, расположенный за домом, отделял двор от гумна, за которым отец ещё посадил виноградник.

Жизнь на меннонитском крестьянском дворе была для детей разнообразной и увлекательной. Белый кирпичный забор с воротами внушительных размеров отгораживал двор Иоганна Крекера от улицы. Этот забор был для мальчишек и девчонок удивительным сооружением. Его широкие стены служили удобным местом для различных гимнастических трюков, игр и всевозможных шалостей. Но самым увлекательным делом было наблюдать оттуда за загоном и выгоном домашнего скота.

Часто вечерами Яков со своими сёстрами и братом, заслышав рог сельского пастуха, забирались на забор и смотрели на возвращение стада в село. Впереди обычно шли молодые лошади, за ними степенно следовали коровы с телятами — длинная процессия заполняла всю улицу, потому что у крестьян тогда было много скота. Дети имели свои обязанности по хозяйству, особенно во время долгих летних каникул. Поначалу это была словно игра, которая ребятам нравилась, и они охотно следовали её правилам, порою даже ссорились, отстаивая своё право на какую-то работу.

Из-за дневной жары рабочий день летом начинался очень рано. И жизнь била ключом как в доме, так и на дворе. Большие телеги отправлялись далеко на поля за зерном.

Жнецы оставались ночевать в поле. Мальчишки и девчонки с раннего утра сопровождали их и порою сами управляли повозками. Роса блестела на хлебных колосках в поле. Жаворонки выводили свои утренние трели, полные радости и многоголосого задора. Сердце наполнялось невыразимым восторгом от приближающейся жатвы. И дети всегда сопровождали своих родителей-крестьян, помогая им, играя и шумя.

В осенние и зимние месяцы проходили школьные занятия. Учёба в начальной школе считалась для детей особенно важной. Учителя с хорошим образованием проводили уроки. Среди всех предметов выделились библейские занятия, во время которых дети изучали Священное Писание, их приучали относиться к Книге книг с трепетом и уважением.

Старейшины тщательно следили за порядком и благочестием в общине. Школьников собирали на детские богослужения и для пения псалмов. Рождество, Пасха, свадьбы и похороны были делом всего села. Это давало поселенцам осознание их общности.

Пробуждение

Когда Якову Крекеру исполнилось тринадцать лет, в жизни переселенцев произошло неожиданное событие. Жители Спата были набожными людьми, которые строго придерживались учения и традиций своих предков. Они посещали воскресные собрания, которые, как это принято у голландских меннонитов, длились очень долго.

Переселенцы ставили интересы общины выше своих личных. Однако живую веру нельзя унаследовать. Её можно получить от Бога только самому. Как написано: «Истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится свыше, не может увидеть Царства Божьего» (Ин. 3:3).

Поэтому даже благочестивые общины, живущие только по традиции, могут духовно спать, пока на её членов не сойдёт Дух Божий и не пробудит их к истинной жизни. Действие Святого Духа принесло в общину Спата настоящее пробуждение. Как сказал Христос: «Дух дышит где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит» (Ин. 3:8).

Это дыхание Божьего Духа всегда остаётся таинственным. Две тёти Антье Лангеманн получили по почте — неведомо от кого — трактаты духовного содержания. Прочитав их, эти женщины воспламенились верой. Как сказано в Евангелии: «Огонь пришёл Я низвести на землю и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!» (Лк. 12:49).

И этот огонь, озаряющий сердца светом спасения, пришёл в Спат через этих женщин. Они стали горячо свидетельствовать другим о том, что пережили сами, и, слушая их, многие обратились к Иисусу Христу. Люди всех возрастов были охвачены духом пробуждения и приняли решение посвятить свою жизнь Господу.

Среди детей, выразивших в то время готовность следовать за Христом, были Яков Крекер и Антье Лангеманн. Бог начал работать в их сердцах. Это было первое призвание Якова на служение, и он воспринял его вполне серьёзно. Один пожилой проповедник спросил юношу, как он сохраняет свою связь с Богом в повседневной жизни, на что тот ответил: «Руки работают, а сердце — с Господом!»

В те дни многие приходили к Иисусу Христу. Души, обратившиеся к Господу, являли христианскую любовь, как во времена апостолов. Верующие собирались по домам для совместной молитвы и изучения Божьего Слова.

Хотя Иоганн Лангеманн оставался в стороне от этого пробуждения, он не препятствовал Антье ходить на собрания новообращённых. Даже ночной мрак не пугал юную девушку, её душа жаждала духовного общения. Яков тоже охотно участвовал в собраниях. Дети росли в этой атмосфере, их души были наполнены стремлением служить Господу, быть верными Ему во всём, что бы ни случилось. И Бог, пробудивший в них эти святые желания, укрепил их Своим Духом и стал их Наставником на жизненном пути.

Когда весть о пробуждении разнеслась по другим колониям, туда тоже направились проповедники, пламеневшие духом, чтобы наставлять общины в Слове Божьем. Так духовное пробуждение ширилось и укреплялось, привлекая к себе всё новых людей.

В том же году мать Антье Лангеманн тяжело заболела воспалением лёгких и долго лежала, не выходя из дому. В этот период мать Якова Крекера часто посещала её, чтобы утешить в страданиях. Госпожа Крекер не подозревала, что отойдёт в вечность ещё раньше своей больной подруги.

Когда Якову шёл шестнадцатый год, его мама заболела и скоропостижно скончалась. Все усилия врачей оказались тщетными. Ей хотелось ещё послужить своему мужу и особенно детям, которые не выросли, но у Бога был другой план. Так отец стал вдовцом, а дети остались без матери.

Яков очень тяжело переживал эту потерю. Он был сильно привязан к матери, выделявшей его среди других детей после несчастного случая в детстве. Семья оказалась в тяжёлом положении. Спустя довольно продолжительное время отец женился на Гертруде Винс, и у детей появилась новая мать, которую они полюбили и очень уважали.

Госпожа Лангеманн скончалась в том же году после долгих страданий. Иоганн Лангеманн затем женился на вдове Марии Эдигер, которая до глубокой старости оставалась заботливой матерью — как для своих собственных детей, так и для пасынков и падчериц.

Призвание

Окончив сельскую школу, Яков решил стать учителем. Он поступил в частное учебное заведение в Симферополе, где студентов готовили к преподавательской деятельности. Яков хорошо учился и успешно защитил диплом. В девятнадцать лет он подал прошение, чтобы получить должность учителя. Как же Яков обрадовался, когда его пригласили преподавать в школу в Менлерчике, ближайшем селе от Спата! Яков был счастлив, что его мечта осуществилась и он уже в столь юном возрасте получил хорошую работу. Поскольку его рабочее место находилось вблизи родного села, Яков мог часто бывать дома. Школьное здание в Менлерчике было небольшим. Оно состояло из классной комнаты и жилого помещения для учителя. Пол в здании был глиняным. Якову не раз приходилось самому замазывать его. Но он стал по-настоящему счастлив в этом доме, со вкусом и любовью оборудовал свою комнату, всегда содержал её в порядке. Обедал Яков в сельских домах. Для детей был праздник, когда родители приглашали любимого учителя к столу.

В Менлерчике тогда проживало около двадцати детей школьного возраста. Поначалу старшие мальчишки испытывали молодого учителя. Они думали, что смогут приходить на уроки, когда им это заблагорассудится. Однако Яков сумел решить эту проблему. Он послал одну из старших девочек к родителям прогульщиков, попросив передать им следующее: «Я начну урок только тогда, когда все дети будут на месте. Мы ждём!»

Вскоре смущённые мальчишки появились в дверях, энергично подталкиваемые родителями. После этого случая все школьники приходили на занятия вовремя и стали слушаться учителя. В классе царила доброжелательная атмосфера, и Яков смог в полной мере проявить свои педагогические способности. Несмотря на юный возраст, он был успешен в работе и вскоре заслужил любовь родителей и учеников. Для Якова это были незабываемые, прекрасные времена.

На Рождество, однако, он впервые не смог выбраться домой из-за готовившегося школьного праздника Яков загрустил. Он сидел один в своей комнате, но мысленно был с родителями и с той, кого в сердце своём уже избрал в спутницы жизни, — с Антье Лангеманн. Он знал, что и она думает о нём в этот рождественский вечер. Ему очень хотелось быть рядом с ней и обменяться хоть несколькими словами.

Погружённый в свои мысли, он вдруг услышал, как под его окном целый хор молодых голосов запел песню «Тихая ночь». Рождественский хор?! Яков подбежал к двери и открыл её. Перед ним стояли его друзья из общины Спата, вся молодёжь, и среди них — скромная, но сияющая от радости Антье!

Яков Крекер был несказанно рад этому неожиданному рождественскому подарку. Он пригласил гостей в дом и угостил их. Затем хор отправился дальше, чтобы, как это принято в Спате, пройти от дома к дому и спеть рождественские песни. Поборов свою застенчивость, Антье осталась ненадолго с Яковом, и они поговорили о том, что их объединяло. Это был лучший рождественский подарок для молодого учителя, как он позже признался своей жене.

Яков проработал учителем в Менлерчике ещё два года.

Зарубежная миссия

В то время переживала свой расцвет Зарубежная миссия в Индии под руководством Абрама Фризена. Она была основана меннонитскими общинами, но, несмотря на свою независимость, находилась под эгидой Баптистской миссии в Бостоне. По схожему принципу работала и миссия на острове Ява, руководимая Меннонитским миссионерским комитетом в Амстердаме.

Миссионеры из Индии и Явы, вернувшись на родину, рассказывали о проделанной работе среди коренных народов и приглашали общины присоединиться к их служению. Интерес у верующих был большим. Зимой женщины из церкви организовали швейный клуб в поддержку миссии, а также проводили миссионерские праздники, на которых продавали свои рукоделия и зачитывали вслух письма и отчёты служителей.

Миссионеры посетили и село Спат. Во время их выступления Яков Крекер был глубоко тронут и, почувствовав призвание к зарубежной миссии, тут же вызвался добровольцем. Тогда старейшины общины решили взять на себя расходы на его обучение и подготовку. Так Яков поступил в Гамбургскую баптистскую семинарию для проповедников.

Однако прежде чем начать учёбу, ему было необходимо получить ответы на важные вопросы. Согласится ли Антье Лангеманн поехать с ним на чужбину? Захочет ли жить вдали от семьи? Дадут ли её родители разрешение на скорую свадьбу? Антье была ещё очень молодой. Новый поворот событий затрагивал и её, так как в случае совместной поездки ей тоже будет необходимо пройти миссионерскую подготовку. Яков с этими вопросами обратился к родителям Лангеманн. Сама же Антье была согласна!

Отец девушки не стал препятствовать их женитьбе, хотя был очень привязан к своей старшей дочери и страдал от одной лишь мысли о разлуке. И всё же он благословил дочь на это служение. Так Яков и Антье начали подготовку к миссионерскому труду. Единые в своей вере в Спасителя и в желании посвятить Ему жизнь, они поженились.

Свадьба состоялась 18 июля, в самый разгар уборки ячменя. На торжество пригласили всю общину. Во дворе дома Лангеманнов поставили большой шатёр, который с любовью украсили школьные друзья молодожёнов. Длинные столы, уставленные яствами, ожидали гостей.

Венчание прошло в молитвенном доме, который находился по соседству. Был солнечный летний день. Цвели акации, издавая дурманящий аромат. Жаворонки в небе ликовали, будто желая поздравить молодую пару. После венчания гости направились к богато накрытым столам. В перерывах свадебного пира друзья читали стихи, пели и играли на музыкальных инструментах. Старшие братья давали духовные наставления. В это время молодожёны чувствовали, что Сам Иисус присутствует на их свадьбе и дарует благословение.

Времени на подготовку к отъезду в Гамбург оставалось немного, и вскоре началось их большое путешествие из южной России в северную Германию. Для молодожёнов это была чужая страна. Они спешили навстречу неизвестности, но во всём доверяли Богу и Его водительству в своей жизни.

Иоганн Крекер наконец понял, что Господь действительно приготовил для его старшего сына особый путь, не тот, который от него ожидали. И отец дал сыну своё благословение. Отцы молодожёнов и сестра Антье проводили их в Одессу. Настало время прощания с родными, их ждал путь в Германию, в далёкую страну.

Гамбург встретил супругов Крекер деловой суетой, которая поразила их после тихой и размеренной жизни на родине. Всё здесь было совершенно другим, новым, — и люди, и окружающая обстановка. Однако молодожёны быстро привыкли к жизни в большом городе. Яков поселился в семинарии, полностью погрузившись в учёбу. Антье жила на частной квартире и брала уроки английского и немецкого языков. Через два года она поступила в Дом диаконис в Берлине, чтобы там продолжить своё обучение. Затем она вернулась к родителям на родину, а её муж ещё оставался в Гамбурге.

Окончив четырёхлетнюю учёбу в семинарии, Яков тоже вернулся домой. Состояние здоровья не позволило ему отправиться на миссию в Индию. Путь служения Господу, который они с Антье раньше представляли себе, претерпел некоторые изменения. Ключевым словом для них теперь стала не «зарубежная» миссия, а «внутренняя».

После возвращения Якова домой община избрала его на служение разъездного проповедника. Почтенный служитель Давид Шеленберг благословил Якова, посвятив его также в старейшины общины. Так начался период его долгих поездок вместе с братом Давидом Дирксеном.

Служение благовестника

Яков посещал даже самые отдалённые меннонитские колонии в Самаре, Уфе, Оренбурге, у реки Терек и на Кавказе, вплоть до среднеазиатских поселений меннонитов в Аулие-Атех [В Южном Казахстане. — Прим. переводчика.]. Также он ездил в Шушу, небольшой город на границе с Персией, чтобы навестить одного брата-штундиста, сосланного туда за свои религиозные убеждения.

Шуша находится недалеко от покрытого снегом Арарата, «отца гор», высотой более 5 000 метров. На вершине Малого Арарата (меньшего по высоте) граничат три страны: Россия, Персия и Турция. Многим разбойникам в армянских горах удаётся ускользнуть от руки правосудия, просто перебегая из страны в страну. Причём российская территория для них наиболее «безопасная».

Шуша лежит на крутой горе у дороги, ведущей из Тифлиса в Персию. Дорога шла на юг через широкие (более 50 миль [Около 80 км. — Прим. переводчика.]) протяжённые плоскогорья, разделяющие Кавказские горы. Ближайшая железнодорожная станция Евлах находилась в 75 милях [Около 120 км. — Прим. переводчика.], она была промежуточным пунктом на линии Баку — Тифлис. В Шуше жили армяне, татары, персы, турки и русские. Всего около 40 000 жителей. Здесь когда-то побывал в изгнании граф Заремба и верно служил Господу.

В Шушу Яков ехал на повозке, запряжённой лошадьми. По дороге открывались красивые виды на дикие горы Яков заметил, что у всех его попутчиков имелось оружие. Он кого-то спросил:

— Почему у всех с собой оружие?

Ему ответили:

— Разве вы не знаете, что на нас в любой момент могут напасть грабители?

До этого момента он и не подозревал, сколько опасностей подстерегает его в пути. Впрочем, Якова тогда больше волновали другие мысли, он размышлял над тем, что ему сказать в утешение ссыльному штундисту.

Когда же Яков наконец достиг цели своего путешествия и встретил дорогого брата, тому не понадобились никакие слова утешения! У ссыльного было столько добрых впечатлений о годах, вынужденно проведённых в Шуше, что Якову оставалось лишь славить Бога вместе с ним и благодарить за все милости.

Ссыльному штундисту местные власти доверили важный пост в городе. Он отвечал за городскую казну! Поскольку он был очень честным человеком, его никак не хотели отпускать. Как только заканчивался срок ссылки, ему тут же её продлевали — только чтобы не лишиться такого работника.

Родители Якова Крекера (отец и мачеха)

Родители Антье Крекер

(Иоганн Лангеманн и мачеха)

Первый жилой дом в Спате

Меннонитский молитвенный дом
в немецкой колонии Орлово

Штундизм

Уже в самом начале своего служения Яков познакомился с евангельским движением среди русского народа — штундизмом. Появление этого движения внутри Российской православной церкви имело много причин. Когда мы узнаём из разных источников о зарождении штундизма, то неизменно восхищаемся удивительными Божьими путями, как Он принёс Своё Слово народу, не знавшему настоящего Евангелия.

Где звучит Слово Божие, там появляется жизнь, побеждающая всё мирское, формальную религиозность. Британскому и иностранному библейскому обществу удалось совершить невозможное, широко распространить Евангелие по России и в Сибири. Благодаря подвижническому труду книгонош Евангелие достигло даже отдалённых уголков азиатской части России, причём на языках многих народностей. Великие люди посвятили себя этому благословенному служению: г-н Мелвилл, барон Генрик Вреде, полковник Пашков, граф Корф и многие другие.

В 1862 г. Святейший Синод по просьбе Британского библейского общества издал большим тиражом Новый Завет на русском языке. Этот тираж впоследствии распространялся книгоношами. Г-н Мелвилл, шотландец по происхождению, был представителем Библейского общества в России. Его жертвенный труд подготовил почву для движения штундизма. Он приехал в Россию в молодости и затем распространял Евангелие в течение долгих шестидесяти лет — в период царствования императоров: Александра I, Николая I, Александра II и Александра III. Постоянно находясь в пути и общаясь со многими людьми, Мелвилл никогда не упускал возможности рассказать им об Иисусе Христе. Его главной целью было распространение Евангелия, а чтобы донести людям истину, он полагался только на Божье Слово. Мелвилл обычно в подтверждение своего свидетельства о Господе открывал Библию и читал слушателям выдержки из неё. Если ему встречались христиане разных направлений, например, баптисты и лютеране, и они начинали дискутировать о спорных вопросах (о крещении и т. д.), Мелвилл закрывал глаза и не проявлял интереса к беседе. Если кто-то спрашивал его мнение, он отвечал, что не имеет ни своего мнения, ни собственной точки зрения, а верит лишь в то, что написано в Божьем Слове. Со спокойной уверенностью он предлагал спорщикам прочитать несколько мест Писания, например: Деян. 8:36-39 (по теме крещения) или 1 Кор. 10:16-17 (о причастии). После чего Мелвилл спрашивал:

— Разве вы этого не знали? Зачем мудрствовать?!

После чего он сам читал эти тексты Писания вслух с таким убеждением, что всегда производил глубокое впечатление на слушателей.

— Теперь вы знаете это! — говорил он в заключение.

Мелвилл был уверен, что только Божье Слово может открыть людям истину. Используя свой метод благовестия, Мелвилл широко распространил на Юге России евангельскую истину. Он учил людей доверять Божьему Слову, всё сверять со Священным Писанием, признать Библию единственным авторитетом в вопросах веры.

Мелвилл побудил множество людей, проживавших на Юге России и на Кавказе, обратиться к Библии. Он не только распространял Божье Слово, но и обращал внимание своих слушателей на самое главное, на спасение через Христа. Не было ни одного города или крупного селения в южных губерниях, которые не посетил бы этот подвижник Царства Божьего!

Другим замечательным благовестником, трудившимся не только в южной России, но и по всей стране, куда только шли поезда, был Яков Делякович Деляков. Будучи сирийским христианином, проживавшим в Персии, он отправился на благовестие в Россию. Он продолжил духовное строительство на фундаменте, заложенном Мелвиллом (с которым, кстати, был хорошо знаком). Там, где сеял Мелвилл, Деляков собирал жатву.

Очень большая часть штундистского движения была вызвана его служением. Он принимал активное участие в его формировании и руководстве. Простой, скромный, бедно одетый, он неустанно распространял Евангелие. Во время длительных путешествий, находясь в поездах, гостиницах, под открытым небом и в домах Деляков с Евангелием в руках рассказывал людям об Иисусе Христе, покаянии и живой вере. Своей простой проповедью он нашёл путь к сердцу русского народа. Имя его навсегда записано в истории евангельского движения России.

Третьим человеком, сыгравшим ключевую роль в возникновении штундизма в России, стал пастор Бонекемпер из немецкой колонии Рорбах. Каждый год множество простых людей отправлялись на юг, кто пешком, кто на поезде, чтобы заработать немного денег на ранних сенокосах. Эти работники косили, условно говоря, одно огромное поле: от берегов Чёрного и Азовского морей до окрестностей Москвы, Смоленска и Казани. И трава, и злаки падали под их косами, пока они не возвращались на родину, чтобы приняться за собственные поля.

Немецкие колонисты, лютеране и меннониты, на Юге России были их предпочтительными работодателями, потому что исправно платили. Русские работники регулярно приходили и в Рорбах. Местная община там, подобно другим немецким пробуждённым колониям, помимо воскресных собраний проводила по домам библейские и молитвенные часы, которые на немецком языке назывались «штунде» («час»).

Русские работники спрашивали о цели таких собраний, на которые их время от времени приглашали. Эти «часы» многим нравились, так как пастор Бонекемпер в совершенстве владел русским языком. В летнее время он специально проводил библейские часы на русском для приезжих работников. Некий Рябошапка по возвращении домой тоже начал проводить для своих односельчан подобные «штунды». Так и закрепилось это слово, ставшее впоследствии названием всего евангельского движения в России. Рябошапка же сделался неутомимым свидетелем Христовым среди русского народа, и штундизм распространился по всей южной России.

В Севастополе, портовом городе на Чёрном море, проходили местные съезды русского братства. На один из них был приглашён и Яков Крекер. Это соприкосновение с движением пробуждения среди русского народа произвело на молодого проповедника неизгладимое впечатление. Он научился любить братьев и видеть действие Святого Духа и за пределами своей немецкой общины. Один случай запомнился ему особенно.

На съезд в Севастополь прибыл художник Воронов, незадолго до этого обратившийся к Богу. Во время съезда в городе выступал известный комик. Воронов был с ним знаком. Увидев на афишах имя этого актёра, он разыскал его и пригласил на молитвенное собрание. Тот пришёл и был глубоко тронут тем, что услышал. Затем он пришёл и во второй, и в третий раз. Под конец собрания прозвучал призыв к молитве. Тогда и актёр воззвал к Господу: «О Боже, я не верю в Тебя и Твоего Сына! Но если Ты действительно существуешь, откройся мне!»

Он был так взволнован, что братья решили на этом закончить собрание. Затем они пригласили его в гости к одному русскому брату для продолжения христианского общения. Там верующие попытались вновь объяснить ему истинный путь ко Христу. Но из этого ничего не вышло. Когда все собрались уже расходиться, художник Воронов сказал: «Прежде чем идти по домам, давайте помолимся!»

Все преклонили колени и стали молиться. И в этот момент актёр неожиданно начал прославлять в молитве Бога и благодарить Его за тот свет, который просиял к нему. Все присутствующие ликовали, это было нечто чудесное! Когда все снова собрались покинуть дом, актёр вдруг остановился в проходе, обвёл глазами комнату и воскликнул: «Этот дом стал для меня храмом Божьим!»

Так исполнились слова Христа: «Говорю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии».

Домашний очаг

Впервые годы миссионерских поездок Якова его молодая жена жила поочерёдно то у родителей Крекеров, то у Лангеманнов. У неё появились новые обязанности. Забота о детях, подаренных им Богом, отнимала всё её время и силы. Ей нередко приходилось заменять детям отца. Старший сын родился ещё в Гамбурге, а младший сын и дочь — в Спате. Бабушки и дедушки с радостью принимали в своих домах дочь и внуков. Внешне казалось, что Антье ни в чём не имела недостатка. Но с каким нетерпением она ждала приезда мужа! Она горячо молилась о нём, когда он был в поездках. И ещё — мечтала о собственном домашнем очаге. Но возможно ли им было приобрести свой дом?

Супруги поговорили со своими отцами, и те согласились помочь им построить дом. Земельный участок приобрели у соседей. Братья из общины привезли строительные материалы. Теперь можно было приступать к делу. Яков и Антье благодарили Господа, что Он расположил сердца родителей помочь им с жильём. Когда однажды вечером Яков и Антье пришли к строящемуся дому и увидели уже почти готовое здание, им трудно было поверить, что скоро это будет их собственностью. И вот через два месяца после начала строительства семья вошла в новый дом.

Он был большим, стоял у просёлочной дороги и радовал всем своим видом. Садовая калитка открывала путь в палисадник. Яков был любителем садоводства, цветов и вообще обладал чувством прекрасного. Он сам высадил кусты роз, туи, некоторые декоративные растения и кустарники, которые затем многие годы цвели и дарили своим хозяевам радость. Обширный участок Яков отвёл под фруктовые деревья. Крытая аллея из виноградных лоз пересекала сад вдоль и поперёк. К окнам дома прилегали каркасы, по которым тоже протянулись виноградные лозы. Так Яков и Антье стали жить в буквальном смысле слова под изобильной виноградной лозой. Они наконец свили собственное гнездо! Желанием Якова, который так много ездил, всегда было устроить тёплое и уютное место для жены и детей.

Этот дом стал настоящим раем для ребятни. Вдоль сада протекала река Салгир. Фрукты, виноград, комната для игр — какие чудесные воспоминания остались у детей! Куда бы семья потом ни переезжала, она всегда вспоминала этот красивый дом и чудесный сад в его великолепном цветении. Дети выросли здесь, окружённые заботой и любовью матери, радостно совершавшей своё домашнее служение. Семья всегда с нетерпением ожидала возвращения отца, который тоже здесь черпал силы для дальнейшего духовного труда.

Писательская деятельность

Яков Крекер обустроил для себя в новом доме небольшую комнату, где не был слышен шум детских игр. Все знали, что там работает отец, и почтительно старались ему не мешать.

Находясь дома, в этой тихой комнате, странствующий благовестник написал свои первые статьи. Вместе с двоюродным братом Абрамом он подготовил к печати христианский отрывной календарь. Общины приняли это издание с большой радостью. В те времена у российских меннонитов было мало собственной литературы. После добрых отзывов об отрывном календаре Яков с Абрамом начали регулярно выпускать газету «Фриденсштимме» («Голос мира») и ежегодный семейный календарь.

К этому труду Яков подходил очень ответственно, писал вдохновенно. Просиживал до глубокой ночи, работая над статьями. Ему пришлось нанять себе помощниц, которые переписывали материалы и клеили календари. Яков собирал информацию и редактировал статьи с большой любовью. Причём всем этим он занимался в перерывах между благовестническими поездками. Так проходили годы упорного труда и служения.

Со временем из-за увеличившегося объёма издаваемой меннонитской литературы появилась необходимость в собственной типографии, в которой бы печатались календари, журналы и книги. После тщательного изучения этого вопроса братья пришли к заключению, что их родное село и вообще Крым не подходят для основания типографии. Тогда они обратили взоры к материнской колонии в Молочанском округе и в конце концов нашли хорошее место в Гальбштадте. Там имелись школы, там был центр меннонитской жизни. Это означало, что издателю календаря и журналов (а также его семье) придётся переезжать.

Такое братское решение стало трудным для семьи Крекеров. Они только обжились в собственном доме. Бабушки и дедушки, к которым дети были так привязаны, на чьих дворах играли, а также двоюродные братья и сёстры, многочисленные друзья — всех их нужно было оставить и ехать на новое место. Прощались с печалью. Однако другого выхода не было, Якову и его семье надлежало ехать. Они много молились и повиновались Божьему водительству.

Для семьи с шестью детьми, родившимися к тому времени в Спате, переезд оказался непростой задачей. И всё же это был Божий путь, начало нового этапа их жизни. Вскоре Крекеры купили себе дом в Гальбштадте Для этого им пришлось продать в Спате свой земельный участок. Яков переехал первым вместе со старшими детьми. Анна с малышами прибыла немного позднее, задержавшись у своих родителей. Когда пришло время, отец Анны сам перевёз дочь и внуков в их новый дом.

Гальбштадт являлся сердцем всех меннонитских поселений в Молочанском округе. Это было большое и зажиточное село. Здесь имелись средние школы для девочек и мальчиков, педагогическое училище, коммерческая школа, а также меннонитский банк.

Тут было лучшее место для работы издательства, типографии и переплётного цеха. Партнёрами и совладельцами данного предприятия стали Генрих Браун, Давид Изаак, Абрам Крекер и Яков Крекер. У последнего из них было особенно много обязанностей.

В Гальбштадте

Дом христианского проповедника очень редко остаётся местом для жизни только его семьи. Это скорее приют для многих людей, особенно если хозяева дома призваны Богом к служению ближнему, движимы христианской любовью и милосердием не только к членам своей семьи. «Будьте страннолюбивы друг к другу без ропота», — учит Священное Писание. Многие люди приходят в дом проповедника, вкушают пищу вместе с его семьёй и ищут духовного совета и ободрения.

Дети Якова не мыслили себе дома, который не был бы всегда открытым для гостей. С раннего детства они учились уступать место другим людям, чем-то жертвовать и от чего-то отказываться ради ближнего. Так они были вовлечены в христианское служение в духе братской любви. Разговоры за столом в их доме тоже были нескончаемыми и благословенными.

К дому Крекеров в Гальбштадте примыкал большой сад. Во дворе находилась конюшня, а также жилая комната для конюха, летняя кухня и помещение для стирки белья. Конюх и его семья следили за сивой лошадкой, которая была нужна для поездок на железнодорожную станцию. Также они кормили коров, свиней и кур, ухаживали за садом. Поэтому, даже поселившись в Гальбштадте, дети не забывали прелестей сельской жизни. Для их развлечения и радости отец во дворе соорудил качели. В саду вскоре заблагоухали красивые и редкие розы всевозможных цветов. Увитая розами аллея, цветущие абрикосы и яблони, позднее — фрукты и ягоды, а также укромные уголки в саду — всё это делало новый дом как будто детским раем.

Отец никогда не возвращался из поездок без подарков для детей. В то же время он требовал послушания и серьёзно относился к их воспитанию. Анна обычно старалась не беспокоить Якова излишними жалобами на проделки детей, позволяя ему радоваться отдыху в кругу семьи. Из-за поездок мужа воспитанием детей больше занималась она. Поэтому каждое возвращение Якова становилось праздником для всей семьи.

Одно Рождество всем особенно хорошо запомнилось. Отец вернулся из поездки. Когда сани подъехали к дому, отец отбросил в сторону меха, которыми укрывался, и вылез оттуда с увесистыми чемоданами. Анна и дети окружили его. Но распаковывать вещи им не разрешили. Отец вёл себя как-то таинственно, и поэтому вся семья радостно ожидала чего-то особенного.

Дети проповедника, привыкшие к скромному достатку, не могли надеяться на дорогие подарки. К тому же детей в семье уже было так много! Однако таинственная улыбка отца на этот раз пробуждала в их сердцах особые надежды.

Перед праздничным ужином в рождественский вечер все верующие ходили на богослужение. К этому церковному собранию все готовились заранее. Уже за несколько недель в школе начиналась радостная суматоха. Учителя всячески побуждали учеников к достойной встрече великого праздника. Тогда обычная школьная программа отходила на задний план. Красивым почерком старшеклассники переписывали рождественские сценки, стихи, распределяли роли, репетировали хоровые и сольные песнопения. Вся программа тщательно продумывалась и была наполнена вестью о Рождестве.

Совместная подготовка учителей и школьников в период Адвента создавала праздничное настроение и радовала всех. Иногда учитель во время занятий просто читал вслух рождественскую историю. Каждый ребёнок заучивал стихотворение, которое потом рассказывал у себя в семье у рождественской ёлки.

Стихи писались от руки в качестве праздничного поздравления на красиво оформленных открытках, выпускавшихся специально к Рождеству. Дети ими дорожили. Школьники могли сами выбрать и купить такие открытки в книжном магазине. Для всех детей, в том числе и для членов семьи Якова Крекера, было большим благословением иметь в школе верующих учителей, дававших им не только обычные, но и библейские уроки.

Наступал рождественский вечер. В Гальбштадте в это время всегда была настоящая зима. По хрустящему снегу в морозную ночь под небом, усыпанным звёздами, напоминавшими о Вифлеемской звезде, все верующие, тепло одетые, спешили в большой молитвенный дом. В центре зала стояла украшенная высокая рождественская ёлка. Вокруг неё — скамейки для школьников. На них садились празднично одетые ребята, в глазах которых читалось ожидание. Все остальные члены общины занимали свои обычные места на церковных скамьях. Школьный учитель выходил вперёд, поднимал дирижёрскую палочку, и дети, как один, поднимались со своих мест. Подобно ангелам, начинал петь их многоголосый хор: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в людях благоволение!»

Таким было Рождество, праздник мира и радости, напоминающий всем о приходе на нашу землю Иисуса Христа. Он принёс людям радостную весть, вложив её в их сердца. Вся праздничная программа следовала этой теме: «Ныне родился нам Спаситель!»

Пели дети, скромно и нежно звучали голоса девочек в большом зале: «Звучи, колокольчик, динь-дон, звучи, колокольчик, динь!» За ними следовали многие другие выступления. Слово пастора завершало праздник. После чего учитель доставал спрятанные под ёлкой книги и свёртки — подарки для детей от церкви. Довольные, все шли морозной ночью домой.

Комната в доме Крекеров, где их семья собиралась праздновать Рождество, была заперта. Когда все собрались вместе: и дети с алыми от мороза щёчками, и младший братик, которого подняли с кроватки, — отец открыл двери. Восхищёнными глазами дети смотрели на празднично накрытый стол, освещаемый огоньками рождественской ёлки. А рядом стояла большая лошадь-качалка с настоящим мехом! Это был подарок для мальчиков. И ещё — настоящая маленькая швейная машинка для девочек. И, конечно, кукла для младшей сестрёнки, а также — небольшие милые подарки для каждого ребёнка в отдельности. Всё это вызвало у детей непередаваемый восторг. Откуда взялись эти подарки? Оказывается, их кто-то передал с севера России для детей проповедника Якова.

Так, несмотря на неизбежные экономически трудные периоды, которые не являются редкостью в жизни служителей, на семье Якова Крекера пребывало Божье благословение, проявлявшееся в жертвенной любви к ней братьев и сестёр по вере.

Больница в немецкой колонии Орлово

Немецкий лицей в Хортице

Немецкий крестьянский двор (вид с улицы)
в Молочанске

Ветряная мельница и скот
в немецкой колонии на юге России

Выезды для учителей и Библейские курсы

С появлением издательства «Радуга» в Гальбштадте у Якова прибавилось работы. Зажиточные меннониты, жившие неподалёку и испытавшие на себе дух пробуждения, открывали свои большие дома для проповеди Евангелия. Например, так было в селениях Апанлее и Штайнбах. Там организовывались конференции и встречи (выезды) для учителей и проповедников. На этих собраниях Дух Божий действовал так сильно, что многие участники приходили к живой вере в Иисуса Христа. Через них и многие дети, читая Священное Писание, становились на Божий путь.

Помимо таких выездов, в помещичьих усадьбах и в Гальбштадте проводились Библейские курсы. Их организаторы, в число которых входили Я. Раймер и Я. Крекер, приглашали известных докладчиков из-за границы. Например, д-р Бедекер однажды посетил Апанлее в качестве проповедника. Этот замечательный служитель приобрёл большую известность своей «тюремной миссией» как на территории европейской России, так и в Сибири.

Встреча с этим Божьим служителем, возвещавшим Евангелие, произвела на Якова огромное впечатление. Позднее он писал:

Волей Божьей открывается тайна посланных Господом служителей Его Слова. Они возвещают то, что им было велено свыше...

Д-р Бедекер обладал особой духовной чуткостью, которая помогала ему в служении. Для него наивысшей ценностью на земле было новое Божье творение в человеке. Об этом он и проповедовал, невзирая на личности, вероисповедание и национальную принадлежность своих слушателей. Д-р Бедекер любил братьев, где бы с ними ни встречался. Это делало его душу широкой, словно у Господа, открывая ему священническое служение в Божьем Духе и во Христе Иисусе. Единство братьев в Духе было для него не просто частью Евангелия, но смыслом его христианской жизни.

Поэтому и общины, созидаемые д-ром Бедекером, не принадлежали к какой-то определённой деноминации, но были скорее просто собранием верующих сердец. Его миссионерским полем являлось не какое-то одно географическое место, а оба полушария Земли. В сердце д-ра Бедекера было так много Божьей любви, что он, подобно апостолам Христа, мог с Его именем на устах пересечь и Европу, и Азию. И он это делал, чтобы принести живое Евангелие Христа тем, кто, будучи даже знаком с ним, ещё не пережил обновлённой Божьей силы.

Д-р Бедекер любил не только братьев по вере, но и всех людей. Трудно было бы найти другого такого служителя, который говорил бы окружающим столь болезненные слова об их жизни без Бога, проявляя при этом такую великую любовь к ним. Сила слова д-ра Бедекера заключалась не в догматической правильности, но именно в его любви к людям. Он ничего не ожидал от своих слушателей, но всегда был готов что-то им дать. Поэтому д-р Бедекер принадлежит к тем немногим в Божьем царстве людям, кому Господь открыл самые широкие возможности для проповеди Евангелия. От людей с берегов Рейна, вблизи которого он и сам родился, до арестантов в самом дальнем сахалинском остроге, от благородных княжеских дворцов в Стокгольме до бедных поселений ссыльных штундистов у подножья Арарата на Кавказе — все принадлежали к его «приходу», всех он хранил в своей душе, считая себя ответственным за них пред Богом.

Самым масштабным было его служение в России. Во время поездок по этой стране д-р Бедекер посетил и немецкие колонии на юге. Именно он помог наладить связь между верующими немцами и русскими штундистами, а также пробуждённой для Бога знатью в Петербурге. Благодаря д-ру Бедекеру лично и всему тому, что я пережил в петербургских кругах, я получил такое вдохновение, которое сыграло решающую роль в моём духовном развитии и в последующем служении. Именно тогда я впервые осознал, что принесённое нам Христом спасение имеет намного большее значение, чем просто блаженство. Суть спасения заключается в доверительном детском общении с Богом в Духе Христа. Так я пришёл к пониманию Церкви Христовой как Тела Его, которая по существу своему не знает никаких разделений на деноминации, для которой жизнь — Христос в нас.

Я научился смотреть на братьев не через призму церковной догматики, а в свете Божьего действия, которое Он производит в людях.

Когда д-р Бедекер проповедовал в Апанлее, все присутствующие на собрании ясно ощутили Божью вездесущность. Перед отъездом д-ра Бедекера совершили хлебопреломление. Затем он зашёл в свою комнату. Вечером того же дня он собирался ехать в Баку, кавказский город на берегу Каспийского моря. Это было в 1905 году, в период революции.

Народ волновался, во многих местах путешествовать становилось небезопасно. Но тем не менее всё было подготовлено к отъезду д-ра Бедекера — сначала на станцию, а оттуда в Баку. Когда слушатели ещё находились в доме, Бедекер неожиданно вышел к ним и сказал:

— Я не еду в Баку.

Все удивились этому решению, но были рады, что знаменитый проповедник останется с ними ещё на какое-то время. На следующее утро пришла телеграмма, в которой говорилось следующее: «Не приезжайте в Баку. У нас начались беспорядки!»

Д-р Бедекер стоял посреди комнаты с телеграммой в руках и вдруг, подняв голову вверх, воскликнул:

— О Боже, благодарю, что я правильно Тебя понял и без этой телеграммы!

Едва ли проповедник испугался беспорядков в Баку, но для него было важно, что Господь указал ему другой путь, и он это понял ещё до того, как получил телеграмму. Д-р Бедекер умел слышать голос Божий.

Петербург

Яков возвращался домой после подобных встреч внутренне укреплённым, его душа стремилась больше познавать Господа, силу Его воскресения, чтобы и далее идти за Ним. В те годы в общинах много говорилось и писалось о полноте Духа, так как весть о пробуждении в Уэльсе достигла и Юга России. Братья и сёстры стремились к большей ревности в служении. Эта тема интересовала и Якова Крекера. В то время его посетил один брат из Швейцарии. Ему он и задал вопрос:

— Как достичь полноты Духа?

На это гость ответил:

— Думаю, что вопрос не в том, имеем ли мы Духа Святого, а в том, владеет ли Дух Святой нами. Если Он нами владеет, тогда может и наполнить, и использовать в качестве Своих сосудов.

В этих встречах принимали участие и другие иностранные гости: брат Отцбах, профессор Штрётер, мистер Граб и др. Встреча с Божьим служителем д-ром Бедекером оказалась решающей в жизни Якова. Благодаря ему Крекер позднее вошёл в круги петербургской знати и познакомился с их духовной жизнью во дворцах княгинь Гагариной и Ливен. Чтобы было понятно, какую роль сыграли эти княгини в духовном пробуждении России, мы должны немного рассказать об их жизни и служении.

Княгиня Вера Гагарина, урождённая графиня Пален, пришла к вере в Англии в доме своих родственников. Её дворец в Петербурге стал впоследствии центром пробуждения, которое охватило людей из разных сословий. Гагарина была активной участницей евангельского движения в России. Нечасто Господь допускает Своим детям идти столь трудным и всё же благословенным путём. Графиня родилась в 1834 году в семье, принадлежавшей к привилегированным слоям петербургского общества. Её род восходил к старому балтийскому дворянству. Свою молодость она провела на курортах и в имениях своего отца, графа Фёдора Петровича Палена. Он в преклонные годы по пути в Румынию на Юге России познакомился с сиротой, дочерью ссыльного декабриста графа Чернышёва-Кругликова, и женился на ней по любви. Счастливая пара жила в поместьях графа. В браке они имели пятерых детей: трёх дочерей и двух сыновей. Вера была из них младшей.

Все дети отличались красотой, любили простую и скромную сельскую жизнь, но получили очень хорошее образование. Когда Вере исполнилось восемнадцать лет, жизнь её изменилась. Родители девушки переехали на зиму в Петербург, так как её отец должен был присутствовать на заседаниях Государственного совета.

Неожиданная смена тихой жизни на круговорот высшего света Петербурга с его бесчисленными балами, роскошными празднествами, озорными зимними забавами не очень нравилась девушке. Красота Веры и её старшей сестры привлекала молодых людей Петербурга в их дом. К ним были вхожи и сыновья императора, великие князья.

Среди друзей их семьи выделялся князь Сергей Гагарин, которому удалось завоевать сердце молодой графини. Вера вышла замуж по любви за человека, который был благородным, очень богатым и добрым. Однако Бог не дал им детей. Поэтому их совместная жизнь, несмотря на все путешествия и развлечения, оставалась пустой. У княгини развивалась депрессия.

В 1860-е годы в России разразился экономический кризис. Поэтому молодые супруги переехали в сельскую местность и прожили там долгие годы, что помогло им спасти благосостояние семьи. Княгиня тогда построила прекрасную больницу, в которой бесплатно лечили крестьян. По инициативе их семьи были учреждены также сельские школы и т. д.

В конце 1860-х годов Гагарина поехала в Англию к своим родственникам, полковнику Пашкову и Е. И. Чертковой, имевшим там свои поместья. Какое-то время она посещала собрания, проводимые мистером Артуром Блеквудом. Это были благословенные встречи в домах её знакомых. Их называли «салонной миссией». Тогда и произошли большие изменения в жизни княгини Гагариной. С характерной для неё импульсивностью она стала свидетельствовать о Спасителе и стремилась жить в соответствии с Его учением. С тех пор она не носила никаких драгоценностей.

В Париже, куда она затем направилась, княгиня присоединилась к кружкам пробуждения. Когда кто-то из проповедников на собрании призвал присутствующих к полному посвящению Господу, Гагарина была в числе тех немногих, кто с радостью откликнулся на призыв. Она действительно хотела принадлежать Христу полностью и бесповоротно.

Господь принял её жертву и повёл трудным, но благословенным путём. Освящение в жизни княгини выражалось в смирении и кротости, в добровольном подчинении воле Божьей, несмотря на многие испытания.

Вернувшись на родину, Гагарина порвала со светской жизнью. Вместе со своим двоюродным братом полковником Пашковым и двоюродной сестрой Чертковой, а также другими верующими друзьями они создали группу по изучению Священного Писания.

Большим событием в их жизни стал приезд из Англии друга Блеквуда, знаменитого лорда Редстока, начавшего проводить во дворцах петербургской знати призывные собрания. Это был человек, находившийся в постоянном общении с Богом. Его простая детская любовь ко Христу и Его Слову восхищала окружающих. Редсток стремился приводить грешников к Спасителю Иисусу.

В то время покаялись в своих грехах граф Корф, граф Бобринский и многие другие представители высшего света. Полковник Пашков, богатый аристократ, предоставил для молитвенных собраний свои дома. Вместе с Корфом и Бобринским он не покладая рук раздавал Библии и духовные трактаты.

В великолепном дворце Пашкова, где ещё недавно проходили балы и отмечались светские празднества, где бывал император с великими князьями, теперь собирались люди из разных сословий, включая самых бедных, чтобы услышать Христово Евангелие. Однажды вечером во дворце собралось более тысячи человек. Пашков отвёл графа Корфа в сторону и взволнованно произнёс: «Ты должен проповедовать в нижней зале, а я пойду наверх... Но что мне сказать, что мне сказать им? Там сидит и Победоносцев, обер-прокурор Святейшего синода, там и священнослужители высоких рангов, и профессора академий и университетов, сотни представителей высшего света. Я чувствую себя пустым и недостойным!»

Однако Господь укреплял и наполнял сердца Своих верных слуг и детей.

После собрания один известный профессор обратился к графу Корфу:

— Знаете, я никогда ещё не слышал подобной проповеди. Столько глубоких мыслей, такое чёткое и логическое построение!

Корф ему ответил:

— А за пять минут до этой проповеди Василий Александрович Пашков ещё не знал, о чём будет говорить, и стоял вместе со мной на коленях пред Господом.

Большие собрания проходили также в роскошном доме княгини Ливен. Она предоставила не только саму себя, но и своё имение для служения Господу. Граф Корф рассказывал следующее: «Однажды я посетил княгиню Ливен, свидетельницу Христову. Мы вошли в большую залу. Четыре малахитовые колонны поддерживали кровлю, а помещение было обставлено дорогой мебелью. Я почувствовал там сильный запах конюшни и сказал хозяйке: „Как странно, что здесь так сильно пахнет стойлом!“ На что княгиня ответила: „Ничего странного в этом нет. Здесь только что проходило молитвенное собрание, в котором участвовали все наши кучера. Этот дом принадлежит моему Спасителю, я всего лишь его управляющая“!»

Благая весть о спасении возвещалась и бедному народу. Каждый уверовавший становился миссионером. Следуя за лордом Редстоком, многие старались как-то послужить ближнему. Например, Корф и Бобринский организовали «Трактатное общество». В городах снимались помещения, в которых открывались благотворительные кухни для безработных и нуждающихся. Так верующие заботились о бедных.

Это было прекрасное время духовного пробуждения. Затем начались преследования. Полковник Пашков и граф Корф вместе с семьями были высланы из страны. Молитвенные собрания запретили. Православная церковь в лице Победоносцева била тревогу, опасаясь усиливающегося евангельского движения в Петербурге и роста штундистских общин на Юге России. Когда на престол взошёл Александр III, влияние его советника Победоносцева стало безграничным. Съезд российских евангельских верующих, начавшийся в 1884 году, был разогнан полицией, а многие его участники арестованы. Пришло время страдания за веру, ссылок внутри страны и изгнания руководителей движения за границу. Выдворить из России намеревались также княгинь Гагарину и Ливен, но Александр III отклонил эту идею, велев оставить вдов в покое. Им позволили беспрепятственно совершать служение, и их дома оставались открытыми для проповеди Евангелия.

Рассуждая по-земному, Гагарина могла бы со своим огромным состоянием и энергией совершить многое. Но у Бога были другие планы. Тяжёлая болезнь, изменившая характер княгини, приковала её почти на тридцать лет к инвалидной коляске. Печально было видеть больным того человека, который духовно горел и желал трудиться для Господа. Но удивительно, что никто и никогда не слышал от Гагариной ни жалоб, ни сетований на судьбу. Она только славословила Господа и утешала других людей.

Пятнадцать лет непрерывной боли, десять лет без полноценного сна! И всё же посещавшие княгиню друзья всякий раз находили её счастливой в своей инвалидной коляске. Перед ней лежала большая открытая Библия, из которой княгиня выписывала измученными подагрой пальцами любимые стихи.

Её частыми гостями были д-р Бедекер, профессор Штрётер, Штокмайер и др. Несмотря на преследования, движение пробуждения продолжалось. И княгиня Гагарина помогала многим.

Война и революция отразились на её благосостоянии. Потеряв всё имение, княгиня нашла приют в маленькой больничной комнате. Никто не посягал на её жизнь, она находилась под защитой преданных ей людей.

Гагарина сохранила присутствие духа. О княгине заботились бывшие служанки, по-прежнему любившие её. В течение пяти лет революционной смуты она оставалась для всех добрым примером веры и любви. Она ушла к Господу в той же больнице с полным миром в сердце.

Яков Крекер не раз рассказывал интересный случай, которому он был свидетелем в период духовного пробуждения в Петербурге. Это произошло в революционном 1905 году. На Пасху должен был состояться съезд в доме княгини Ливен. Якова пригласили в качества проповедника. Император Николай II и его советники готовили указ о веротерпимости, дарующий русскому народу свободу вероисповедания. Так они хотели успокоить бунтующие массы. Все узники, пострадавшие за веру, должны были выйти на свободу. Указ собирались зачитать пасхальным утром во всех церквах.

Княгиню Ливен уведомили об этом намерении императора. Она ничего не сказала участникам съезда, но пригласила всех к себе в дом рано утром. Вот как вспоминал об этом Яков:

Пасхальным утром, в шесть часов, все участники съезда собрались во дворце. Княгиня вошла в зал, одетая в белое платье. На голове у неё была княжеская корона, а в дрожащих руках — указ императора. И она его нам зачитала. Что это был за момент! Прежде чем в церквах зазвонили колокола и общественность узнала эту радостную весть, мы все упали на колени и поблагодарили Господа за освобождение русского народа. Особенно вспоминали мы братьев и сестёр, находившихся в изгнании.

Так Яков познакомился с духовной жизнью петербургских верующих. Он служил им до 1914 года и приобрёл богатый духовный опыт. Благодаря д-ру Бедекеру Яков был тесно связан также с работой Евангельского альянса в Германии. Его приглашали в Бланкенбург в Тюрингии. Также Яков совершал поездки по балтийским провинциям.

Дом диаконис

В это же время Яков Крекер и другие руководители издательства «Радуга» решили основать в Гальбштадте Дом диаконис. В меннонитских колониях существовало немало больниц, однако очень не хватало сестёр милосердия. План начали воплощать в жизнь. Однако когда дом был уже построен, стало ясно, что найти сестёр будет не так-то просто. Большинство девушек рано выходили замуж.

Наконец одна молодая девушка, руководитель объединения диаконис Анна Зудерман, учившаяся в Германии в Библейском доме Малхе в Фрайенвальде, выразила желание приехать в Гальбштадт. Но когда пришло время приступить к работе, Анна объявила о помолвке с пастором Жаком, который впоследствии стал одним из основателей миссии «Свет на Востоке».

И всё же Господь помог найти нужных людей. Яков Крекер познакомился в Ревеле с четырьмя сёстрами, которые из-за своих религиозных убеждений вышли из евангелического объединения диаконис. Получив предложение от Якова, они охотно поехали на юг. Сестра Вера взяла на себя руководство Домом диаконис, остальные помогали ей. Со временем к ним присоединились и другие сёстры. Позднее Дом диаконис даже пришлось расширять.

Для Анны Крекер встреча с сёстрами стала судьбоносной. Она познакомилась с доброй христианкой Альвиной, которая видела, как много работы и обязанностей было у матери большого семейства. Анна заботилась не только о детях, но и о близких ей стариках, многочисленных гостях и т. д. И почти всё ей приходилось делать одной.

Увидев это, сестра Альвина сказала, что хочет жить с ними и помогать Анне. Это была совершенно неожиданная и благословенная помощь от Господа. Альвину приняли в семью с большой радостью. Почти тринадцать лет она самоотверженно и верно во всём помогала Анне, в том числе в воспитании детей и заботе о них. Она много трудилась, сопереживала всем, испытывала вместе с семьёй все радости и боли. Якову с тех пор стало легче совершать поездки, так как он знал, что его жена в лице сестры Альвины обрела хорошую помощницу.

Альвина ушла в вечность в Эстонии, на своей родине, через месяц после кончины Якова Крекера.

«Пойди из дома отца твоего»

В 1908-1910 годах Якова часто занимали мысли об эмиграции. Поначалу они с женой никому не рассказывали о своих планах, так как отец Анны тогда болел раком. Несмотря на сделанные операции, болезнь прогрессировала. После того как возможности медиков были исчерпаны, господин Лангеманн выразил желание, чтобы брат Отцбах из Германии, который в то время находился в гостях у Якова в Гальбштадте, помолился о нём с возложением рук, как это описано в Послании Иакова.

Сам брат Отцбах многие годы был прикован к постели, но получил исцеление от своей болезни по молитвам верующих. Он согласился выполнить просьбу больного и вместе с Яковом и Анной отправился к Лангеманну, находившемуся при смерти.

Стояла летняя жара. Когда гости появились у постели больного, тот был несказанно рад. Но выглядел он плохо. Брат Отцбах в беседе с больным подчеркнул, что ему нужно полностью предаться воле Бога. В этом случае, как бы Господь ни повёл далее, человек получит настоящее благословение. Так и произошло. Господь не исцелил господина Лангеманна по молитвам своих рабов, однако больной обрёл полный мир с Богом. Через два месяца он тихо ушёл в вечность.

Брат Отцбах вернулся в Германию, посетив перед этим Петербург. Князь Павел Ливен сопровождал его. Но ещё по пути Господь забрал Своего верного раба в вечные обители. Усопшего перевезли в Петербург, где он и был похоронен. Он скончался в 1908 году, ещё раньше господина Лангеманна.

Яков после смерти отца Анны принял окончательное решение покинуть Россию. Вот что он об этом писал: «Я чувствовал сильное побуждение переехать с семьёй за границу. Я не мог чётко объяснить мотива, двигавшего нами, но это решение было окончательным. Мы хотели дать детям возможность получить хорошее немецкое образование, а мне облегчить посещение Петербурга для служения».

Поездки с юга на север страны были довольно долгими. Якова тянуло в Швейцарию. Чтобы решиться на этот шаг, они с женой должны были многое обсудить, проверить, действительно ли их желание от Бога.

Яков решил съездить в Швейцарию. По приглашению проповедника Видмера, который в то время находился в Гальбштадте, Яков отправился вместе с ним в Швейцарию с проповедью Евангелия. Их путь пролегал через Германию, и путешественники оказались в Вернигероде в Гарце, где жил профессор Штрётер. Яков поделился с профессором своими мыслями о переезде, и тот воскликнул: «Зачем вам Швейцария? Переезжайте сюда. Здесь столько домов пустует!»

Но Яков не мог сразу решиться, поэтому отправился дальше в Швейцарию. Там он искал подходящий дом для своей семьи. Однако все его поиски оказались тщетными. Когда Якову всё же приглянулся какой-то дом, выставленный на продажу, он решил ещё подумать до утра. А когда он утром хотел заключить сделку, дом оказался уже проданным. Тогда Яков понял, что Богу не угодно его переселение в Швейцарию. Провидение указывало ему на Германию, а именно на Вернигероде. По пути домой он снова заехал туда. После недолгих поисков Яков нашёл подходящий для их семьи дом. Друзья охотно помогали ему и словом, и делом, так что Яков вскоре смог всё подготовить для переезда семьи.

Возвратившись в Гальбштадт, Яков объявил, что пришло время переселяться. Сердце Анны сжалось, им нужно было оставить родной дом! Для семьи Крекер это означало то же, что когда-то для Авраама: «Пойди из земли твоей, от родства твоего... и иди в землю, которую Я укажу тебе».

Это событие, конечно, коснулось сердец всех членов семьи. Нужно было собирать вещи. Это было так непросто! Многие друзья не понимали решения Якова. Один из них сказал ему: «Ты как будто бегущий Иона. Но морская рыба через год выплюнет тебя на сушу!»

Что мог на это ответить Яков? Его друг видел, как много духовного труда в огромной России. И как мало работников на этой ниве. А тут один из них ещё захотел уехать! Яков не мог ответить ничего определённого и сказал лишь: «Такова воля Божия».

Ответ на вопрос друга открылся ему лишь через пару лет. А пока семья готовилась к переезду. Крекеры продали дом, в котором им так хорошо жилось! Распродав многие вещи и упаковав оставшиеся, Крекеры отправились к родственникам на каникулы, чтобы попрощаться с ними. Здесь их тоже ожидали испытания. Родственники ещё меньше, чем друзья в Гальбштадте, понимали желание Якова и Анны эмигрировать.

Препятствия поджидали на каждом шагу. В это время Яков тяжело заболел дизентерией. Его положили в больницу в Симферополе. Анна с детьми осталась в Спате. Состояние Якова внушало опасение. Супруги молились и вопрошали Господа. Перед ними стоял мрак неизвестности. Однако Бог их не покинул. Независимо друг от друга Яков и Анна получили ответ от Господа: «Я прибавлю к дням твоим пятнадцать лет».

Яков Крекер радовался выписке из больницы, хотя и был ещё очень слаб. Однако вскоре последовало новое испытание. Младшая дочь Крекеров, оставленная с сестрой Альвиной в Гальбштадте, сильно заболела. Всё вокруг казалось очень мрачным.

Но вот наступил день отъезда. Младшая дочь выздоровела. Яков с Анной, их восемь детей и сестра Альвина отправились в Германию. Это стало целым событием для их родственников и друзей. Многие пришли на вокзал попрощаться. Никто тогда не догадывался, что благодаря этому переезду Крекеры избегнут тех ужасов, которые вскоре испытают оставшиеся. После Первой мировой войны меннонитские поселения поглотит революционный хаос. Многие из тех людей, кто прощался на вокзале с семьёй Крекеров, впоследствии будут арестованы, убиты или погибнут от голода.

Дай мне руку, Господь, и вперёд поведи

От земных заблуждений к Твоей истине вечной.

Всё, что в мире нашёл я, что душою любил, Оказалось бессмысленным, недолговечным. Припадая к воде, я всегда ликовал.

Обрести смысл жизни душа в ней желала,

Но вода в том источнике горькой была

И ничуть моей жажды не утоляла.

Дай мне руку, Господь, от земли подними,

Чтоб познал я Твою чудотворную силу.

Ничего без Тебя сделать я не могу

И страдаю, и мучаюсь невыразимо.

Позови за Собой, и на зов отзовусь,

И пусть смерть станет истинной жизни началом.

Я в своей нищете в Тебе клад отыщу

И пойду в волчью стаю с открытым забралом.

Дай мне руку, Господь, и пойду за Тобой

Если Ты поведёшь, я воспряну душою.

Только в Боге опора и крепость моя.

Лишь тихонько шепни, что Ты рядом со мною.

О, прости, что я слово своё не сдержал:

Отвлекли от Тебя меня мира забавы.

Сердцем был я тогда от Тебя далеко

И не ведал Твоей благодати и славы.

Дай мне руку, Господь, и вложи в неё дар.

Я умножу его, Тебе стану угодным.

Укажи, как мне жить, как Тобой дорожить,

Чтоб духовный мой труд не остался бесплодным.

В предвкушении вечности жить я хочу,

Послужить для Тебя, для Небесной отчизны,

И, окончив дела, устремиться туда,

Где Ты мне приготовил венец вечной жизни.

Яков Крекер

Вернигероде

Вернигероде — город воспоминаний — распахнул свои врата, став для членов семьи Крекер тем чудесным местом, где Господь испытывал их и открылся им особенным образом. Никто не догадывался тогда, что ожидает их в будущем.

Прощание с родиной было для Анны Крекер очень трудным, но и привыкание к новому месту оказалось ничуть не легче. Когда их семья в Крыму уезжала со станции Сарабуз, зал ожидания переполнился провожающими — родственниками и друзьями Крекеров. И вот они сели на поезд, он тронулся, и дорогие сердцу люди и любимые места скрылись с глаз. Поездка в Берлин на курьерском поезде длилась четверо суток. В российских поездах есть вагоны со спальными местами, и семье там было довольно комфортно. В Германии, однако, путешествие с восемью детьми в тесном купе было очень неудобным. Все вздохнули с облегчением, когда поезд прибыл на конечную станцию Вернигероде.

Перед ними лежал мирный городок, их новая родина. Он дружелюбно и приветливо встречал семью переселенцев. Узкие улочки и переулки с красивыми домами, окна которых украшали цветы, выглядели совершенно иначе, чем меннонитские поселения в России. Яков вынужден был периодически пересчитывать своих детей, которые то и дело останавливались и в восхищении оглядывались по сторонам.

Город окружали холмы, поросшие лесом. Над замком на одной из гор гордо развевался флаг. Вдалеке виднелась гора Брокен. Городок будто бы протянул свои щупальца в покрытые лесом долины, начал взбираться на холмы, но в задумчивости остановился. Белые берёзы, серый бук и коричневые сосны были прекрасным фоном для домиков с цветущими садами. Красные, белые, жёлтые и розовые розы вились и благоухали на стенах и заборах, в палисадниках. В лесах цвёл шиповник. Цветущий город-сад напоминал зачарованную Спящую Красавицу. Дома в нём словно соперничали между собой количеством цветов на подоконниках.

Здесь было приятно находиться. Дом, который семья Крекер взяла в аренду, утопал в этом цветочном море. Из окон открывался восхитительный вид на замок и город. Друзья Якова позаботились, и по приезду семьи стол для всех уже был празднично накрыт, приготовлен вкусный обед.

Этот дом стал уже третьим за время совместной жизни Якова и Анны. Теперь им нужно было привыкать к новому окружению. Анне это далось тяжелее, чем Якову. Она ходила с опущенной головой и долго не могла ничему радоваться. Но Яков бодро смотрел вперёд. Анна сравнивала себя с Лотом, следовавшим за Авраамом и таким образом получавшим благословения. Супруги желали вместе идти за Господом, потому что они однажды посвятили Ему свою жизнь. Но Анна не сразу поняла, что для неё это означает прежде всего следовать за своим мужем. Яков в познании Бога намного опережал её. Когда Анна это осознала, она стала полностью доверять мужу, даже в тех ситуациях, когда их мнения расходились. Несмотря на то, что Анна сильно скучала по прежней жизни, она всё же верила, что это Бог призвал их из дома отцов и привёл в чужую страну.

Яков терпеливо ждал, когда Анна уразумеет то, чего она не понимала. При этом он вспоминал слова апостола Павла: «Если же вы о чём иначе мыслите, то и это Бог вам откроет».

Яков и Анна быстро обрели друзей в Вернигероде. С профессором Штрёдером и его женой они познакомились ещё в России. Госпожа Манхард и фрейлейн Аренс также стали друзьями Крекеров. У них появились добрые знакомые и в поместной церкви Якова вновь стали приглашать читать лекции на библейские темы, поэтому и в Германии он много ездил.

Так на новом месте прошло первое лето, а за ним и зима. Однажды Яков подошёл к жене и спросил:

— Может быть, нам купить себе дом?

Анна ответила:

— В чужой стране мне не нужен собственный дом, будем жить в хижинах!

О чём тогда подумал Яков, неизвестно, однако через пару дней он вернулся домой, подошёл к жене и вручил ей ключ со словами: «Это от нашего дома!»

Один издатель, переезжавший в Берлин, продал свой дом Якову очень недорого. Это здание было словно создано для семьи Крекер. Там Анна почувствовала себя настолько хорошо и уютно, что её грусть вскоре прошла. Она начала приживаться в Вернигероде.

В те годы их семья любила гулять в лесу. Упаковывали рюкзаки, малыша усаживали в коляску и вместе со всеми детьми отправлялись на природу.

«Кто тебя, красивый лес, поставил там, высоко наверху?!» — пели старшие мальчики и девочки, идя впереди с отцом. Мама и сестра Альвина следовали за ними с младшими детьми. Найдя подходящее место, семья разбивала лагерь и с удовольствием отдыхала, подкрепляясь взятыми с собой булочками и пирогами. Яков шутил и играл с детьми. Иногда они предпринимали и более далёкие походы со старшими мальчиками и девочками.

Такие дни для Якова были любимым временем, отдыхом после многочисленных поездок. Дети освоились в лесу и на возвышенностях Гарца, полюбили свою новую родину.

В последующие годы Крекерам в Германии пришлось пройти через многие испытания. Яков полагал, что все финансовые вопросы решил успешно. После смерти Иоганна Лангеманна они унаследовали часть завода по производству сельскохозяйственных машин. Доходы от этого предприятия должны были обеспечить проживание Крекеров в Вернигероде. Не имея финансовых проблем, Яков хотел полностью посвятить себя служению.

Однако Господь лишил их семью материального благополучия и заставил пересмотреть все планы. Он допустил Своим детям пройти через многие трудности, чтобы они усвоили урок: Небесный Отец не только призывает к служению, но и силен обеспечить их всем необходимым в жизни.

Яков вложил все деньги от продажи дома в Гальбштадте в завод, который затем кто-то поджёг. Предприятие понесло убытки. Это стало большим ударом для семьи, когда вместо ожидаемых средств Яков получил телеграмму с печальными известиями.

Анна в это время ждала девятого ребёнка. Они собирались купить некоторые детские вещи. И счета не были оплачены. Положение становилось критическим. На какие средства они будут жить, покупать продукты и одежду?

Яков, Анна и их преданная помощница сестра Альвина в молитве преклонили колени. Они предали свою жизнь со всеми её бедами в руки Небесного Отца, знающего всё. Ответ на их молитвы не заставил себя долго ждать. Он был не таким, какой их семья ожидала, но это стало началом удивительного попечения Бога о них.

Сестра Альвина неожиданно получила от друзей небольшое пожертвование в сто марок. Сияя от радости, она пришла к Якову, протянула ему купюру и попросила:

— Вышли, пожалуйста, по почте пятьдесят марок сестре Александре (миссионерке в Египте), а на оставшуюся сумму мы сможем купить необходимые для малыша вещи!

Яков пошёл на почту, но почему-то отправил миссионерке вместо пятидесяти все сто марок. Альвине же он сказал: «У меня было чувство, что я должен отправить сестре Александре все эти деньги». Анна и сестра Альвина удручённо молчали. Они не знали, что сказать и что им вообще теперь делать.

Именно тогда в их дом вошёл курьер. Он попросил позвать Якова Крекера и затем выложил на стол крупную сумму. Для семьи этот момент остался незабываемым. В ответ на послушание Якова Господу, отдавшего последнее, незамедлительно пришла помощь свыше. Бог побудил одного человека сделать крупное пожертвование для Якова, о чём последний совершенно не догадывался. Ответ на молитву в нужде пришёл вовремя!

Этот случай побудил всю семью ещё больше довериться Богу. До глубокой старости Яков, Анна и их одиннадцать детей никогда не были оставлены Господом. Он верно вёл их Своим путём!

Духовное оружие

Вкус победы особенно сладок, когда Бог даёт нам заглянуть в Его великую мастерскую. Тогда мы становимся ближе к действию Святого Духа в созидании Его Царства. Нам приоткрываются события будущего и грядущее Божье Царство. У нашей веры появляются новые перспективы и возможности для служения в обозримом будущем».

Эти слова, сказанные однажды Яковом Крекером, отражают его духовный опыт, приобретённый в движении пробуждения в России и Германии. До начала войны Яков продолжал ездить из Германии в Петербург и на Юг России. Весной 1914 года руководящие братья решили, что Яков должен жить полгода (во время зимнего сезона) в Петербурге и полгода (во время летнего сезона) — в Вернигероде.

Однако эти планы нарушила Первая мировая война. Она не только оборвала контакты с Россией, но и создала препятствия для проповеди Якова внутри Евангельского альянса и в церквах в Германии. Якову как русскому гражданину было запрещено в течение четырёх лет выезжать из Вернигероде без специального разрешения. Он не был интернирован лишь благодаря своему статусу рукоположенного меннонитского священнослужителя.

Во время затянувшейся войны Яков изучал богословие. Он погрузился в тонкости иврита и исследовал Ветхий Завет. Из всего этого он старался черпать материал для своего дальнейшего духовного служения в России и Германии. Понемногу Яков начал также публиковать свои богословские труды.

С Божьей помощью Якову удалось в 1917-1918 гг. на протяжении двух семестров слушать лекции в Берлинском университете. Это помогло ему расширить и углубить библейские познания — как Ветхого, так и Нового Заветов.

В это время, когда Яков не мог совершать свои благовестнические поездки, у него появилось желание написать большую исследовательскую работу по истории Ветхого Завета. Его первой попыткой стала книга «Ной и мировой суд».

Эта публикация была доброжелательно встречена в христианских кругах, что вдохновило Якова на продолжение работы и создание ещё более объёмного исследования по Ветхому Завету. Так постепенно появился многотомный труд под общим названием «Живое Слово». Яков так пояснял ключевую мысль, побудившую его предпринять данное издание: откровение, явленное одному человеку, достигая других людей, может также стать их откровением — в ничуть не меньшей силе.

Затем Яков издал и свои небольшие работы: «Наедине со Спасителем», «Сокровенное общение с Богом», «Божьи носители благословений», «Сокровенные пути благословения», «Мировое государство и Божье царство», «Он говорил ко мне» и др.

Так необычно для всей семьи в те годы было видеть Якова дома столь долгое время! Он периодически организовывал вместе с детьми и знакомым учителем музыки домашние вечера, на которых они замечательно играли на скрипке, виолончели, фортепиано и флейте. Сам Яков играл на флейте. Несмотря на трудные времена, эти музыкальные вечера доставляли семье много радости. Во всём происходящем семья Крекер видела руку Божью, хотя и не вполне понимала, зачем им нужно было уезжать из России.

Оглядываясь назад, можно сказать, что никто не подозревал, какой близкой была Первая мировая война. Прошло всего четыре года после переезда семьи Крекер, как начались военные действия. Для Якова началось время уединения, создание задела для его будущего, ещё более масштабного служения людям. И Яков использовал это время для прилежного изучения Ветхого Завета и иврита.

Годы войны, разумеется, принесли с собой многие трудности. Продуктов питания у семьи становилось всё меньше, так что временами охватывало уныние. Однако всё это учило Крекеров по-новому полагаться на Бога и верить Его Слову. И Господь не оставлял их большое семейство!

Русские военнопленные

В период затишья, во время войны, пришла просьба из лагерей для русских военнопленных: «Придите к нам и помогите!» События, которые предшествовали этому, связаны с мрачными реалиями Первой мировой войны. Людей уничтожали. Бог, однако, и посреди этих ужасов строил Своё Царство.

Яков писал об этом: «Наша душа не знает более высокого наслаждения, чем быть участником Божьих событий и действий, свидетелем созидательной жизненной силы Его благодати».

В те годы Яков пережил это особенно остро и был введён в мастерские Господа Бога. Во время войны пастора-немца Вальтера Жака выслали из России вместе с женой Анной, урождённой Зудерманн, и тремя детьми. Вскоре он оказался в Германии, в городе Гальберштадте. Яков Крекер и пастор Жак дружили и раньше участвовали в совместном служении в России. Яков был, вероятно, одним из первых, кто встречал и приветствовал пастора Жака в южной России, когда тот прибыл туда по поручению Ближневосточной миссии д-ра Лепсиуса помогать русской группе евангельских христиан-молокан в служении. Их поселения и поля располагались вблизи самой крупной и влиятельной меннонитской колонии в Украине.

Вскоре дружба Якова и Вальтера стала ещё теснее благодаря семейным связям, которые пастор Жак приобрёл после женитьбы на Анне Зудерманн. Это была та самая девушка, которую Яков Крекер намеревался поставить на ответственную должность в Доме диаконис в Гальбштадте.

Радость их встречи была столь велика, что пастор Жак решил переехать в Вернигероде. Он купил дом у семьи Крекер, для которых в нём из-за растущего семейства места становилось всё меньше и меньше. А Крекеры купили себе другой дом на Хорнштрассе.

Так в одном городе сошлись знаменитые участники российского евангельского движения. Поначалу их связывала только обычная дружба и общее прошлое. Но фактически Бог свёл Якова Крекера и Вальтера Жака для служения русскому народу, превосходящего всю их прежнюю деятельность.

Во время войны миллионы военнопленных попали в Германию, в страну Реформации. Это была уникальная возможность распространить среди русского православного народа живое Евангелие.

Как отдельные христиане, так и целые организации, в их числе пастор Эрнст Ломан от Библейского дома в Мальхе, Трактатное общество в Касселе и др., посчитали своим христианским долгом распространять в лагерях для военнопленных Новый Завет, Евангелие, брошюры и листовки «Для всех» на русском языке. Некоторые люди из России именно здесь впервые в жизни услышали Божье Слово.

В лагерях началось пробуждение. Вскоре появилась необходимость в проповедниках и душепопечителях, владевших русским языком, чтобы помогать новообращённым в изучении Священного Писания и укреплять их в вере.

Якова Крекера и пастора Жака призвали к этому служению в лагерях. Там были организованы Библейские курсы. У братьев, особенно у Вальтера Жака, начала созревать мысль об основании Миссионерского союза для распространения Евангелия. Их волновала духовная нужда народов Востока. Русский народ и евангельское движение в России были им хорошо знакомы. Просьбы из лагерей коснулись их сердец.

Яков Крекер писал о том времени:

Чем острее становился вопрос, тем больше мы думали о том, на каком духовном основании хотим организовать Миссионерский союз. Будет ли он зависеть от государственной церкви, от какой-то поместной общины или от определённой деноминации?

Тогда мы сказали себе: нет! Мы не можем ничего сделать сами для народов на Востоке. Мы можем лишь признать то, что Бог уже начал совершать среди них, независимо от нас, и делает это силою Своего Слова. С осознанием этого факта мы выпустили первый номер журнала нашей миссии «Dein Reich komme» («Да придёт Царство Твоё»), опираясь на слова апостола Павла: «Ибо мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса».

Несмотря на то что пастор Жак был выходцем из реформатской церкви, а я — служителем и старейшиной в меннонитской общине, мы с ним никогда не имели разногласий на наших заседаниях, в общении, при обсуждении целей и методов работы. Превыше всего стояло наше согласие: «Мы проповедуем не себя, не личное откровение в вопросах веры, не свою церковь, в которой провидением Божьим оказались, но Самого Господа, Который призвал нас к спасению и вошёл в нашу жизнь. Он и только Он является основанием, содержанием и будущим веры русского народа».

Словами апостола Павла можно было выразить суть и нашего братского общения: «Потому что Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа».

Это решение стало ключевым и в жизни верного брата Жака. Непоколебимый во всех богословских вопросах, он необычайно ярко свидетельствовал о своём обращении, словно Савл, остановленный Богом на пути в Дамаск. Он был убеждён, что пережить подобное ему было необходимо.

Так как движение пробуждения в России основывалось на тех же принципах, брат Жак чувствовал особую связь с русскими людьми. Он знал их сокровенные стремления и внутреннюю борьбу. Они же понимали его любовь ко Христу как начало и основание новой жизни. Это давало брату Жаку внутренние силы отвечать на богословские вопросы и покрывать всё любовью. Как богослов он понимал, что за спорными вопросами нет подлинной духовности, за ними стоят только субъективные толкования Писания. Поэтому в евангельском движении ценились такие братья, как Вальтер Жак, который относился к верующим с полным доверием, служил им и поддерживал во многих вопросах.

Такой подход к свободному евангельскому движению, из которого образовались самостоятельные общины, евангельские группы и баптисты, станет понятнее, если узнать, что сам пастор Жак говорил о своём призвании. Таким же несомненным, как его обращение, было для Вальтера Жака и призвание служить проповедью Евангелия русскому народу.

Главное, что нас с ним объединяло в этом служении, была общая цель. Чем больше мы отдавались работе в Миссионерском союзе, тем разнообразнее она становилась, но главная цель у нас оставалась прежней: «просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа».

Следует сказать и о том, что также объединяло наше общение, веру и работу: «Но сокровище это мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам».

Так мы жили, не только признавая свои слабости, но ещё более — взирая на внутреннего человека в свете вечности. Ведь «человеческим» выглядит в конце концов всё, что люди пытаются делать по велению Бога и для блага ближнего. Господь утверждал Своё Царство во все времена не с помощью ангелов, но силами людей, которые осознавали свою слабость и нуждались в прощении при совершении порученного им Богом служения.

Яков Крекер и пастор Жак приступили к своему новому служению в Германии в лагерях для русских военнопленных, ещё не зная, какими будут последствия этого труда. Как прекрасны открытые двери и послушание Божьего слуги, который входит в эти двери по воле Божьей! Тогда открываются сердца людей, слышащих Слово Божие, и они начинают сиять, прогоняя тьму!

Вернигероде. Вид с Айхберга

Первый дом семьи Крекер в Вернигероде

Дом «Божий дар» в Вернигероде

Распространение Библии

Яков Крекер и пастор Жак ездили в лагеря для русских военнопленных и проводили там библейские занятия. И Божье Слово, которое простые люди ещё никогда не слышали, находило удивительный отклик. Потребность в таких занятиях росла изо дня в день.

Братья, осознав, насколько велико миссионерское поле, обратились к Шведскому миссионерскому обществу, которое долгие годы поддерживало евангельское движение в России. Это общество отправило своих миссионеров Хёгберга и Свенссона в Вернигероде, чтобы помочь основать Миссионерский союз для распространения Евангелия и расширить работу среди русских военнопленных.

Господу был угоден этот труд: братья непрестанно посещали лагеря, проводили библейские занятия, раздавали Евангелия. Обратившихся к живой вере военнопленных становилось всё больше. После заключения мирного договора военнопленные отправились к себе на родину. Те из них, кто принял Божье Слово, повезли его с собой. Эти люди, рассеявшись по всей стране, стали возвещать Евангелие. О том, сколь поразительными были эти события, свидетельствует следующий случай.

На одно из последних христианских собраний в лагерях пришёл русский юноша и нашёл там своей душе мир и спасение. Так как возвращение пленных на родину намечалось в ближайшие дни, никто уже не мог позаботиться об этом новообращённом. Его предали попечению Божьему и подарили Библию, хотя он ни читать, ни писать не умел. Этот юноша думал, что он единственный верующий у себя на малой родине, поэтому не озаботился тем, чтобы узнать адреса других братьев в своём крае. Он благополучно вернулся домой. Его родная деревня находилась в десяти километрах от ближайшей железнодорожной станции. Односельчане никогда не слышали о Христе и Евангелии. Знали они лишь одно суеверие: кто читает Библию, тот в конце концов сойдёт с ума...

Когда радость от возвращения на родину и встречи с родственниками постепенно утихла, душа этого юноши потянулась к общению с другими евангельскими верующими. Но где их найти, он не знал.

В их селении должны были пройти выборы местного совета. Для этой цели в одном месте собрались около восьмисот человек. Тогда этот юноша решился на отчаянный поступок. Он пришёл на общее собрание, встал на глазах у всех на колени и слёзно помолился вслух. Он сказал в своей молитве Богу о том затруднительном положении, в котором оказался: «Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя и Твоё Слово! Я хочу жить в согласии с Твоей волей. Но я не умею читать, и некому помочь мне в познании Писания. Пошли мне кого-нибудь, даже если это недотёпа, лишь бы он согласился читать мне Библию». После этих слов юноша горько заплакал.

Люди смеялись, хотя некоторые из них смотрели на юношу с сочувствием. Господь же услышал его. Молитва верующей души произвела сильное впечатление на одного молодого коммуниста. Его не оставлял вопрос: «Почему этот парень так любит Библию? Учёные доказали, что его любимая книга — полная бессмыслица».

Этот коммунист решил поговорить с верующим юношей, расспросить его. В ходе беседы бывший военнопленный очень живо и трогательно рассказал о своём обращении к Богу в германском плену. Этот простой рассказ коснулся сердца коммуниста. И у него появилось желание ознакомиться с Библией. Он согласился помочь верующему юноше и сказал: «У меня не так много времени, но мне жаль тебя. Давай я буду приходить к тебе по вторникам, вечерами, и читать Библию вслух. А по пятницам ты приходи ко мне!»

Так молодой коммунист стал читать Библию, а бывший военнопленный плакал при этом и молился. Один читал, другой молился. В результате этих встреч коммунист пришёл ко Христу. Теперь проповедь Евангелия в селе зазвучала с новой силой. Через три месяца там уже появилась община из шестидесяти верующих. Это было связано не только со словом, звучавшим из уст коммуниста, но и с его добрым образом жизни, ставшим для многих примером.

Как настоящие русские люди — всё или ничего! — эти молодые христиане полностью отдались Господу и стремились жить по Писанию. Они прочитали в книге Деяния апостолов, что у первых верующих было «одно сердце и одна душа» и они «постоянно пребывали в учении апостолов, в общении и преломлении хлеба».

— Подожди! — сказал один из них. — Это важное место. О чём оно нам говорит?

Друзья подумали и решили, что и они теперь имеют одно сердце и одну душу, так как Христова любовь наполняла их. Они тоже постоянно молились и читали Писание. И все верующие в их деревне собирались для христианского общения не только по воскресеньям, но и среди недели, насколько это было возможно.

Но вот преломление хлеба... Что это вообще такое? Это место Писания доставляло им беспокойство. Они знали из православной традиции только обедню, однако чувствовали, что это не похоже на духовную жизнь христиан во времена апостолов. Изучая Священное Писание, верующие нашли и другие места, описывающие хлебопреломление, а также слова Господа: «Сие творите в Моё воспоминание».

Тогда они всей общиной решили отправить Сергея (бывшего военнопленного) на крупную железнодорожную станцию, находившуюся в девяноста километрах от их деревни. Приближался церковный праздник Воздвижение Креста Господня, и на приуроченную к этому времени ярмарку собиралось много народу.

— Поезжай туда, Сергей, и, может быть, Господь пошлёт тебе тех людей, которые верят в Бога, как и мы. И тогда они помогут нам!

И Сергей отправился в путь. Два дня в том большом селении он пытался говорить о Боге со многими людьми, но никто его толком не понимал. Когда на третий день народ начал с ярмарки возвращаться домой, Сергей, уставший и расстроенный, пришёл на постоялый двор, где оставил свою лошадь. Он сел в углу и горько заплакал.

Хозяин постоялого двора спросил его:

— Что ты тут сидишь и плачешь так жалобно?

— Не могу найти ни одного человека, кто бы верил в Бога по Библии так, как и мы в нашем селе, — ответил Сергей. — Может, ты знаешь кого?

— Нет, — ответил хозяин, — но тут есть одна женщина, она только что из Ленинграда приехала. Спроси её. Может, там есть люди, которых ты ищешь.

Этой женщине нужно было попасть в село, которое находилось недалеко от деревни Сергея. Никто не хотел её брать с собой, так как денег у неё не было. Тогда Сергей подошёл к ней и спросил:

— Скажи, ты знакома с людьми, которые верят в Иисуса Христа и читают Библию?

И он подробно пояснил ей, что имеет в виду.

— Конечно! — воскликнула женщина. — Таких людей я хорошо знаю. Я двадцать лет жила в Ленинграде, была поварихой в благородном доме. Теперь наши правители всё с ног на голову поставили: поварих и служанок отсылают домой, а благородных дам принуждают готовить и стирать. И бывшие господа должны подметать улицы. Не могу привыкнуть к новым порядкам, поэтому решила домой вернуться, где не была уже больше двадцати лет.

Они продолжали оживлённо беседовать, и Сергей радостно предложил:

— Давай я отвезу тебя домой. Ничего с тебя не возьму, но у меня будет одно условие: я приеду в следующую субботу и заберу тебя в свою деревню, чтобы ты рассказала всем нашим верующим о духовных собраниях в Ленинграде.

Женщина охотно согласилась, и они отправились в путь. В следующую субботу Сергей привёз её на собрание. Вопросам не было конца. Женщина рассказала всё, что знала, и в конце дала хороший совет:

— Напишите в Ленинград! Я знаю адрес братьев. Они очень добрые и хорошие люди. Они обязательно вам ответят.

Так и сделали. Написали от общины письмо в Ленинград, откуда его кто-то переслал в Москву, в союзное правление братства. Там это письмо вызвало радость и интерес. И тогда одного благовестника направили в ту деревню, где жил Сергей, чтобы посетить верующих.

Благовестник приехал, но провёл у них не неделю, как планировал, а целых три месяца, потому что вся деревня пробудилась и приходила слушать проповедь Евангелия.

Так вскоре в этой местности образовалась община из двухсот верующих! Святой огонь перекинулся и на соседние деревни.

Человек из России, рассказавший эту удивительную историю в Германии, в заключение своего свидетельства сказал:

— Подобные события происходят у нас сейчас повсеместно. Слава Богу за то, что Он благословляет нашу страну! Мы благодарны Господу за братьев в Германии, которые верно трудятся и помогают нам в служении, чтобы Божье Слово ещё больше распространилось в России. Присоединяйтесь к нашей хвале и благодарности Господу, трудитесь, чтобы Евангелие возвещалось до края земли и достигало нас в России.

И всё это Бог совершил через одну Библию!

Страждущая церковь

Страждущий храм на земле,

жизни прилив штормовой

Волн грозным рёвом тебя неизменно пугает.

Как от стихии спастись, если молчит в небе Бог,

Если нужда и отчаяние угнетают?

Страждущий храм на земле, дал ты однажды обет Следовать за Иисусом в нужде и страданьях.

Шторм с каждым разом страшней,

ужас и гибель кругом

Как устоять в смертоносном огне испытаний?

Страждущий храм на земле, объединились враги

В мрачный союз, угрожающий смертью и тленом. Ты — в море жизни маяк, пусть над простором его Луч твоей веры сияет во тьме неизменно.

Страждущий храм на земле, скоро объявится Тот, Кто, несомненно, спасёт от нужды и от страха Горькие слёзы твои Он милосердно утрёт.

В Нём твоя, Церковь, победа над смертью и прахом.

Заключённый

Открытые двери

Для благовестил важно иметь открытые двери. «Вот, Я отворил перед тобой дверь, — говорит нам

Господь, — и никто не может затворить её».

Это ключевой момент в любом труде для Царства Божьего. Господь указывает нам на открытые двери. Мы видим их, но необходима сила, чтобы идти вперёд. По-настоящему благословенны те христиане, которые не только получили от Господа какие-то дары, но и активно применяют их на практике, совершают силою Божьей вверенное им служение.

Когда братьям Крекеру и Жаку открылись двери, они просили Бога послать им добрых помощников, молились о братьях и сёстрах, которые смогли бы принести добрый плод.

Божье ведение удивительно. Братьям Крекеру и Жаку нельзя было после войны вернуться в Россию, чтобы нести там служение. Но Господь словно послал саму Россию к ним в Германию.

Когда первая большая волна русских военнопленных вернулась на родину, в 1920 году случилась скоротечная советско-польская война. И в Германию вновь хлынула масса пленных, на сей раз именуемых красноармейцами. Около пятидесяти тысяч солдат, спасаясь от преследования, пересекли границу Германии и в итоге попали в лагеря. Так начался новый этап в работе христианской миссии. Лагеря для красноармейцев были более строгими, и попасть миссионерам туда оказалось непросто. Но Бог, отворивший перед апостолом Петром запертые двери темницы, открыл доступ и в новые лагеря для распространения Евангелия.

Однажды из лагеря пришла открытка. Писала небольшая группа верующих военнопленных первой волны. Они просили руководителей миссии: «Пришлите к нам двух хороших проповедников! Начальник лагеря разрешает нам проводить собрания для интернированных лиц. У нас здесь даже есть театр».

Это были очередные открытые двери и ясный призыв от Бога. По примеру из книги Деяния апостолов, глава 13, для благовестия избрали двух братьев. Они отправились на это служение по поручению руководителей миссии.

Когда благовестники прибыли в лагеря, они прежде всего посетили верующих, пославших открытку, чем доставили последним великую радость. Затем благовестники отправились к начальнику лагеря. Тот прочитал составленное руководством миссии сопроводительное письмо и дал разрешение на проповедь. Начальник лагеря был уже знаком с этими благовестниками по их прежнему служению и знал, что они оказывают доброе влияние на военнопленных.

Господь между тем продолжал открывать двери. Братья среди пленных проинструктировали миссионеров, к кому нужно теперь обратиться...

— Товарищ генерал N мы пришли сюда, чтобы проводить в лагере религиозные собрания. Мы хотим проповедовать товарищам Евангелие.

— Пожалуйста, вам разрешается это делать. У нас здесь полная свобода. Каждому можно верить или не верить. Только прошу вас: оставляйте время для вопросов и ответов. Наши товарищи мало кому доверяют.

— С удовольствием! — ответили братья и простились, поблагодарив генерала.

Теперь нужно было решить ещё одну проблему: найти подходящее помещение. В театре им не разрешили собираться. Бараки были заняты. Тогда брат М. пошёл в столовую. Он знал ещё по прошлым посещениям этого лагеря, что помещение там довольно большое. Начальник столовой начал возражать, говоря, что в течение всего дня помещение занято.

— Нам нужна столовая только вечером, — сказали благовестники.

— Тогда у вас не будет освещения.

— У нас есть карбидные лампы и свечи, так что внешнего света будет достаточно, а о внутреннем просвещении позаботится Бог через Своё Слово и действие Духа!

Так договорённость была достигнута. Пленных пригласили на вечернее собрание. В горячей молитве благовестники просили об исполнении Духом и силою свыше. Из прежнего опыта они знали, какие трудности их ожидают. В слабоосвещённом помещении без мест для сидения они должны были проповедовать Евангелие людям, слышавшим его впервые. Сами благовестники были простыми людьми, не имеющими достаточного образования и авторитета для слушателей.

«Не бойся, малое стадо». «Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак, идите, научите все народы...»

Вечером благовестники пошли в столовую. Они увидели, что всё помещение заполнено так, что между плотно стоявшими людьми едва можно было протиснуться. С трудом братья пробрались к столу, который заменял им кафедру. Группа верующих из числа пленных стояла по обе стороны стола и пела христианский гимн. Перед благовестниками теснились около пятисот солдат, одетых в какую-то униформу, с шапками на головах, с дымящими сигаретами, гудящих и толкающих друг друга.

Брат М. открыл собрание:

— У нас принято перед тем, как читать Божье Слово, попросить Господа, Творца всего мира, о благословении. Давайте помолимся!

Толпа притихла. Некоторые вытащили изо рта сигареты. Многие смотрели на проповедников с любопытством, не вполне понимая, что происходит. Брат М. помолился, очень просто и кратко. Затем он открыл свою любимую Библию, подарок одного шведского верующего, и прочитал текст из Второго послания к коринфянам, 5:12-21. Смысл слов «Примиритесь с Богом» был ясен. Многословие здесь было бы ни к чему, и проповедник это понимал. Он сказал:

— Мы некогда тоже примирились с Богом, ухватились за руку, которую Господь протянул нам в Своей любви, через страдания Иисуса Христа. А теперь Господь послал нас к вам. Он хочет, чтобы мы сказали вам, чтобы мы попросили вас: сделайте и вы этот шаг, примиритесь с Богом, и будете свободными, счастливыми людьми!

Толпа вдруг оживилась. Дух Божий явно действовал в сердцах. У многих слушателей на глазах появились слёзы. Верующие спели небольшой гимн, и снова зазвучала проповедь. На слова из Евангелия от Иоанна: «Это заповедь Моя: да любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. Вы друзья Мои...» (Ин. 15:12-13).

Простыми словами проповедник рассказал о распятой Любви, о Господе, отдавшем Свою жизнь не за друзей, но за нас, по своей греховной сущности — Его врагов.

В толпе чувствовалось движение. Молот Божьего Слова одновременно с Его нежной любовью разбивал каменные сердца, ожесточившиеся за время войны. Когда благовестники призвали к заключительной молитве, ни одна шапка не осталась на голове у слушателей. Многие преклонили колени, а по грубым щекам воинов текли слёзы.

Собрание закончилось. Проповедники объявили:

— Кто хочет больше узнать о пути к Божьему миру, приходите завтра перед обедом к банным постройкам, где проходят христианские собрания. Следующее общее собрание будет завтра вечером. А теперь, кто хочет получить Евангелие или другую христианскую литературу, подойдите к столу!

Реакция на последние слова была невероятной. Сотни людей выстроились в очередь к столу, на котором находились ящики с книгами.

— Мне, пожалуйста!

— И мне!..

Как если бы голодным детям раздавали хлеб, так со всех сторон тянулись руки людей, изголодавшихся по Божьей правде. Они хотели получить Библии и духовные брошюры. Всю литературу очень быстро раздали. Лишь обещание благовестников вскоре выслать из Вернигероде достаточное количество книг смогло хоть как-то успокоить разочарованных людей из конца очереди.

«Вот, наступают дни, — говорит Господь Бог, — когда Я пошлю на землю голод — не голод хлеба, не жажду воды, но жажду слышания слов Господних».

Умиротворённые пленные вернулись в свои бараки. Никто не шумел, все находились под впечатлением от услышанного. Кто-то из верующих стал свидетелем того, какое действие произвели слова проповеди на офицеров, следивших за порядком. Обсуждая собрание, они тоже говорили в христианском духе:

— Что всё это означает? Если судить по их внешнему виду, эти проповедники — люди некнижные. Но они говорят с такой силой, что производят невероятное действие в слушателях!

На следующее утро пленным было трудно сосредоточиться на работе. Один за другим они подходили к верующим и спрашивали:

— Можно ли получить Новый Завет?

— Когда будет следующее собрание?

Эти люди хотели вновь услышать Слово Жизни. И верующие шли им навстречу. До пяти часов вечера продолжались духовные беседы. Божье величие сияло в убогом деревянном бараке ярче, чем в грандиозном соборе. «Это совершенно естественно, — говорил брат М. — Ведь наш Господь тоже родился в яслях в хлеву, вдали от великолепия столицы».

Схожим образом прошло общее собрание и вечером следующего дня. Проповедовали те же благовестники. Проповедь первого из них основывалась на 2-й главе книги Деяния апостолов, второй благовестник прочитал из 7-й главы Евангелия от Матфея, стихи 22-29. После заключительной молитвы проповедники сказали, что пришло время им вернуться в Вернигероде. Многие пленные подходили попрощаться со слезами на глазах. Миссионеры для них были словно ангелы Божьи, посетившие их в заключении и ободрившие в беде. Благовестники покинули лагерь с тихой молитвой, прося Господа позаботиться о Своих детях, лишённых свободы.

Анна и Яков Крекер в 1910 году

Семья Крекер в 1912 году

Рассказ об этом событии стал чудесным свидетельством, вдохновившим сотрудников миссии в Вернигероде. Братья Крекер и Жак видели открытые двери, которые никто не в силах был затворить даже в новых, более сложных обстоятельствах.

Служение в лагерях, разумеется, не всегда проходило гладко. Нередко возникали различные препятствия, кое-где благовестников встречали враждебно. И всё же двери удивительным образом открывались, и Слово Божье возвещалось даже в таких местах.

Христианская миссия в лагерях не могла продолжаться бесконечно. Военнопленных отправляли на родину, их количество постоянно уменьшалось. Ещё недавно было около семидесяти тысяч русских, попавших в плен в годы Первой мировой войны, и около пятидесяти тысяч интернированных во время советскопольской войны. Но теперь каждый день их партиями отправляли в порт Щецина, где сажали на корабли, плывущие в Россию.

Тысячи пленных проходили по узкому трапу на пароход. Каждый сдавал своё немецкое удостоверение и получал взамен новый советский документ. И у всех в руках были небольшие христианские буклеты, полученные от верующих на берегу.

— Передавайте приветы в России! До свидания! — кричали провожающие.

Христианские брошюры, раздававшиеся на берегу, рассказывали о грядущей встрече верующих на небесах. Там наш Господь с большей нежностью, чем земной отец из притчи, ждёт Своих блудных сыновей, раскрыв для них Свои объятья. Так завершилась важная миссионерская работа с военнопленными в Германии.

Новым этапом служения стала помощь русским беженцам в Германии. Число людей, каким-то образом вырвавшихся из Советской России, постоянно росло. Часто после долгих скитаний, оставшись без средств, многие из них оказывались в Германии. Здесь они находили себе скромное, но безопасное место в лагерях для беженцев. Эти люди были рады, что смогли избежать смерти во время революции и ужасной гражданской войны. Но сколько горя они пережили! Потеряв всё имущество, многие из них остались в одних лохмотьях. Их родные и близкие были потеряны или убиты. От живых друзей они давно не получали известий, а возвращаться на родину боялись. И вот эти люди оказались в чужой стране, не зная ни языка, ни местных порядков, без работы и средств к существованию. Их временно расселили в построенных во время войны примитивных бараках.

Нужда этих несчастных людей отзывалась болью в сердцах руководителей Миссионерского союза. Они посетили ряд лагерей для беженцев, и их желание помогать несчастным росло.

Несколько братьев и сестёр начали в Берлине «служение доброго самарянина» среди тысяч беженцев. Организатором там был брат Беккер, который, однако, вскоре умер. Новые сотрудники продолжили его служение. Под руководством одной сестры они собирали детей беженцев в Берлине и Лихтенберге, учили их читать и писать, а также пели с ними христианские гимны и молились.

И всё же, как мало они могли сделать в сравнении с масштабом нужды! Тогда руководство миссии решило осведомить своих христианских друзей в Швеции о ситуации в лагерях беженцев. Граф Пален пригласил нескольких дам в Германию, чтобы они сами всё увидели на месте и встретились с нуждающимися женщинами и детьми. Верующие в Швеции откликнулись с большой радостью. В Вернигероде прибыла небольшая комиссия, председатели Общества христианских девиц, графиня Мёрнер и дочери принца Бернадота.

Графиня Елена Пален, дочь графа, сопровождала шведок в качестве переводчицы в лагерях Кведлинбурга и Вильдемана. Пастор Жак присоединился к ним в качестве квартирьера.

Возле Кведлинбурга, в бывшем лагере для военнопленных, проживало около четырёхсот офицеров. Из города туда нужно было ехать в течение часа вдоль плодородных, но довольно запущенных полей. Унылые бараки, в которых жили военные, были невыносимо душными и пыльными летом, а зимой — холодными, продуваемыми ветрами. И это несмотря на то, что немецкое правительство потратило немалую сумму на их ремонт, стремясь улучшить быт интернированных лиц.

В Вильдемане ситуация внешне выглядела значительно лучше. В лесах Гарца, в помещениях бывшего курорта разместились около ста двадцати русских офицеров и членов благородных семейств. Однако внутри этих лагерей картина была практически одинаковой: примитивно обставленные, грязные комнаты, бледные женщины, истощённые дети, подавленные мужчины. На этом фоне процветали многие пороки: праздность, отчаяние, бытовые ссоры, зависть, безнравственность...

Американская Юношеская христианская ассоциация (YMCA) создала в этом лагере столярную и сапожную мастерские, цех по плетению корзин и пошивочное ателье. Мужчины наконец получили работу и смогли хоть немного зарабатывать. Квакеры открыли там же буфет для кормящих матерей с детьми. В лагере имелась своя библиотека.

В то время как пастор Жак осматривал производственные помещения лагеря, шведские дамы ходили по комнатам и сочувственно выслушивали житейские жалобы от женщин с детьми. Мужчины здесь получали одежду со складов военного обмундирования, пусть простую, но добротную. Женщинам приходилось труднее. Питание у всех было очень скромным.

Что обрели эти люди в результате их посещения миссионерами? Беженцы были рады узнать, что о них кто-то помнит, что Христова любовь побуждает сердца оказывать им помощь. Людей, испытывающих нужду в самых необходимых вещах, нельзя утешить только словами. Об Иисусе Христе в Евангелии говорится, что Он ходил из селения в селение, творя милостыню, исцеляя и помогая нуждающимся. Следуя этому примеру, вскоре была направлена помощь и тем беженцам, которых посетили миссионеры. В Швеции собрали одежду, постельное бельё, деньги для приобретения продуктов питания и выслали всё это в Вернигероде, Берлин и далее в лагеря беженцев. Из Швеции также прибыла группа христиан, помогавшая в доставке собранных вещей в лагеря.

Так наряду с распространением Божьего Слова (основной задачей миссии) по мере возможностей неизбежно проводилась и благотворительная работа.

Миссионерская семинария

В ходе работы с военнопленными также получило развитие новое служение. Некоторые братья, уверовавшие в лагерях, пожелали углубить библейские познания и тем самым подготовиться к духовному труду у себя на родине.

Обсудив этот вопрос, Крекер, Жак и Свенссон решили пригласить двадцать братьев на учёбу в Вернигероде, чтобы дать им соответствующее образование. Отбор в лагере оказался непростым делом, потому что желающих было довольно много, на первый же призыв отозвались шестьдесят человек. Яков Крекер писал об этом: «У нас не было ни дома, ни средств для основания Библейской школы для двадцати — двадцати пяти учеников. Но мы продолжали идти вперёд, а шведские друзья поддерживали наши руки в служении и заботились о том, чтобы мука в кадке и масло в кувшине на школьной кухне не оскудели. Многие события в те трудные годы и сегодня кажутся нам настоящим чудом».

Для начала занятий нужно было найти подходящее помещение. В домах Якова Крекера и пастора Вальтера Жака уже совершалось много работы. Там писали письма, рассылали рукописи, принимали гостей, проводили заседания миссии. И для большого нового служения там было недостаточно места.

В те годы, после войны, пустовало много домов. В Гассероде на опушке леса находился небольшой пансион «Вальдфриден». Его владельцы, благочестивые дамы, принадлежали к местной церковной общине. К ним братья и обратились с просьбой:

— Возможно ли разместить в вашем пансионе двадцать гостей?

— С радостью примем их! — ответили хозяева.

— Правда, эти гости — русские военнопленные...

Дамы были напуганы. Яков Крекер убедил их в порядочности этих людей и пообещал, что кто-то из преподавателей-немцев будет также постоянно находиться в пансионе. В конце концов хозяйки согласились. Гости приехали, поселились в доме, спали на мягких постелях с белыми простынями и радовались прекрасному помещению. Этот первый курс стал для всех учащихся и их учителей благословенным и незабываемым временем.

В день прибытия пленных устроили небольшой праздник. В нём приняли участие преподаватели с жёнами, а также сотрудники миссии. Старинным русским распевом пленные спели Псалом 102 в качестве приветствия. Затем Яков Крекер проповедовал на слова древнего пророка, всегда актуальные для служителей Божьего Царства: «„Господь Бог дал Мне язык мудрых, чтобы Я мог словом подкреплять изнемогающего. Каждое утро Он пробуждает, пробуждает ухо Моё, чтобы Я слушал, подобно учащимся. Господь Бог открыл Мне ухо, и Я не воспротивился, не отступил назад... Господь Бог помогает Мне“ (Ис. 50:4-5,7).

Только если мы находимся в постоянных доверительных отношениях с Господом, Он делает нас способными слышать то, что является действительно важным сегодня. Тогда мы находим и нужные слова, чтобы говорить с немощными, и нужный тон, располагающий робкие ищущие души принять не закон, а Христово Евангелие. Это освобождает пленных. Таковы цели и задачи предстоящих библейских занятий. Господь преображает нас в Своих учеников, которых Он сможет использовать в служении другим людям, страдающим физически и духовно».

За этой проповедью последовали и другие. Праздничный вечер завершился песнопениями на русском языке.

Началась повседневная работа. Для всех занятий составили детальное расписание. Преподаватели распределили между собой следующие предметы: Введение в Священное Писание, Ветхий Завет, Новый Завет, история христианства, благовестие и душепопечение, арифметика, общая история, география, русский и немецкий языки, музыкальное служение, практические занятия, работы по дому и в саду, ремёсла.

Яков Крекер преподавал предмет под названием «Божье откровение в истории человечества», а также Ветхий Завет. Этот первый набор стал, несомненно, самым лучшим и благословенным за все годы существования Библейской школы. Хотя за учебными столами сидели люди, не знавшие прежде Божье Слово.

Атмосферу жизни в Библейской школе хорошо передаёт следующий отрывок из письма, отправленного в церковь Н. одним из учащихся.

Вернигероде / Гарц, 24 сентября 1920 г.

Возлюбленные братья и сёстры во Христе!

По милости Божьей я могу написать эти короткие строки святым, стоящим в вере в Спасителя братьям и сёстрам. Благодать и милость Господа нашего Иисуса Христа да пребудет с вами!

Я, ваш наименьший брат во Христе, Александр Максименко, спасённый любовью Господа, имею честь учиться в Библейской школе в Вернигероде и получаю здесь многие благословения. Я нахожусь среди людей, которым Сам Господь по вере их явил Свою любовь, преизобилующую в Нём для всех людей. Я окружён благочестивыми мужами веры, а также прекрасной природой Вернигероде, высокими горами и глубокими долинами, зелёными лесами и отвесными гранитными скалами. Эта красота напоминает о всемогущей руке Творца, сотворившей всё сущее. Его милостью мы видим и чувствуем, как сильно Он нас любит и как заботится о том, чтобы даже слабые деревца в саду Его праведности росли и приносили плод. Я не хочу, возлюбленные, лишь похваляться тем, как хорошо нам здесь живётся. Его Духом мы познаём всё, каждому из Своих детей Он даёт возможность расти в познании Его, становясь духовно богаче.

Не все мы чувствуем себя сегодня одинаково. Не все растут на одинаковой почве и земле. Одни находятся в прекрасном саду, другие среди терновых кустарников, в дремучем лесу, на пустынной дороге и так далее. Однако главное то, что все они — Божьи деревца, питающиеся от Него одним соком. Так росли и растут по сей день Божьи дети, каждый на своём месте, например: Павел в Аравии (Гал. 1:17); Пётр, Иаков, Иоанн, Стефан и другие — в Иерусалиме; кто-то в тени собственного дома, в укромном уголке; другие — на полях сражений, под градом снарядов, среди взрывов гранат или за колючей проволокой в тесных лагерях для военнопленных; третьи, возможно, — на работах в лесах, на фабриках. Но всё это не могло помешать Богу пробудить Своих детей и растить их. В этом мы видим величие Его силы в нас, видим также, как исполняются слова Христа: «...Да будут в Нас едины...» (Ин. 17:21). Весьма удивительно осознавать, что мы с Господом и через Него связаны между собой. Это вызывает в нас благодарность и благоговение. В то же время каждый избранник Божий имеет святую обязанность и поручение обращать внимание на души, идущие погибельным путём. Их так много. Ты, нашедший спасение, не молчи, но говори и свидетельствуй заблудшим людям о милосердии Божьем. Если ты этого не сделаешь, Господь спросит с тебя (Иез. 3:18). Это было помышлением и желанием Павла (Рим. 9:1-3), а также поручением детям Божьим по всему миру.

Понимая и осознавая, что Бог послал нас сюда, чтобы сотворить из нас угодные Ему сосуды для спасения погибающих, прошу вас: молитесь как о нас, учащихся, так и об учителях, чтобы мы исполнили поручение Божье, совершаемое Им в нас и через нас. Примите сердечные приветствия, возлюбленные братья и сёстры, как от меня, так и от всех тех, кто находится здесь со мной.

Ваш наименьший брат А. М.

Однако 17 марта 1921 года, раньше, чем планировалось, пришлось завершить обучение пленных в Вернигероде. Неожиданно позвонил начальник лагеря К. и велел: «Завтра все ученики должны вернуться в лагерь, так как 18 марта — последний срок отъезда!»

С трудом удалось отсрочить возвращение в лагерь на двадцать четыре часа. Необходимо было собрать вещи и попрощаться. Русско-украинские верующие из Америки пожертвовали крупную сумму для выпускников Библейской школы, так что миссия смогла закупить некоторые вещи, полезные в их будущей жизни и труде: швейные принадлежности, ножницы и ножи, письменные приборы, рабочие инструменты, немного белья и, конечно, драгоценные Библии и книги.

На коротком прощальном вечере сотрудники миссии и выпускники школы в последний раз общались друг с другом. Вместе с преподавателями и их семьями они собрались в небольшой, но уютной столовой, которая была свидетелем прилежной учёбы братьев на протяжении нескольких месяцев. Со слезами на глазах выпускники благодарили Господа и руководителей миссии за все те духовные и материальные блага, которые они получили в школе. На следующий день все вместе, включая хозяек пансиона, пришли провожать братьев на вокзал.

«Да пребудет с вами Господь, дорогие братья! До встречи в России или в обителях Господа!» — таковыми были прощальные слова и уезжающих, и провожающих. Начальник станции дал знак, и поезд тронулся. Благословенное и незабываемое время учёбы закончилось.

Однако с отъездом первого набора учащихся данное служение миссии не прекратилось. Вскоре нашлись и другие ученики. Братья Яков и Вальтер тогда осознали, насколько действительно важно приобрести собственный дом для библейских занятий. Пансион «Вальдфриден» не мог больше служить местом для школы.

Путешествие в Эстонию, Финляндию и Швецию

«Кто постоянно движется в потоке духовной жизни, тот знает, что Царство Божие грядёт, что вечный мир ожидает сонмы спасённых, а Дух Божий царит над полем смерти и в наши дни. Кто же часто находится вдали от духовной жизни, тот рискует оказаться вместо живого потока в мёртвой солёной луже» (Яков Крекер).

Это наблюдение за великим Божьим действием сделал директор миссии Крекер после своей шестинедельной поездки в Эстонию, Финляндию и Швецию.

После окончания Первой мировой войны, когда почтовая связь вновь стала надёжной, Яков получил очередную просьбу приехать в Ревель, чтобы послужить там местным христианам. Поначалу этому препятствовали некоторые обстоятельства. Во-первых, такая поездка предполагала довольно значительные расходы. Во-вторых, у Якова были проблемы с паспортом. Вскоре, однако, все препятствия удалось преодолеть. Путь в Эстонию для христианского служения был открыт.

Яков Крекер спешно собрался, чтобы не опоздать на конференцию, приуроченную к празднику Пятидесятницы. Это было в 1921 году. Замечательная поездка по морю на финском пароходе «Торнео» подарила Якову душевный покой и удовлетворение. После шестидесяти пяти часов плавания пароход достиг порта Ревеля. После недолгого паспортного и таможенного контроля Яков попал в объятья встречавших его братьев.

Оказавшись затем в гостях у друзей, за чашкой кофе Яков узнал программу своего служения: со среды до субботы ему предстояло проповедовать в зале местной биржи на тему «Можно ли ощутить Божье присутствие?», а также в церкви на улице Квель провести духовную беседу о героях веры. Эти выступления стали началом обширного служения Крекера в Ревеле. В воскресенье, в день Пятидесятницы, началась конференция Евангельского альянса. Несмотря на то что это была только четвёртая конференция в Эстонии, число её участников достигало трёх — четырёх тысяч человек.

В эти дни стояла удивительно хорошая погода. На второй день более тысячи человек не смогли попасть в зал, где проходила конференция, так как там уже не было свободных мест. Гости приехали в Ревель из сорока шести городов и селений. К поездам прицепили пять дополнительных вагонов, чтобы перевезти гостей конференции. Группы, организованно садившиеся в поезд в одном населённом пункте, получали скидки на билеты. Большинство гостей разместились на частных квартирах. Для молодёжи организовали большой лагерь.

Директор миссии Яков Крекер в этой поездке по-новому осознал, как любовь Христова, излившаяся в сердца людей, объединяет их и даёт силы преодолевать все препятствия.

Несколько общих собраний прошли в двух больших церквах Ревеля. Количество слушателей было огромным. На одно только собрание в церковь Охло пришло от шести до восьми тысяч человек. Людям негде было даже стоять. Какое воодушевляющее зрелище видеть перед собой столь великое число людей, желающих слушать Божье Слово, возвещаемое через Его слуг! Во время служения в зале царила полная тишина, свидетельствовавшая о том, что Божий Дух нежно касается сердец людей. И это были лишь служения, сопутствующие основной конференции!

Чудесное духовное пробуждение затронуло многих людей и вдохновило их на служение. Только побывав на такой конференции, можно ощутить эту новую, радостную и полную надежд духовную жизнь. Производили своё действие не только звучавшие там слова. Там царило единство людей, рождённых одним Духом, водимых Им и наполненных желанием жить для Христа и служить Ему всем сердцем. Это событие стало важным этапом могучего движения пробуждения и действия Святого Духа в Эстонии. Яков Крекер в очередной раз убедился в том, что финальным Божьим событием в истории будет всё же не суд, а бесконечное милосердие Бога. После постигших Эстонию ужасов войны, революции, многих несправедливостей почва была подготовлена для духовных благословений, которые не замедлили последовать.

Захватывающими были сообщения пробста К. с острова Даго. Он рассказал, как началось пробуждение в его общине. Первой была девочка-католичка. Она пришла к нему однажды днём, сокрушаясь о своём грехе, и попросила возложить на неё руки и помолиться о ней, чтобы ей обрести прощение и мир для своей души. Пробст К не знал, как правильно поступить в этой ситуации. Но после обстоятельной беседы с девочкой он выполнил её просьбу. И перед девочкой тут же открылся путь к новой жизни.

Через несколько дней к пробсту пришли уже три человека с такой же просьбой. Причём это были пожилые лютеране. И в итоге они тоже обрели мир у креста Господа Иисуса. Так началось сильное движение пробуждения.

Пробст К. сказал, что он ещё никогда не переживал столь очевидного действия Святого Духа. Он не знал, к чему приведёт это начавшееся движение, но добавил: «Мы готовы принести себя в жертву».

Похожее рассказывали и другие служители в отведённое для приветствий, свидетельств и т. д. послеобеденное время. Представитель церковного округа от Вайсенштайна сказал: «Бог ещё не ответил мне. Я молился о новом сотруднике, но мне его Господь ещё не даровал». И всё же он рассказал о новых надеждах и благословениях в своём округе. Он чувствовал себя слабым перед лицом тех задач, которые обозначились с началом движения пробуждения.

Один русский брат приехал из Сибири за несколько дней до этой конференции. Он свидетельствовал о духовном пробуждении, начавшемся во Владивостоке и в других городах и селениях. По его словам, во время одного многолюдного собрания противники дела Божьего стали бить стёкла в молитвенном доме и угрожать верующим. Тогда все дружно запели гимн: «Будем радоваться, братья, прочь уныние и страх!»

Также он рассказал о голоде по Божьему Слову. В Сибири не хватает Библий. Небольшое количество книг Священного Писания, попавших туда, продавались за огромные деньги. И тем не менее их тут же раскупили. «Вся страна, — воскликнул этот русский брат, — нуждается в евангелистах!»

Во Владивостоке на евангельские служения приходило до шести тысяч человек. Даже в лютеранских церквах проводились евангелизационные собрания русскими братьями, чтобы послужить народу в его духовной жажде и стремлении к истине. Волны благословений не удерживали ни заборы с колючей проволокой, ни стены бараков для военнопленных. Подобные свидетельства звучали и из уст братьев, прибывших из Ленинграда и других городов европейской части России.

Многих слушателей привлекло выступление руководителя Молодёжного христианского союза, которому было около шестнадцати лет. Голос юноши дрожал, он робел перед большим собранием. Однако он поведал о том, что Бог совершил в жизни молодёжи в его родном городе. Снова и снова звучали призывы и просьбы: «Братья, придите и помогите нам!»

Впечатляющим был гимн, который исполнил в дни конференции молодёжный хор. Вначале вперёд вышел один юноша и спел первый куплет, которым призывал слушателей стать воинами Христа. Затем к нему присоединился другой юноша, и они вместе спели второй куплет. Вскоре к ним подошёл третий певец. Они дружно пели, побуждая всех постоять за Господа. К ним выходили всё новые и новые певцы, и когда человек восемь оказались перед залом, прозвучали такие слова гимна: «Кто желает быть воином Христа и следовать за Ним?»

Их голоса ещё звучали, когда к ним присоединился большой хор, с которым они вместе спели последние куплеты гимна. Это пение произвело на всех неизгладимое впечатление.

Затем один из гостей выступил с докладом на тему «Молодёжь в поисках духовной глубины». Он рассказал, что в любую историческую эпоху молодых людей влекла к себе глубина познания.

«Уже в античные времена юноши сидели у ног философов, стремясь узнать как можно больше. Сегодня происходит то же самое. Сам по себе человек может познать только глубину греха Однако мы хотим и ищем совсем другого! Молодёжь должна обратиться к Богу. Путь в глубину — это путь креста Христова. Хотя мир и утверждает, что в христианстве не кроется никаких глубоких истин, однако не существует более глубокой тайны, чем наше сораспятие Христу. В этом и заключается истинная глубина. Бог хочет нам её открыть. Это означает начать жить глубокой христианской жизнью. Вместо тесной связи с творением сосредоточиться на общении с Творцом. Первое разделяет нас с Богом. Второе приближает к Нему, к Его созидательной деятельности.

Так действует в нас глубокое освящение. Слово заключает в себе тайну. Знаю ли я эту тайну? Через освящение мы приходим в присутствие Божье. Но освящение — это путь креста, путь одиночек. Если ты пойдёшь им, твои братья вскоре перестанут тебя понимать. Они ждали от тебя участия в деле пробуждения, а ты ведёшь их к глубине. На этом пути становятся близкими переживания Иисуса в Гефсиманском саду. Как часто в жизни мы тоже получаем «поцелуй Иуды»! Если Церковь Христова решится идти путём креста, она испытает многие скорби, но все они преодолеваются верой. В глубине самой по себе нет ничего особенного. Но там душа обретает силы, которые помогают ей выйти к свету и быть благословением для мира.

Один скульптор хранил в своём сердце чудесный образ Христа, который ему открылся при долгом изучении жизни Спасителя. И вот он захотел придать этому неосязаемому образу какую-то материальную форму. Скульптор решил сделать статую Иисуса. Чтобы полностью посвятить себя этой работе и не отвлекаться ни на что другое, он стал затворником. Ему понадобилось три года, чтобы справиться с поставленной задачей. Когда же скульптор стал показывать свою работу людям, он вдруг заметил, что все восхищаются не столько его творением, сколько им самим. Знакомые ему говорили:

— Что с тобой произошло? Твой голос уже не такой грубый, как прежде. Твой взгляд стал мягче, глаза светятся счастьем. Что с тобой произошло?

Друзья увидели живого Христа в самом скульпторе больше, чем в его неподвижной статуе, хотя и мастерски сделанной. Скульптор хотел показать людям Христа, но Господь Сам явил Себя через изменившуюся жизнь этого человека.

Таковы благословения, исходящие от сокровенного общения с Богом. Эта глубина ведёт к подлинному пробуждению в мире. Люди нуждаются в этом, ведь они не хотят погибнуть в грехах. Так открывается человеку истинная глубина — в служении, в жертвенности и посвящении Господу».

После конференции лидеры молодёжного служения задержались для коротких библейских занятий. Яков Крекер прошёл с ними отдельные периоды истории Ветхого Завета.

Некоторые участники конференции выразили желание поступить в Библейскую школу, чтобы приобрести духовные знания для христианского служения людям. Яков сказал им, что миссия надеется уже осенью начать учебные занятия в Вернигероде. Никогда он ещё не осознавал слова Писания так глубоко, как на этой конференции: «Жатвы много, а работников мало; итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал работников на жатву Свою».

В Эстонии образовалась группа верных братьев, которые захотели помочь Миссионерскому союзу в доставке Библий и другой духовной литературы в Россию. Один молодой брат стал официальным представителем миссии в Эстонии.

Затем Яков Крекер отправился в Финляндию. Там с друзьями миссии ему удалось обсудить дальнейшую духовную работу. Он познакомился с «матерью заключённых Финляндии», известной баронессой Вреде. Благодаря её служению д-р Бедекер однажды испытал сильное побуждение к благовестию заключённым в России и Сибири.

Из Хельсинки Яков Крекер отправился удивительно красивым морским путём в Стокгольм (через Ханко). Там он обсудил со Шведским миссионерским союзом новый проект: приобретение здания для миссии и Библейской школы для будущих благовестников в России. Этот проект встретил среди шведских братьев ободрение и поддержку.

Приобрести подходящий дом для миссии и школы было очень непросто, но в конце концов вопрос удалось решить. Это было ещё одно вдохновляющее чудо, совершённое Господом.

Случилось так, что детский приют матери Евы фон Тиле-Винклерс в Вернигероде собрался переезжать на новое место. Об этом узнал Яков Крекер и тут же написал письмо матери Еве. В нём он сообщил о желании миссии приобрести этот дом, если такое возможно. Яков поинтересовался также, для каких целей строилось данное здание.

Для матери Евы это письмо стало ответом от Бога. Она с радостью согласилась продать миссии здание «Божий дар», как назывался детский приют, стал для миссии действительно подарком от Господа. Это здание и по сей день сохраняет своё прежнее название. При его покупке, однако, возникли проблемы. Беспокойство вызывал вопрос, найдётся ли для детей к осени новый дом? После долгих поисков была наконец найдена хорошая ферма под Гамбургом, будто созданная для детского приюта.

Но в это время возникла финансовая проблема. Братья Крекер и Жак полагались на шведских коллег. Однако те прислали ответ: «Мы бы очень хотели помочь, но не имеем такой возможности».

Это был очень трудный момент. Где найти такую крупную сумму, которой было бы достаточно для покупки, переоборудования и оснащения «Божьего дара»?

Однако Господь знал нужды Своих детей и ответил на их мольбы. Они получили всё! Здание, мебель, кровати с одеялами и постельным бельём, мётлы и щётки... Им прислали даже вагон торфа для отопления. Приходили также денежные пожертвования, большие и малые суммы, которые становились настоящим ободрением для сотрудников миссии. «Божий дар» находился неподалёку от тех домов, которые ранее купили для своих семей Крекер и Жак. К зданию приюта примыкал небольшой дом, ставший канцелярией миссии.

Учебные занятия начались осенью в новом здании. В коридоре верхнего этажа поместили табличку, на которой на семи языках было написано: «Все мы одно во Христе!» Именно эти слова руководители миссии положили в основание всей своей работы, включая учебный процесс.

В новом здании на дверях комнат также писались географические названия: Лидингё, Стокгольм, Упсала, Америка, Бернская Юра и др. Это были те населённые пункты и местности, где христиане собрали деньги для обустройства данных комнат. Всё это свидетельствовало о братской любви, проявленной на деле друзьями миссии.

Не дожидаясь приглашения, двадцать братьев и сестёр заявили о желании учиться. Комитет Евангельской миссии для России и Шведский миссионерский союз выделили средства для тринадцати студентов в предстоящем учебном году. Господь удивительным образом благословил это начинание. Ему слава да будет вовеки!

Множество незабываемых часов провели ученики и сотрудники миссии в «Божьем даре». Друзья миссии из разных стран собирались на верхнем этаже здания во время праздников и конференций. Все они без исключения переживали то, что с самого начала было на сердце у Якова Крекера: все мы одно во Христе!

Служение миссии расширялось, и в 1923 году голландские братья подарили ей второй дом, на улице Кайзерштрассе 4. Строительные материалы, пожертвованные братьями как внутри Германии, так и за её пределами, сделали возможной перестройку здания. Издательство переселилось в новый дом. Руководитель и инспектор миссии П. Ахенбах вместе со своей большой семьёй переехал в новую квартиру в этом доме. Да и многие сотрудники миссии нашли себе здесь приют. В доме был большой зал, в котором проходили библейские часы, ставшие благословением не только для Вернигероде, но и для всей округи. Крекер не раз проводил здесь духовные беседы, располагавшие сердца многих слушателей.

Поистине, основатели миссии Яков Крекер и Вальтер Жак увидели широко распахнутые Господом двери, которые никто из людей не может закрыть!

Литература

Вскоре после основания миссии появилась нужда в выпуске журнала. Яков Крекер и пастор Жак написали программу своего служения и отправили первый номер в печать. Назвать журнал они решили «Да придёт Царство Твоё». Очень быстро это издание приобрело множество друзей-читателей.

Яков Крекер писал для журнала редакционные статьи, а также делился мыслями о служении миссии. Публикации с толкованиями Священного Писания позволили журналу выйти за рамки лишь информационного бюллетеня. Эта его особенность была востребована растущим кругом читателей и друзей миссии. Как любил повторять Яков Крекер: «Мы приходим к нашим друзьям не столько для того, чтобы взять, сколько чтобы послужить им».

«Вскоре стало очевидным, что Миссионерский союз имеет две важнейшие задачи: во-первых, служение русскому народу, а во-вторых, благовестие в церквах Германии», — писал Яков в одном из своих отчётов, подчёркивая, что всё начинается с малого. Таким был основной принцип и в издательской деятельности. Пастор Жак также публиковал обзоры по истории миссионерского служения и рассказывал о текущем положении дел.

Спрос на литературу миссии всё увеличивался. Выпуск журнала «Да придёт Царство Твоё» способствовал образованию собственного издательства и почтового отдела миссии. Литература публиковалась на русском и немецком языках. Книги Якова Крекера быстро раскупались.

Просьбы выслать Библии в Россию становились всё настоятельнее. Тогда в журнале опубликовали обращение ко всем друзьям миссии. Подсчитывая сегодня количество Библий, Новых Заветов и Евангелий, высланных в Россию, мы не перестаём удивляться тому, как такое чудо могло произойти в те годы. Русское отделение миссии всегда изыскивало возможности, чтобы отправлять в Россию Библии и денежные средства, расходившиеся по всей огромной стране. Великое происходило в полной тишине. Одной из важнейших задач издательства стала также публикация Симфонии к Библии на русском языке.

Крекер и Жак, участвовавшие в служении в России, хорошо понимали, что русским братьям необходима Симфония на книги Священного Писания. В те годы уже существовала подобная книга, но она была неполной и потому не очень практичной.

Осознание необходимости издания качественной Симфонии пришло во время работы с военнопленными и учениками Библейской школы. Учащиеся первого набора школы в Вернигероде молились о необходимых средствах и возможностях для выпуска Симфонии. Из России нередко тоже поступали подобные просьбы.

Тогда Господь побудил Крекера и Жака приступить к работе над столь масштабным проектом. Шведский федеральный комитет выделил 6 000 марок для печати и распространения Симфонии к Библии на русском языке. Нашёлся также человек, который, казалось, мог оказать существенную помощь в этой работе. Он имел богословское образование и вызвался за полгода подготовить черновой вариант Симфонии. За свой труд он должен был получить 6 000 марок. В начале 1921 года это была немалая сумма.

Удивительно, как Бог может использовать простодушие Своих детей, обращая его в нечто доброе! Довольно наивно было думать, что такую большую работу кто-то сможет сделать за полгода, пусть даже в черновом виде.

Брат-богослов взялся за Симфонию. Время от времени он писал в миссию, сколько радости ему приносит этот труд. Однако всё оказалось не так просто. Пролетели полгода, а наш богослов завершил работу лишь над словами на букву «А» и едва приступил к букве «Б». Можно представить себе разочарование руководителей миссии. Если бы работа продолжалась с той же скоростью, то она завершилась бы только через десять лет!

Сотрудники миссии старались не отчаиваться и поручили то же задание другому человеку, жившему в городе Целле. Он с помощью двух сотрудников из лагеря для иммигрантов должен был поправить положение. Прошло ещё полгода. Однако и на сей раз дело продвинулось не столь сильно, как хотелось бы. Тогда всех троих участников этого проекта из Целле пригласили в Вернигероде. Здесь им уделили немало внимания, и их труд стал более эффективным. Таким образом, Симфония в черновом варианте была готова уже к Рождеству 1922 года.

Теперь предстояла не менее сложная работа: многочисленные корректуры и сверки всех библейских стихов. Цитаты не должны были выглядеть слишком длинными или короткими, но им надлежало быть достаточными для понимания читателей. Предстояло проверить более 120 000 отрывков из Писания, которые набирались в алфавитном порядке, а также в соответствии с расположением книг в Библии.

Итоговый объём книги составил 1 000 страниц! Для выполнения корректур были необходимы люди, хорошо знавшие Священное Писание. И Бог их послал миссии. Это были князь П. П. Ливен и госпожа Классовская, надёжные люди, много потрудившиеся на евангельской ниве в России. Обстоятельства жизни побудили их переехать в Вернигероде и искать здесь убежища. Им помогали ещё пятеро сотрудников: двое русских студентов, одна молодая дама из высшего света прежней России, высокопоставленный чиновник и российский полковник, печатавший на машинке сверенные цитаты. Эти прекрасные люди выполняли работу очень добросовестно и в самой дружелюбной атмосфере.

Для издания Симфонии купили красивый кириллический шрифт. Печатать книгу решили в типографии в Вернигероде, чтобы можно было контролировать процесс работы.

Наконец, после пяти лет подвижнического труда, осенью 1925 года руководство миссии облегчённо вздохнуло: «Симфония готова!» Что это означало, могли понять только те люди, которые активно участвовали в издательском процессе, испытывали вместе с другими сотрудниками миссии разочарование и надежду, радость, преодолевали трудности и укреплялись в вере. Господь помог совершить это великое дело от начала до конца.

«Если бы миссия за эти пять лет не выпустила больше ни единой книги, то и это можно было бы оправдать появлением только новой Симфонии к Библии», — сказал один русский брат, взяв в руки свежеотпечатанный том.

Бумага, вёрстка и печать десяти тысяч экземпляров Симфонии заметно сказались на бюджете миссии, так что работу временами приходилось приостанавливать, несмотря на поступающие немалые пожертвования. Господь, однако, помог завершить этот труд неожиданным образом. Владелец типографии великодушно предоставил миссии большой кредит. Он понимал важность издания Симфонии к Библии и тоже пожелал внести свой вклад в общее дело. Эта помощь пришла в период особых финансовых затруднений.

Несколько Симфоний сотрудники миссии передали в Россию вместе со студентами, один экземпляр предназначался известному брату в Ленинграде. Вскоре оттуда пришло письмо: «Дорогие братья и сёстры! Вы бы видели, с какой радостью приняли братья из Союза евангельских христиан Симфонию, переданную вами! Брат Д. смотрел на эту книгу и повторял снова и снова: „Сколько бы я и все мы отдали, чтобы иметь такое сокровище!“»

Множество людей из разных стран жертвовали свои средства, чтобы эти Симфонии попали к нуждающимся в них братьям и сёстрам. Таким образом кредит был погашен, а книги отправлены в Россию в качестве подарка.

Сотрудники

Описывая работу миссии, директором которой был Яков Крекер, мы не можем не упомянуть и некоторых его коллег. О пасторе Жаке мы уже рассказали. В первые годы их совместного служения граф Константин Константинович Пален переехал в Вернигероде и купил себе дом напротив приюта «Божий дар». Граф был близким родственником графини Гагариной и большим знатоком евангельского движения в России.

Его избрали членом правления, и он полностью посвятил себя служению в миссии, преподавал в семинарии, часто ездил в Швецию на конференции. До своей смерти в 1923 году он тесно сотрудничал с братьями Крекером и Жаком. Их семьи также связывала крепкая дружба. На праздники, будь то дни рождения, Пасха или Рождество, все сотрудники миссии собирались вместе за накрытыми столами либо в своих домах, либо в «Божьем даре». Весёлые и серьёзные разговоры, духовные наставления были отличительными чертами этих праздников.

Анна Жак и Анна Крекер, связанные давней дружбой, по-матерински заботились о растущей миссионерской семье. К сожалению, Анна Жак очень рано (по человеческим меркам), в 1926 году, покинула нас. Брат Крекер писал о её уходе: «Наша сестра оставила о себе самую добрую память. Она с любовью служила всем. Она ощущала себя частью Тела Христова и заботилась о благополучии других братьев и сестёр. Иисус Христос призвал её к более высокому служению».

Перед смертью Анна Жак написала друзьям миссии два благословенных письма. Мы помещаем здесь эти письма, ставшие её духовным завещанием для всех сотрудников миссии.

Лёжа на больничной койке, хочу рассказать вам один случай. Когда четыре года назад я вернулась домой после сложной онкологической операции, я неоднократно слышала в сердце: «Отпусти!»

Это был настойчивый голос Святого Духа. В моей жизни оставалось много вещей, за которые я по привычке держалась. Я думала, что я просто бережливый человек, но в действительности это была попытка цепляться за земные блага.

Теперь же постепенно, как это бывает со мной, я позволила себя освободить. Тогда моя душа возрадовалась, почувствовав себя свободной от прежних уз. С тех пор я всегда хотела обратиться к детям Божьим с этим свидетельством и сказать: «Отпустите!»

Это особенно заботит меня сегодня. Вероятно, у меня не будет больше возможности что-то сообщить братьям и сёстрам. Но в этот трудный час я хочу ещё раз обратиться к вам: «Отдайте Богу то, что принадлежит Ему!»

Мы, по сути, только управляющие Божьими благами на земле и должны будем дать Ему отчёт. Я никогда не пыталась писать в журнал, так как считала себя серой мышкой, незаметным цветочком на лугу. Фиалка всегда была моим символом. Но пусть Бог использует это моё свидетельство для многих сердец.

Ваша сестра, стоящая на пороге вечности, Анна Жак.

За несколько дней до своей смерти Анна также сообщила верному другу миссии, писательнице Кете Папке следующее:

Сегодня я получила от одного брата известие, что после прочтения моего свидетельства он в последний момент изменил тему своей воскресной проповеди и решил говорить её на слово: «Отпусти!» В следующее воскресенье он хочет проповедовать на тему: «Держись!»

И я подумала, можем ли мы сами держаться? Мне вспомнились наши дубы, которые крепко держат засохшие тонкие листья, старую жизнь. И когда все деревья уже стоят голые, дубы продолжают крепко держать листья до той поры, пока не придёт весна и новая жизнь не вытеснит старую Не так ли и у людей? Старая жизнь... Мы держимся за неё, не отпускаем, пока Иисус не начнёт действовать в нас. И тогда новая жизнь в Нём наполнит нас. Она быстро вытеснит всё старое и, вдохновляемая Им, поведёт нас вперёд! Мы больше не «держимся», ибо Сам Иисус держит нас. Пусть Его мир наполнит ваши сердца. Господь будет крепко держать вас до самого конца.

Смерть «матери миссии» стала для нас тяжёлой и невосполнимой утратой, необъяснимой для разума.

Бабушкой и дедушкой миссии считались у нас супруги-миссионеры Свенссон. Их направили в Германию в 1919 году, в начале служения Шведской миссии в лагерях для военнопленных. Они распространяли Евангелие среди русских солдат, помогая в этом труде Якову Крекеру и пастору Жаку. Брат Свенссон стал для них верным соратником, который неутомимо, с Библиями и брошюрами в рюкзаке и с двумя чемоданами в руках, шёл порою много километров, посещая лагеря.

После возвращения пленных на родину Свенссон помогал в основании Библейской школы в Вернигероде. В свои шестьдесят лет он неизменно ездил на велосипеде из Гассероде в Вернигероде и читал студентам лекции.

После покупки «Божьего дара» супруги Свенссон с помощью своих шведских друзей приобрели прекрасный дом в Линденберге. На протяжении ряда лет Свенссон был образцовым преподавателем предметов Введение в Священное Писание и герменевтика, терпеливо передавал свои глубокие познания и жизненный опыт молодым братьям и сёстрам. Имея добрый характер, он стал для студентов настоящим другом и отцом, пользовался у них безграничным доверием и авторитетом.

Пастор Вальтер Жак

Преподавательский состав Библейской школы в 1920-1921 учебном году

Известие о том, что «дядюшка и тётушка Свенссон» весной 1923 года получили от Шведской миссии задание переехать на служение в Финляндию, где они ранее трудились среди русскоязычных беженцев, было болезненно воспринято всеми сотрудниками в Вернигероде. Впрочем, возраст супругов Свенссон не позволил им уже работать долго. Поэтому вскоре они вернулись к себе на родину. Выйдя на пенсию, поселились в небольшом фамильном имении, затерявшемся в лесах Вермланда. Там они жили в уютном деревянном доме среди елей и белых берёз.

Несколько инсультов забрали силы у брата Свенссона. Когда и его супруга уже не могла вставать с постели, их дочь перевезла старцев к себе в Упсалу. Брат Свенссон скончался 11 ноября 1937 года. Один из основателей издательства, тоже швед, вернулся на родину. П. Ахенбах стал управляющим делами миссии. Граф Константин Константинович Пален тоже ушёл в вечность.

Однако духовный труд в Вернигероде не прекращался, новые сотрудники продолжали начатое дело. Многие помощники приходили и уходили, но Яков Крекер и пастор Жак оставались тем твёрдым стержнем, на котором держалась вся основная работа. Благодаря их целеустремлённости миссия продолжала следовать тем же библейским курсом, решая всё новые задачи и выполняя принятые от Господа поручения.

Круг друзей

«Кто Павел? Кто Аполлос? Они только служители, через которых вы уверовали, и притом поскольку каждому дал Господь. Я насадил, Аполлос поливал, но взрастил Бог; поэтому и насаждающий, и поливающий — ничто, а всё Бог взращивающий. Насаждающий же и поливающий — одно; но каждый получит свою награду по своему труду. Ибо мы соработники у Бога, а вы Божия нива, Божие строение» (1 Кор. 3:5-9).

Эти слова апостола Павла были ключевыми для Якова Крекера в его миссионерской работе на протяжении первых десяти лет. Никакое серьёзное служение не было бы возможным без благородной помощи друзей миссии, объединившихся вокруг братьев Крекера и Жака.

Наша материальная база была слабой, начало труда — едва заметным, а силы для работы — ничтожными. Бог оставался единственной надеждой наших первых сотрудников, когда они, руководствуясь внутренним побуждением служить русскому народу, начали трудиться среди русских военнопленных в Германии. Божьим провидением в тяжёлых обстоятельствах, осознавая великую нужду почти двух миллионов пленных русских солдат, мы основали наш Миссионерский союз. Мы очень хотели, чтобы служение развивалось не по нашим представлениям, а как желает того Господь. При всех слабостях и человеческих немощах, мы искренне посвятили себя Божьему делу. Сотрудники миссии и многие наши друзья, как в Германии, так и за её пределами, — это люди, которых, несмотря на их несовершенства, можно назвать соработниками Бога. В первом выпуске журнала «Да придёт Царство Твоё» мы писали: «Миссионерский союз основан на единстве всех детей Божьих (Ин. 17:21) и является международной неполитической организацией. Многообразный Божий труд в России был бы невозможен без активной помощи дорогих друзей нашей миссии и в Германии, и за границей. Будучи полностью зависимы от Господа, мы сделались причастниками Его деяний, объединив свои силы и посвятив себя Ему».

Такое видение Якова Крекера было направлено не только на русский народ. Он видел множество друзей миссии, сотрудников, для которых любое духовное служение было много большим — частью Царства Божьего. Все эти люди участвовали в Господнем деле.

Яков неустанно писал редакционные статьи, вычитывал корректуры журнала «Да придёт Царство Твоё», осознавая в этом своё высокое призвание. Он хотел, чтобы его читатели возрастали в познании Бога, в христианской любви, вере и надежде.

Стремясь послужить друзьям миссии, Яков много ездил по Германии и другим странам. В своих проповедях он стремился показать слушателям величие и славу Божию, явленную в Иисусе Христе.

Его часто приглашали в разные общины и церкви (включая государственную церковь) на всевозможные мероприятия и для чтения лекций на библейские темы. Яков Крекер своими выступлениями служил друзьям миссии в Германии, странах Балтии, Швеции, Голландии, Англии, Швейцарии, Америке и Канаде.

Эти поездки не давались ему легко. Он страдал от болей и часто после выступлений был настолько ослаблен, что должен был сразу где-то прилечь. Когда дети подросли, Анна, жена Якова, стала чаще его сопровождать в поездках. А дома Крекера тоже ждали многие дела: конференции, заседания, посещения, писательская и редакторская работа.

На верхнем этаже своего дома Яков Крекер обустроил небольшую комнату, которую назвал «горницей пророка». Здесь домашний шум не был слышен, поэтому он часто между поездками работал там до глубокой ночи.

Святая борьба

Вершит великие дела,

Кто перед Богом на коленях,

Кто в тьме ночей и в кандалах

Поёт псалмы благодаренья.

Он знает: узкая тропа

Во мраке ночи не петляет,

Что, когда кончится борьба,

Яснее солнце воссияет.

Он знает: скорби и нужда

Даны на краткое мгновенье,

Что на коленях он всегда

Найдёт у Бога утешенье.

Он слышит бойких родников

Напев задорный и весёлый,

Он видит Божию любовь

И мир, творимый Богом, новый.

Надеждой новой и святой

Его душа живёт и дышит.

Он знает жребий свой земной

И голос Божий ясно слышит.

Он принял благостный елей.

Аминь! Окончено моленье.

Он говорил с Царём царей,

И жизнь его — благословенье.

Яков Крекер

Конференции

Чтобы теснее сплотить друзей миссии, руководство Миссионерского союза приняло решение проводить в Вернигероде миссионерские конференции. В 1921 году начались занятия по изучению Библии и миссионерские курсы. Крекер и Жак считали необходимым периодически собирать сотрудников миссии и детально обсуждать цели и задачи, стоявшие перед ними, призывая Господа руководить их служением и в дальнейшем.

Следуя в этом направлении, группы Христианского студенческого объединения и Студенческой миссионерской организации попросили провести с ними недельный курс по вопросам русской миссии.

Небольшая группа от ХСО была едва заметной среди большого числа сотрудников и друзей миссии. Это, однако, сделало очередную конференцию более плодотворной. Её участники имели самый разнообразный духовный опыт, ценный для христиан других направлений и традиций, открывавший новые горизонты веры.

После первого съезда друзей миссии было принято решение ежегодно собирать работников на ниве Божьей для подобных встреч в июне или июле. Подходящий для этой цели зал нашёлся в городе Нёшенроде. Помещение было просторным и после заседаний могло также использоваться в качестве столовой. Подготовка к конференции начиналась очень рано. Яков Крекер тщательно готовился, обозначая все пункты своего выступления. Он также приглашал известных проповедников, распределяя среди них злободневные темы.

Такие съезды стали именовать миссионерскими конференциями. Среди докладчиков обычно были также пастор Жак, гости из России и других стран и миссионерских полей.

За много недель до начала конференции в канцелярии миссии в «Божьем даре», а также в домах руководящих братьев уже полным ходом шла радостная подготовка. После рассылки приглашений на конференцию в журнале «Да придёт Царство Твоё» публиковались сообщения о предстоящем событии. Необходимо было найти жильё и разместить гостей в городе. Дома сотрудников миссии всегда были открыты для приезжающих. Дети Якова Крекера на время покидали свои комнаты и спали на полу, чтобы освободить место для гостей Для ребят это было большой честью. Сотрудники миссии готовили выпечку, потому что на завтрак, послеобеденный кофе и ужин обычно собиралось много гостей. Их число никогда заранее не было известно. Люди часто менялись, приезжали и уезжали. Длинные столы щедро украшались цветами. Повсюду слышались радостные приветствия старых знакомых, оживлённые беседы братьев и сестёр. Это было драгоценное общение детей Божьих.

Сколько чудесных людей сидело за общими столами! Яков Крекер с присущим ему юмором быстро смягчал любую неловкость в общении, так что все гости вскоре чувствовали себя как дома.

Зал для конференции уже в первый день был полон. Своим вступительным докладом Крекер подводил гостей и друзей миссии к главной теме их встречи. В последующие дни другие докладчики более детально рассматривали отдельные аспекты этой темы.

Если перечислить тех людей, которые тогда собирались вместе для служения на конференции, то слова, написанные на семи языках в «Божьем даре», станут ещё яснее: «Все мы одно во Христе!»

Яков Крекер был меннонитом, пастор Жак принадлежал к реформатской традиции, П. Ахенбах являлся лютеранином, профессор Марцинковский никогда не выходил из православия.

Проханов был руководителем евангельских христиан, самого массового протестантского движения в России. Л. Бранденбург приехал из Балтии и представлял лютеран. Здесь были также пастор Эрнст Ломан, лиценциат Брандт, епископ Рендторфф, лиценциат Бирнбаум, пастор Брунс. Леон Розенберг докладывал о миссии среди евреев.

Особенной радостью для Якова Крекера стало желание принца Бернадота из Швеции подготовить несколько сообщений для участников конференции. Вместе с принцессой они стали гостями в доме Якова Крекера. Принц произвёл на всех самое доброе впечатление, он поделился с участниками конференции простым свидетельством о миссионерской деятельности среди лапландцев.

Все мы одно во Христе

Яков Крекер всегда стремился подвести сотрудников миссии к Голгофскому кресту, чтобы там, верою в Иисуса Христа, приблизиться к Небесному Отцу и вместе со всеми искупленными воскликнуть:

Незаслуженная милость

Удивительна, друзья.

То, что прежде не ценилось, —

Ныне радость вся моя.

Один зарубежный гость писал о конференции:

Никогда не забуду того, чему я научился за последние недели. Это послужит для укрепления моей веры. С восхищением я вспоминаю русский перевод пастора Жака и мощное слово Крекера о Божьей Церкви. Мне запомнились также выступления брата Хайтмюллера и д-ра Лилье.

Перед моими глазами всё ещё стоит могучая фигура Проханова, не забудутся беседы профессора Марцинковского и благословенное общение с нашими сотрудниками, работающими среди евреев в Берлине. В памяти останутся и сёстры, свидетельствовавшие в воскресенье, и молитвенный час, посвящённый России. Я с любовью вспоминаю эти дни и обещаю себе, если Бог даст жизни и здоровья, не пропускать и будущих конференций.

О том, как проходили миссионерские конференции, сообщается также в следующем письме:

В десятый раз в начале июля в Вернигероде встретились друзья миссии, которые, несмотря на летнюю жару, не лучшее время для поездок, снова собрались вместе. Зал в Нёшенроде, вмещающий 500-600 человек, даже вместе с пристройкой уже недостаточен для всех гостей.

У миссионерской конференции есть свои особенности. Здесь звучат доклады, а не ведутся дебаты. Все темы в большей степени связаны с Библией, чем с нашими преходящими заботами. Докладчики принадлежат к разным христианским деноминациям и направлениям, среди слушателей — как обычные люди всех возрастов, так и пасторы, проповедники, знатные особы. Словом, картина конференции в какой-то мере разнородная. Но одно объединяет всех этих людей: каждый, кому эти конференции стали важны, видит, что она движима особой духовной силой. Эта внутренняя сила конференции присутствует из года в год, такова её особенность. То есть это не заслуга организаторов и докладчиков, а действие благодати Божьей. Как в своём приветствии справедливо заметил Яков Крекер, касаясь десятилетней истории конференций: «Это был Бог, Который призвал нас к труду; это был Бог, Который по Своей милости вёл нас».

На конференции ежедневно делались три доклада, два из них звучали до обеда и один — вечером. Утреннее молитвенное собрание придавало силы верующим на весь день. После обеда отводилось время для общения и знакомства гостей конференции.

Доклады нередко были настолько глубокими, что едва ли возможно в точности передать ход мысли выступающих. Каждое сообщение было по-своему ценно. И всё же, хотя бы в общих чертах, мы расскажем об этой конференции. Её главную тему выражали слова: «Христос и Царство Божие» (Мк. 1:14 и далее).

После открытия конференции общим пением и молитвой директор миссии Яков Крекер пригласил местного суперинтенданта и консисторского советника Д. Фальке для приветственного слова. Суперинтендант очень тепло и сердечно обратился к многочисленным гостям, собравшимся в Вернигероде, в котором уже много раз проводились подобные конференции.

Фальке подчеркнул, что ему было радостно видеть становление и рост Миссионерского союза. Эта христианская организация, с любовью посвятившая себя миссионерской работе, никогда не стремилась стать самостоятельной церковью или общиной. Церковь в графстве Вернигероде ощущает на себе благодатное служение Миссионерского союза. Поэтому она всегда старается быть причастной к целям и духовным устремлениям миссии. Суперинтендант с готовностью заверил всех присутствующих в твёрдом намерении местной власти и впредь поддерживать Миссионерский союз всеми доступными способами.

После этих тёплых слов последовала вступительная речь директора миссии. Яков Крекер задал направление всей конференции, предложив слушателям свои размышления на тему «Илия, возревновавший о Боге».

Поскольку особенностью миссионерских конференций всегда была их направленность на Священное Писание, Яков Крекер обратил внимание на некоторые современные проблемы в свете Божьего Слова. Он показал, что есть ревность о Боге в наши дни:

Илия испытал на себе Божье могущество и потому хорошо знал, что Господь сильнее всех земных воинств. Это справедливо и в наши дни.

Однако последнее слово о Боге ещё не прозвучало, и мы не можем, подобно Илии, вынести приговор этому миру. Апостолы близко знали Христа. Они описывают нам Иисуса, Который для полного единения с Небесным Отцом уходил от всего того, что Его окружало в земной жизни.

Так во времена Иисуса Христа Царство Божие стало зримым в образе Человека. Многим это было трудно понять, им хотелось сразу увидеть всю славу небес, а не его отблески на земле. Однако это уже была победа Царства Божьего.

Апостолы не могли сказать последнего слова о Боге, как и современная церковь не может этого сделать. Многие христиане сегодня осознают, что наше свидетельство о Господе весьма бедно и скудно. Мы не можем найти подходящих слов, чтобы во время тяжких бедствий, на первый взгляд как будто противоречащих благости Божьей, продолжать возвещать людям Евангелие. Мы не познали Христа так, как Он познал нас, Церковь Свою. Лишь тогда, когда Церковь будет восхищена на небеса, Благая весть станет совершенной.

В последующие дни докладчики, сменяя друг друга, рассуждали о словах пророков, апостолов и церквей. В первый день три пастора — Мумссен из Гамбурга, Жак из Вернигероде и Ломанн из Харлесхаузена — говорили о пророках и их ожиданиях Мессии. Для пророков Царство Божие заключалось в прощении и восстановлении Израиля. Пророками их называли не потому, что они непременно предвидели будущее, а потому, что они возвещали Божью волю и Его путь. Пророки знали о том, что по милости Божьей прощение даруется каждому человеку в отдельности, Израиль будет восстановлен. Однако взоры пророков были обращены не только на Израиль, но и на всю историю человечества.

Вследствие того что Царство Божие приблизилось ко всем, ныне не только Израиль получает благословения, но и Египет, и Ассур тоже станут сонаследниками Божьих обетований.

После этого пастор Жак обратил общее внимание на то, что люди сегодня часто негодуют и стремятся самостоятельно строить свою жизнь.

Пророки учат, что на таком основании ничего доброго не удастся воздвигнуть. Национальное единство строится не на материализме и жажде власти, а на твёрдом убеждении, что каждый народ имеет от Бога особые дары и поручения, которые должны стать благом для всех людей.

Примером Божьего пророка для всего человечества был Даниил. Главным вопросом для него стал следующий: хотим ли мы только получить от Господа какие-то дары или же склонимся и подчинимся Божьему величию, будем прославлять Его? В том же направлении звучали и мысли пастора Ломанна на вечернем заседании.

На второй день конференции пастор Бирнбаум и лиценциат Брандт из Лейпцига рассказали слушателям, Кого обрели для себя ученики во Христе. Нам были представлены в их сообщениях группы апостолов. Иоанн — это человек, который наблюдает, Пётр — это человек дела. В познании Иисуса Христа они едины, но каждый из них видит Христа немного по-своему.

Учащиеся Библейских курсов 1920-1921 гг. в Вернигероде

Участники миссионерской конференции

Вопрос Петра, звучащий в Евангелии от Иоанна (6:66-69), открывает нам, что он обрёл в Учителе Посланника Божьего. Люди были недовольны Иисусом отчасти потому, что, рассуждая рационально, они не могли понять Его. И когда Иисус упомянул манну в пустыне, Он как бы поставил Себя выше религиозной истории евреев. Этого не мог потерпеть ни один ортодоксальный иудей. Пётр, однако, принял Христа как Посланника Божьего, потому что пришёл к Нему не с каверзными вопросами, имевшими идеологический подтекст. В его вере решающим было само присутствие Господа Иисуса. Что касается апостола Иоанна, то он увидел во Христе истинное Божье величие.

На следующий день звучали доклады о том, Кого обрела Церковь в Иисусе Христе. Было символично, что в тот день своими размышлениями поделились три брата из разных деноминаций. Первый доклад делал меннонит и директор миссии Яков Крекер, второй — Мекленбургский лютеранский епископ Д. Рендторфф, а третий — методистский служитель Д. Мелле из Франкфурта.

Как ученики распорядились тем, что им открыл Христос? Они возвестили об этом открытии всему миру. И теперь мы живём лишь тем, что имеем в Иисусе. Это такое духовное богатство, что простой рассказ о нём стал самым радостным посланием для мира. Это весть о нашем усыновлении во Христе.

Воскресенье, обычно считавшееся миссионерским днём, всем запомнилось речью епископа Д. Рендторффа.

Он проповедовал на текст из Евангелия от Матфея: «Видя толпы народа, Он сжалился над ними» (9:36). Иисус видит ниву, готовую к жатве, много труда, который предстоит совершить вскоре.

Эта тема предваряла второй доклад, делая его более понятным. Пастор Флемминг говорил на тему «Как современный мир потерял Христа». В этом докладе приводились примеры, показывавшие силу зла в нашем мире, а также великое Божье милосердие.

После обеда двери в зал широко распахнулись, это был миссионерский день конференции. Княжна Ливен рассказала о работе среди русских эмигрантов в Париже и передала от них сердечные приветы.

Председатель Союза евангельских христиан Проханов, несколько недель назад вернувшийся из Америки, поделился своими впечатлениями о поездке. Затем он в общих чертах рассказал о евангельском движении в современной России. Миссионер среди польских евреев Розенберг из Лодзи также сообщил о своей работе.

Вечером на заключительном собрании в церкви Божьей Матери вновь звучала тема утренней проповеди. Пастор Бирнбаум говорил о мечтах рабочих людей, которые может осуществить только Христос.

Лиценциат Брандт напомнил о ревности апостолов, которые некогда, во время великих перемен, не бездействовали, но нашли смысл жизни в Господе.

После этой короткой, но впечатляющей речи директор миссии Яков Крекер резюмировал основные мысли, прозвучавшие за дни работы конференции. Он снова подвёл слушателей к главной теме: «Христос и Царство Божие». Здесь источники жизни и благословений для Церкви, и не только на время конференции, но и для ежедневной духовной борьбы и служения. С молитвой, благословением, под пение могучего гимна «Единый, на Кого мы уповаем» миссионерская конференция закончилась.

Посещения

Некоторые гости после конференции задержались в Вернигероде, поэтому радостное общение продолжалось. В памяти семей Крекер и Жак остался один случай.

Принц и принцесса Бернадот отправились после конференции в Ширке и остановились на несколько дней там в отеле. Они пригласили на чай семьи Крекер и Жак со всеми детьми, хотя обычно малыши в таких случаях оставались дома. Для детей обеих семей это стало большим событием, так как девочки семьи Жак и младшие дети семьи Крекер были неразлучными друзьями и всё свободное время проводили вместе.

Так на вокзале в тот день оказалась довольно большая группа. Поездка на поезде всегда доставляла особое удовольствие. Удобно расположившись на платформе, можно было наслаждаться прекрасными видами. Железнодорожный путь пролегал через Гассероде к заповеднику Штайнернен Ренне, а оттуда вдоль леса, через протяжённую долину, в Драй-Аннен-Хоне. И затем снова через лес, уже спускаясь по горному склону, — в Ширке.

Прибыв на место, гости отыскали отель «Фюрстенхоф», в котором остановились принц и принцесса. Как и договаривались, Крекеры и Жаки приехали со всеми детьми, ожидавшими теперь обещанного им угощения. Официанты, впрочем, смотрели на шумных и беспокойных гостей без энтузиазма. Однако когда Яков Крекер попросил доложить принцу об их прибытии, обслуживающий персонал тут же бросился исполнять свои обязанности. К гостям вышел владелец отеля и провёл их в зал, где были накрыты столы, стояли мягкие кресла, а детей ожидали торты и пироги, приготовленные по рецептам шведской кухни.

Принц и принцесса вышли к ним с радостными улыбками. После слов приветствия все сели за стол. Для детей это чаепитие было удивительным и чудесным. Шесть любезных официантов обслуживали тринадцать гостей. Глаза мальчишек и девчонок каждый раз светились от удовольствия, когда официанты, кланяясь, предлагали им торты или шоколад. Они обходились с детьми как с маленькими принцами и принцессами.

После сладкого угощения принц провёл гостей в свою, довольно скромную, комнату в отеле, где все расселись на стульях и на крае кровати. Затем в дружеской обстановке читали Библию и молились, это было настоящим духовным общением детей Божьих. Все преграды пали. Люди вместе склонились перед милосердным Богом. Любовь к Нему объединила всех присутствующих. Бедные и богатые, простые и знатные действительно стали «одним во Христе».

Христианское общение продлилось дольше, чем планировалось, так что гости пропустили свой поезд и решили ехать следующим. Между тем на улице разразилась сильная гроза. Увлечённые беседой, ни принц, ни гости не обратили на неё особого внимания. Гроза им показалась обычным делом для горной местности Гарца. Но когда семейства Крекер и Жак наконец пришли на вокзал, то увидели, что железнодорожный путь затоплен. Ждать поезд в этот день было уже бессмысленно. Родители приняли решение остаться в Ширке. Взрослые дети, однако, отправились домой пешком. Им предстоял довольно большой путь через горный перевал, но они были в хорошей спортивной форме и не побоялись идти вечером.

В Вернигероде они добрались уже ночью. Ожидавшие их друзья очень волновались, так как повсюду уже распространилась ужасная весть. Поезд, на который Крекеры и Жаки опоздали, потерпел крушение. Из-за сильного ливня на реке прорвало плотину, и часть вагонов смыло с пути. Многих людей унесло течение. Узнав об этом, члены семей Крекер и Жак увидели Божью руку в том, что из-за молитвы с принцем они не успели на этот поезд. Вскоре все они благополучно вернулись домой.

Для семьи Якова Крекера памятными были и другие встречи с христианскими друзьями. В первые годы существования миссии шведы и голландцы активно помогали в обустройстве здания, жертвовали необходимые средства для покупки домов миссионерам, финансировали Библейскую школу, а также присылали продукты питания для беженцев и голодающих в России и Германии. Шведы приезжали со своими семьями. Заседания сотрудников миссии и деловые встречи проходили то в одном, то в другом доме.

Нередко случалось, что Яков неожиданно звонил домой и сообщал: «К нам едут гости!» Тогда, как правило, накрывали два стола, ведь в таких случаях к их домашнему обеду обычно присоединялись и другие сотрудники миссии. Анне Крекер всегда нужно было быть готовой, чтобы накормить множество гостей. В их доме часто звучала иностранная речь. Например, несколько раз к ним в гости неожиданно попадал пастор Фетлер с группой англичан. Американцы заезжали в Вернигероде по пути к голодающим людям в России или чтобы послать туда продукты из Германии.

В миссию всё время тянулись нуждающиеся. Однажды летом в доме Крекеров разместили беженцев. Они, не имея ни гроша, прибыли из России. Это были их знакомые из Крыма, направлявшиеся дальше в Южную и Северную Америку. В то памятное лето за столом в доме Крекеров сидело тридцать шесть человек, включая четырнадцать детей! Они прожили у Крекеров несколько месяцев, а затем отправились на свою новую родину, в Америку.

Для Анны было очень непросто справиться с таким объёмом домашней работы. Однако всё это считалось тогда само собой разумеющимся. Жена проявляла христианское гостеприимство и во всём помогала своему мужу.

Перерыв

Проблемы со здоровьем заставили Якова Крекера сделать продолжительный перерыв в служении. По настоянию врачей он отправился в «тропический санаторий». Потом он вместе с женой гостил несколько недель у друзей в Лугано (Швейцария). Затем Якову сделали в Гамбурге операцию, которая избавила его от болей. Лучший отдых ему, однако, принесла рабочая поездка в Палестину. Профессор Марцинковский, старый друг и сотрудник миссии, собирался жениться и пригласил супругов Крекер к себе на свадьбу на Кармеле. Несмотря на состояние здоровья, Яков решил принять это приглашение и совместить его с отдыхом от служения. Одновременно он хотел использовать благоприятную возможность, оказавшись в Палестине, стране древних пророков, для продолжения работы над серией «Живое Слово».

О своём решении Яков писал следующее:

На первый том этой серии «Ной и мировой суд» был большой спрос, поэтому необходимо было подготовить второе издание. Это настолько ободрило меня, что я решил все свои труды по Ветхому Завету собрать вместе, назвав их «Живое Слово». Такое название, на мой взгляд, удачно выражало суть всего труда. В этой серии были запланированы восемь книг.

Их выпуск поддерживали и одобряли многие богословы и христианские служители. Письма со словами благодарности и ободрения давали мне силы продолжать эту работу, несмотря на все человеческие немощи.

При той большой нагрузке, которую имел Яков Крекер, ему с трудом удавалось выделять время для написания книг и подготовки их к печати. Описывая ветхозаветных пророков, Яков дошёл до периода исхода. Он нуждался в свободном времени и тишине для этого труда.

На общем собрании миссии в июле 1931 года Яков Крекер после десяти лет почти непрерывного служения попросил разрешения уехать на шесть месяцев в Палестину. Отпуск ему дали без проблем. Благодаря продаже некоторых своих книг Яков смог финансировать эту поездку. В Палестине Яков планировал подготовить к печати шестой, седьмой и восьмой тома «Живого Слова». Он надеялся, что сможет при этом ещё и отдохнуть, ведь после многих лет интенсивного служения сил у него было немного. Жена Анна сопровождала его в поездке в качестве секретаря. Для этого она научилась работать на печатной машинке. Без жены Яков бы не осмелился поехать в столь дальнее путешествие. Анна всегда заботилась о здоровье мужа во время его нелёгкого служения.

С молитвой и большими ожиданиями Крекеры отправились в Палестину. Там, в святых местах, где Бог открылся человечеству в Своём Сыне, а также через служение пророков и апостолов, Яков и Анна надеялись узнать Его ещё ближе. Путешествие началось осенью 1931 года. Их путь в Святую землю пролегал через Египет. Прибыв в Иерусалим, Крекеры усердно трудились там до середины января. В перерывах между работой они совершали поездки верхом, посещая окрестности Иерусалима. Какое-то время Крекеры провели у друзей в немецкой колонии тамплиеров Сарбино в Яффе, так как зимой там было теплее, чем в Иерусалиме.

Затем Крекеры через Хайфу отправились на свадьбу профессора Марцинковского в известный христианский приют Кармель. Это поселение стало большим благословением для всей страны, а также за её пределами. Приют был хорошим местом для отдыха миссионеров и обретения ими духовных сил для служения в странах Востока. Здесь должно было пройти венчание брата Марцинковского и его невесты Нелли Шумахер.

И вот наступил торжественный час. Священник д-р Кристи, известный своей преданностью Церкви Христовой, а также доброй семейной жизнью, сумел создать на церемонии бракосочетания очень тёплую атмосферу. Жениху и невесте был прочитан отрывок из Ветхого Завета. Речь священника длилась недолго, но в ней чувствовалась мудрость отца, дававшего наставления своим детям. Он сказал: «Брак — это единственное, что осталось нам от рая, в котором жили Адам и Ева. Господь поселил их в саду, чтобы они за ним ухаживали и охраняли. У них там хватало работы. Им также было велено: „Наполняйте землю и обладайте ею“. Однако тернии начали расти, когда человек открыл своё сердце для греха и стал отдаляться от Бога. С тех пор тернии растут не только на полях, но и в сердцах людей, а также в их семьях. И лишь когда человек останавливается и позволяет себя вести к дому Отца, к общению с Богом, он снова чувствует Дух Божий и видит Его присутствие в своей семейной жизни. Пусть ему и приходится при этом добывать хлеб в поте лица».

Затем последовало венчание с молитвенным благословением. Для свадебной трапезы зал в приюте украсили цветами. На праздник были приглашены восемьдесят — девяносто гостей. Яков Крекер произнёс речь, взяв за основу слова: «Так положил Иисус начало чудесам в Кане галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его» (Ин. 2:11). Обращаясь к приглашённым на свадьбу, он сказал: «Дорогие друзья и гости! Священник д-р Кристи совершил бракосочетание наших дорогих друзей, сестры Нелли и брата Марцинковского, согласно законам, существующим в Палестине. Теперь мы собрались по приглашению госпожи Шумахер и её детей на венчание в церкви. Мы хотим, чтобы церемония прошла просто и тепло, чтобы церковь Христа — как святое братство — вместе с государством приняла участие в этом радостном событии. Два человека, побуждаемые Богом, нашли друг друга и готовы теперь верно и преданно идти вместе по жизни».

После этих слов, напомнивших гостям также об удивительном жизненном пути брата Марцинковского, все собравшиеся спели псалом «Хвали, душа моя, Господа». Громко звучали замечательные слова: «Блажен, кому помощник Бог Иаковлев!»

Сила этого псалма заставила гостей забыть, что они находятся на свадьбе. Все присутствующие предстали перед Тем, Кто однажды вошёл и в их жизнь, чтобы даровать ей смысл, служению — истинную силу, а желаниям — уверенность в том, что они исполнятся. После молитвы Яков Крекер обратился к молодожёнам со следующей речью:

Я прибыл на это торжество как ваш старый друг из Европы. И теперь хочу высказать вам свои самые добрые пожелания для будущей жизни и служения. Это будут слова из окончания евангельского рассказа о свадьбе в Кане галилейской: «Явил славу Свою».

В этих словах присутствует всё то, что мы и вам сегодня желаем.

1. Прежде всего, что означает в Библии слово «откровение»? Во все периоды священной истории это открытие Богом — для людей — Самого Себя. Для спасения каждого человека в отдельности и человечества в целом Господь открывал Себя и Свою любовь. Он показывал, что избрал нас для общения с Собой, призвал для царского наследия и духовного ученичества.

Но Божье откровение должно было стать плотью, чтобы мы могли его ощутить, услышать и понять. В жизни пророков, свидетельстве апостолов и в личности нашего Господа и Спасителя Дух стал осязаемым Словом, чтобы говорить к нам. Однако абсолютного Божьего откровения не существует. Это Бог Сам. Всё, что мы имеем, — это откровение, полученное жизненным опытом и свидетельством Божьих людей в этом мире. Ни один пророк или апостол не были способны познать Бога во всём Его величии и во всей святости. Если бы кому-то такое стало возможным, он бы сравнялся с Богом. Лишь Иисус как Сын открыл перед людьми полноту Божьего величия, насколько это было необходимо для нашего спасения через веру. Писание так много говорит о Божьей славе, потому что она тесно связана с даруемым Им миром, Небесным Царством и Его деяниями. В слове «слава» сокрыта глубина Его величия, созидательная духовная энергия, всепрощающая любовь, полнота откровения об искупительном подвиге Иисуса Христа.

В этом мире Христос ходил, словно в доме Отца. Иисус действовал Его силою и был Его представителем. Иисус жил в мире Божьего прощения, поэтому и принёс его в жизнь труждающихся и обременённых, мытарей и грешников. Полноту величия Божьего Христос стремился открыть в Своих проповедях и делах, в чудесах и страданиях. Поэтому народ, видя дела Иисуса, славил Господа, давшего Сыну Человеческому такие полномочия. И это тоже было явлением Божьей славы, когда Иисус на свадьбе в Кане превратил воду в вино.

Всё, что я хотел сказать этим пожеланием: пусть в вашей совместной жизни и служении будут для всех зримы эти слова: «Явил славу Свою». Если ваша жизнь, труд, служение, борьба и страдания будут открыты для Божьего действия, откровения Его славы через Иисуса Христа, тогда вы проживёте жизнь не напрасно. Каждая жизнь, ставшая сосудом Божьего откровения, оставила в истории человечества Его следы, которые уже никто в мире не сможет сокрыть. Несмотря на сопротивление Богу и даже ненависть к Нему, человечество уже не может игнорировать веру Авраама, Пятикнижие Моисея, обличения пророков и их призывы к спасению. И, конечно, никто на земле не сможет укрыться от учения нашего Спасителя и Искупителя Иисуса Христа и Его апостолов. Так даже самая скромная жизнь может оставить своё наследие для всего мира, если только в этой жизни, через присутствие в ней Христа, люди увидят святость Бога.

2. На свадьбе. Если бы Христос явил величие Отца только на свадьбе, на которую был приглашён, то все остальные евангельские события можно было бы исключить из Божьего откровения. Однако жизнь и служение Иисуса Христа доказали, что Он всегда являл славу и святость Божью. Господь был в доме радости, на свадьбе. Этот праздник у всех народов считается наивысшим и счастливейшим событием в жизни людей. Однако то величие, которое Иисус Своим присутствием придал этому торжеству, не может выразить никто в мире. И этой же силой Господь затем преобразил жизнь вдовы из Наина, у которой умер единственный сын. И на вопрос о слепорождённом Христос ответил Своим ученикам: «Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нём явились дела Божии» (Ин. 9:3).

Подобным образом Господь превратил и синагогу, и дом мытаря Закхея в места явления Божьей славы. В синагоге, на пути в Капернаум, Христос объяснил народу слова пророка Исаии (Мф. 4:14-16). И, войдя в дом Закхея, Христос обратился к собравшимся: «Ныне пришло спасение дому этому» (Лк. 19:9).

Когда ученики терпели бедствие в лодке посреди Генисаретского озера, у Христа было не меньше повода Божьей властью повелеть: «Умолкни, перестань!» (Мк. 4:39), как накормить и тысячи людей в пустыне (Ин. 6:14). Желая прощать грешников, как и Небесный Отец, Он принимает не только Своих учеников, которые, всё оставив, последовали за Ним. Иисус сжалился и над людьми, когда у них не было пищи, и поэтому велел ученикам: «Вы дайте им есть»!

Он выслушал и богатого юношу, пришедшего к Нему с важнейшим духовным вопросом: «Учитель благой! Что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» (Мк. 10:17). С той же любовью Христос отозвался на просьбу слепого Вартимея, позволил ему подойти ближе и вернул зрение (Мк. 10:46). В Царстве Отца и перед справедливостью вечного мира не играет роли, богат человек или беден. Важно, открыт ли этот человек для того, чтобы Бог изменил его жизнь. Господа не отталкивают бесчисленные человеческие немощи и страдания, Его не могут остановить никакие демонические силы. Всемогущество Божие таково, что Он открывается человеку во всём Своём величии и в самых стеснённых обстоятельствах жизни. И там, где Господь призывает к Себе страдающих и больных, даже одержимых нечистыми духами, любой человек, откликнувшийся на Его зов, получает избавление и спасение.

Итак, Господь хочет присутствовать не только на вашей свадьбе и сделать её откровением Своего величия. Сама ваша жизнь, служение, радости и разочарования, борьба и страдания — всё это может явить Божью славу. И тогда её увидят все окружающие люди.

3. Наполненные водой сосуды. Предыдущие рассуждения могут создать впечатление, что в самых важных событиях в жизни человек не играет активной роли. Однако в тексте, описывающем праздник в Кане, есть несколько мест, которые говорят о другом: «Наполните сосуды водой», «теперь почерпните и несите к распорядителю пира». Это слова Иисуса, обращённые к Его ученикам. Это повеление, предусматривающее определённые действия. Так Иисус призвал учеников стать деятельными участниками событий, в которых проявилось Божье величие. Когда воля Господа соединяется с нашим послушанием и действиями, это приносит добрый плод. Мы должны зачерпнуть воду, которая превратится в вино! Так слава Божия является не без нас, но в единении с нами. Даже если Божья слава демонстрирует свою силу в нашей слабости, то совершается это чудесное действие вместе с нами.

Правда жизни заключается в том, что при всём нашем старании и послушании мы никогда сами не наполним кувшины водой. Однако Христос проявляет Свою силу, данную Отцом, в том, что использует человеческие слабые силы и делает их чем-то значимым. Мы черпаем воду, но чтобы стать благословением и радостью для других, она должна превратиться в вино, т. е. на смену слабости приходит сила, начало которой в служении ближнему с любовью. Великие мужи Божьи осознавали свою слабость и поражались тому, как их простой труд приносил столь обильные плоды. Они понимали, что не делают ничего особенного. Они просто черпали воду, а Господь Иисус Христос превратил её в лучшее вино.

Так в нашей слабости раскрывается Его сила. Он освящает нашу духовную жизнь, так что она становится общением святых. Нашим словам Он придаёт глубокий смысл, используя их для призвания других людей на служение. Господь даже освящает наши страдания, делает их инструментом служения, которым мы благословляем окружающих. Даже нашу смерть Он сделал победою. Смерть потеряла своё жало, и через смерть мы восходим в дом Небесного Отца. «Приветствую смертных в Вернигероде. Я иду домой к живым!» — такими были последние слова одной верной сестры, которые она некогда произнесла перед смертью.

Апостол Павел выразил свою великую надежду и упование: «При уверенности и надежде моей, что я ни в чём посрамлён не буду, но при всяком дерзновении и ныне, как и всегда, возвеличится Христос в теле моём: жизнью ли то или смертью» (Флп. 1:20). Что может быть выше, прекраснее и могущественнее, чем нашей жизнью и смертью дать возможность Христу проявить славу Отца?! Пусть благословение, которое я упомянул в начале, пребудет и на вашей будущей супружеской жизни, со всем духовным богатством, которое оно несёт: «Явил славу Свою».

После того как гости разошлись, молодожёны Марцинковские и супруги Крекер отправились в путешествие в Табху, на Генисаретское озеро. В их планах было по пути переночевать на горе Фавор. Ехали на машине. Горная дорога была очень крутой, так что временами становилось страшно. Ночлег путешественники нашли в монастыре. Перед сном они посетили базилику Преображения Господня. В ней находилось удивительное изображение евангельского события. Христос в белом одеянии, освещённый солнцем, стоял в центре. Его ученики, а также Моисей и Илия, почтительно собравшиеся вокруг Христа, производили большое впечатление на посетителей. Но гости не стали долго рассматривать фрески.

Профессор Марцинковский, его жена и супруги Крекер достали Новый Завет и вместе прочитали историю о преображении Христа. Один из монахов присоединился к их молитве и благодарности Господу. Их общим желанием было, чтобы Господь и Спаситель и в них отображался всё больше и больше.

Прежде чем гости разошлись на покой, монахи предложили им рано утром вместе встретить рассвет. Это была удивительная картина! Утром путешественники продолжили свой путь. Они посетили Назарет, родной город Иисуса, и затем отправились дальше.

Вечером путники прибыли в Тавгаан и сняли себе жильё. Комната супругов Крекер находилась в садовом домике Треггеве. Под балконом раскинулся апельсиновый сад. Ветви деревьев сгибались под тяжестью плодов. Птицы с ярким опереньем сидели на деревьях, лакомились плодами и радостно галдели. Частично съеденные ими плоды падали на землю. Супруги Крекер тоже радовались всему, что видели вокруг. Так как было решено задержаться в этом месте на некоторое время, они совершали долгие прогулки по берегу Генисаретского озера. Всё вокруг им напоминало об Иисусе Христе, Который жил здесь с учениками и учил народ. Крекеры видели рыбаков, чинивших сети на берегу. Вскоре рыбаки заплыли на середину озера и забросили свои снасти, надеясь на улов. Крекеры однажды стали свидетелями того, как на озере разыгралась буря. И тогда они вспомнили евангельский рассказ об учениках, увидевших во время шторма Иисуса, шедшего по воде. Затем озеро утихло. Всё новые библейские сюжеты оживали в памяти путешественников.

Однажды воскресным днём профессор Марцинковский, его жена и супруги Крекер решили совершить прогулку на лодке по Генисаретскому озеру. Погода стояла чудесная. Солнце ярко светило, вода была гладкой и спокойной, и сердца друзей наполнялись радостью. На вёслах сидели арабы. Во время прогулки путешественники достигли того места, где Иордан впадает в озеро.

Профессор Марцинковский и его жена высадились на берег, чтобы искупаться в Иордане. Супруги Крекер отправились на лодке дальше по течению, наслаждаясь окружающим пейзажем. Через некоторое время они возвратились и забрали купальщиков. Как только друзья нашли подходящее место, они пристали к берегу. Где-то в этих местах Иисус часто сидел с учениками и учил народ с возвышенности. Здесь он сообщил им, что Царство Божие приблизилось. Христос исцелял больных и привлекал к Себе всех труждающихся и обременённых, чтобы их утешить.

Подошло время обеда, и друзья спросили у арабов, где они могли бы купить рыбу. Рыбаки согласились им помочь. Они сказали что-то мальчику на берегу, тот побежал в свой дом и вскоре принёс жареную рыбу с лепёшками. Так путешественники вкусно пообедали.

Они были под сильным впечатлением от осознания того, что находятся на том месте, где жил и творил чудеса Иисус. Они также осознавали, что Он и сейчас в них и с ними!

Когда путешественники собрались в обратный путь, они увидели араба, стремительно скакавшего к ним на лошади. Это был хозяин дома, в котором для них жарили рыбу. Он пожелал пригласить путешественников к себе в гости. Приблизившись, он обратился к ним на арабском языке. Жена профессора Марцинковского поняла этого человека и поблагодарила его. Однако принять приглашение друзья не смогли, так как солнце уже клонилось к горизонту. Араб, выслушав вежливый отказ, поскакал на своей лошади обратно столь же быстро, как и прежде. Он не очень-то вызывал к себе доверия.

Друзья вновь сели в лодку. Проплыв немного, они начали петь песни, потому что их сердца переполняла радость. Стоявшие на берегу арабы спросили тех, кто сидел на вёслах, что за инструменты у путников: пение звучало для них как игра на музыкальных инструментах. Арабы поют не очень хорошо, их пение не особо мелодично. Они будто бы перекликаются в разных тонах. Подобные голоса можно услышать во время сбора урожая с апельсиновых деревьев. Арабы радуются, потому что после уборки довольно много плодов остаётся и для них.

Возвращаясь домой по Генисаретскому озеру, путешественники проплыли мимо руин древнего Капернаума.

Там они вышли из лодки, и их проводники показали место, где Иисус излечил тёщу Петра от горячки (Лк. 4:38). На этом месте Иисус тогда исцелил многих больных. В стихах 40-43 сказано: «При заходе же солнца все, имевшие больных различными болезнями, приводили их к Нему, и Он, возлагая на каждого из них руки, исцелял их... Когда же настал день, Он, выйдя из дома, пошёл в пустынное место, и народ искал Его и, придя к Нему, удерживал Его, чтобы не уходил от них. Но Он сказал им: „И другим городам благовествовать Я должен Царство Божие, ибо на то Я послан“».

Насколько захватывающим является этот рассказ о делах Иисуса, совершённых на том же месте, в той самой стране, где находились теперь супруги Крекер, ведь Христос Тот же и сегодня!

Путешественники, счастливые и благодарные за всё, что они в тот день пережили, прибыли в Тровку. Вскоре они вернулись на Кармель, чтобы там продолжить свою работу.

Профессор Марцинковский и его жена возвратились в свой небольшой дом с садом, в котором росли смоквы. Под одним из этих деревьев профессор поставил палатку, в которой уединялся для работы. Его дом был тоже обустроен с любовью.

Позже супруги Крекер отправились в Сарону, одну из немецких колоний. Она находилась вблизи Тель-Авива на берегу Средиземного моря. Здесь Крекеры продолжили свою работу над многотомным «Живым Словом». Время от времени они отдыхали на пляже.

Иногда им удавалось выехать верхом за город или даже совершить поездку к Мёртвому морю. Однажды Крекеры проехали через всю Сирийскую пустыню в Пальмиру. В пути их настигла сильная песочная буря. В целом же впечатления от поездки в Палестину были самыми чудесными.

Супруги Крекер 15 июня 1932 года благополучно возвратились домой. В Вернигероде их радостно приветствовали дети и сотрудники миссии. Мечта Якова Крекера побывать в Палестине осуществилась. Позже он использовал многочисленные красивые фотографии, делая во время своих поездок доклады с показом диапозитивов.

Обзор работы миссии

Из разных частей России приходили сообщения, что там началось духовное пробуждение. Несмотря на трудные условия жизни, русский народ тянулся к Богу. Основывались всё новые и новые общины. Евангельские христиане и баптисты отправляли братьев на курсы проповедников. В миссию приходило множество писем с просьбой выслать Библии.

«Нужен миллион Библий для России!» — писал братьям Крекеру и Жаку председатель Всероссийского союза евангельских христиан. Те в свою очередь передали это послание всем сотрудникам и друзьям миссии. Когда в России начался страшный голод, миссия активно участвовала в помощи страдающей Церкви. Изыскивались средства и возможности, чтобы спасти людей. Однако главной задачей миссии всегда оставалось распространение Божьего Слова.

Однажды миссию в Вернигероде посетил видный служитель Союза христиан-баптистов. Он был одним из первых благовестников на российской духовной ниве, носил на своём теле рубцы от цепей за имя Христа.

В бывшей Российской империи его заковали в кандалы из-за проповеди Евангелия и отправили в Сибирь на каторгу. Этот благовестник тоже рассказал в Вернигероде о великом пробуждении в России. Братья задали ему вопрос:

— Когда началось это новое духовное движение в России?

— С тех пор, как домой возвратились русские военнопленные, которым вы благовествовали, — ответил он.

Десятки тысяч пленных услышали Евангелие в Германии, тысячи из них обратились к Господу, сотни — учились на Библейских курсах. Теперь они, вернувшись домой, стали источником новых благословений, излившихся на Россию.

Миссии удалось наладить связь с некоторыми новыми общинами и с руководством союзов евангельских христиан и баптистов. Перед Миссионерским союзом вновь широко распахнулись двери для благовестия.

Общая ситуация с украинским движением евангельских христиан в 1928 году сложилась примерно следующая. Украина была поделена на восемь больших областей, которые в свою очередь делились на сорок два района. Во главе каждой области и района стоял опытный служитель. В одной только Харьковской области насчитывалось около трёхсот общин и групп верующих. Их посещали разъездные благовестники, которые сосредоточили своё нелёгкое, но благословенное служение на Харькове и прилегающих к нему селениях.

В Киевской области находилось около четырёхсот евангельских общин и групп. У них также были свои разъездные проповедники. В Киеве построили большой молитвенный дом.

В Подолье, несмотря на то что евангельское движение там только начиналось, уже насчитывалось около трёхсот общин.

В Одесской области было приблизительно двести общин. Днепропетровская и Донецкая области являлись индустриальными районами Украины. Там находилось множество заводов, шахт и рудников. Здесь также в ходе духовного пробуждения образовалось около трёхсот общин, которые опекали опытные благовестники.

В Волынской и Мелитопольской областях, на западе и юге страны, было примерно по двести церквей. А во всей Украине тогда насчитывалось около двух тысяч евангельских общин. Хотя ещё не так давно, в дореволюционные времена, во всей Украине было не более двухсот общин и групп верующих, которые преследовались властями.

За годы гонений евангельское движение выросло и приобрело немалое влияние в обществе. Схожая ситуация имела место на Севере России и в Сибири. Об этом отовсюду писали братья.

С большим желанием сотрудники миссии изыскивали возможности, чтобы помочь евангельским общинам. Миссия росла и постепенно решала более сложные задачи.

О том, как велась тогда работа в Вернигероде, свидетельствуют многочисленные посетители миссии. Яков Крекер жил в частном доме на улице Хорнштрассе. Его трудно было застать дома, но если он там и находился, то работал в своём кабинете, где диктовал письма помощнице или писал их сам. Совещания и приём гостей миссии составляли часть его обычного дня. Яков радушно принимал гостей, не показывая, что его ждёт ещё масса неоконченной работы. У него всегда было время для посетителей, так что они чувствовали себя как дома.

У пастора Жака собиралось не меньшее число гостей. Он с радостью всем показывал здания миссии. В первую очередь, конечно, дом на углу улицы Гросен Блек — «Божий дар».

Каменная лестница вела к внушительной дубовой двери. Позвонив, гости входили в помещение. Сотрудники миссии любезно сопровождали их на второй этаж по лестнице. Гостям показывали жизнь и быт семинаристов. Часто в большом зале кто-то выступал с докладом, праздновались различные события. Здесь отмечались также дни рождения, свадьбы сотрудников миссии. Это объединяло и роднило всю миссионерскую семью. В этом же зале можно было услышать захватывающие свидетельства и интересные сообщения. Здесь же хор под аккомпанемент фисгармонии разучивал духовные песнопения на русском и немецком языках для предстоящих богослужений, праздников и конференций.

В соседнем небольшом здании размещались издательство и книжный магазин, организованный шведом Г. Валдином, а позже ответственным за него был немецкий сотрудник миссии. Долгие годы работа издательства являлась важнейшей частью служения миссии. Широко распространялась литература на русском и немецком языках. Печатались отрывные календари «Луч света», духовные книги и брошюры на русском языке, которые затем рассылались во многие страны и по самой Германии. В почтовом отделе постоянно упаковывались и отправлялись книги. Сотрудники не жалели ни сил, ни времени, чтобы качественно выполнить свою работу.

На верхнем этаже здания находилась картотека и почтовый отдел журнала «Да придёт Царство Твоё». Две пожилые сестры регулярно поддерживали связь со всеми друзьями миссии, где бы они ни находились, благодарили за пожертвования и вели картотеку адресов — множество мелкой работы, которая, однако, сближала их с большой миссионерской семьёй и связывала с ней.

Кабинет инспектора миссии П. Ахенбаха находился в «Божьем даре». Его можно было встретить всюду, он всегда был погружён в разработку планов на будущее, в подготовку различных совещаний.

Небольшую комнату в здании занимала бухгалтерия. Также один из кабинетов в «Божьем даре» был выделен для проектов по сотрудничеству с Россией. Пастор Жак вместе с сестрой Лизой Паульс (позднее — с братом Диком) работали над письмами, содержавшими просьбы о духовном, а иногда и насущном хлебе. Сотрудники миссии отвечали нуждающимся, всячески им помогали, утешали и ободряли их. Здесь соединялись многие нити Востока и Запада.

«Да придёт Царство Твоё» — эти слова из молитвы «Отче наш» выражали смысл духовного труда миссии, которую основали Яков Крекер и Вальтер Жак. Их простое начинание со временем разрослось в большое служение по распространению Евангелия при содействии многих людей, преданных Господу.

Не потерянный, только опередивший

Это случилось в марте 1935 года. Дети Якова Крекера уже выросли. Старшие, несмотря на трудные времена, нашли работу по профессии. Младшие сыновья учились в университете. Все они были физически крепкими. Когда случилось несчастье, Вальтеру, младшему сыну, едва исполнилось двадцать лет. Он учился во Фрайбурге на экономиста.

Вальтер, страстный лыжник, во время каникул поехал к своей старшей сестре, которая жила в Альпах. Она снимала небольшой домик и охотно принимала в нём гостей. Вальтер к тому времени уже добился немалых успехов в лыжном спорте.

Солнечным морозным утром Вальтер вместе с группой других лыжников отправился в горы. В послеобеденное время у его старшей сестры вдруг появилось плохое предчувствие. Войдя в кухню, она сказала своей подруге: «У меня что-то тяжело на сердце!»

Однако о несчастном случае она не подозревала. Именно в этот час, однако, Вальтер сорвался со скалы и погиб.

Стало смеркаться. Лыжники задерживались. Сестра вышла из дому. На небе зажглись первые звёзды. Она не помнила случая, чтобы с гор люди возвращались так поздно.

Сестра снова зашла в дом, готовила ужин, и тут на пороге появился кто-то из группы лыжников. Он сказал: «Вальтер сорвался со скалы. Он погиб!»

Затем были долгие тяжёлые часы. Сестра схватила пальто и побежала в пожарное депо, куда привозили тела туристов, погибших в горах.

Вальтер лежал там, младший брат, самый здоровый и жизнерадостный в их семье! Его кожа ещё не потеряла здоровый цвет, а черты лица были какими-то радостно-удивлёнными, как будто он с восхищением смотрел на другой мир. С трудом верилось, что этот здоровый и крепкий юноша никогда больше не откроет глаза.

Случившееся застало всех врасплох. Родителям, братьям и сёстрам сообщили о горе по телефону. В Вернигероде поднялся плач. Мать и отец были разбиты, но находили утешение в осознании того, что ничто не происходит без святой Божьей воли.

В последний день земной жизни всегда радостный Вальтер обратился к своей сестре и её подруге: «Забудьте об уборке, давайте поговорим!» После чего он открыл им своё сердце, которое было полностью предано Богу. Как же эти девушки впоследствии радовались, что отложили тогда домашнюю работу и внимательно выслушали юношу! Теперь они могли подтвердить родителям, что их сын был глубоко верующим человеком.

Оформление разрешения на перевозку тела заняло больше времени, чем предполагалось, потому что беда случилась за пределами Германии. Но сестра понимала, что родителям нужно увидеть Вальтера в последний раз. Поэтому она решила отвезти его домой. Дороги были покрыты льдом. Автомобиль с телом юноши выехал рано утром. Около девяти часов утра машина на полном ходу врезалась в дерево. Та часть автомобиля, где сидели водитель и сестра, сопровождавшая тело Вальтера, была полностью разбита Пострадавших в тяжёлом состоянии доставили в больницу.

Все члены семьи Крекеров собрались у родителей в ожидании приезда родных. Они сидели за столом, ужинали и утешали друг друга. Когда стало темнеть, все начали волноваться, потому что машина с телом Вальтера до сих пор не приехала.

И тут зазвонил телефон. Им сообщили о новом несчастье. Едва живая сестра пришла в сознание и с трудом сообщила номер телефона своих родителей. После этого она снова лишилась чувств.

Так во второй раз Крекерам пришла ужасная новость о том, что их ребёнок лежит при смерти. Об этом им сообщили врачи. Анне Крекер будто «оружие прошло душу». Двое членов семьи вместе с врачом и медсестрой отправились на юг к умирающей сестре. Остальные остались дома ждать тело Вальтера. Когда гроб наконец прибыл, он оказался почти неповреждённым.

Похороны состоялись в субботу в 14:30. Приблизительно в это же время родные и близкие добрались до сестры в больнице. Она как раз тогда пришла в сознание и смогла рассказать некоторые подробности о смерти Вальтера. К счастью, сама сестра выжила.

Супруги Крекер могли больше не переживать за жизнь своей дочери, однако волнение за её здоровье ещё долго не оставляло их. Девушка, однако, чудесным образом поправлялась. Вопрос «почему» тем не менее не давал ей покоя. Один пастор помог ей найти ответ на этот вопрос и снова ощутить Божью любовь. Выслушав девушку, пастор открыл Библию и прочитал то место, где в ответ на недоумение апостолов («почему?») Иисус не стал им ничего подробно объяснять, а только сказал: «Веруйте в Бога!»

Тогда свет снова засиял в опечаленном сердце девушки, яркий луч осветил её жизнь. Трудно сохранять веру, когда всё вокруг становится мрачным. Однако Господь утешил её. Переход Вальтера из того солнечного дня в горах в ещё более светлый дом в небесных обителях больше не был несчастьем, но стал вознесением к Богу, милостью.

Носимый на крыльях орлиных,

Несусь сквозь пространство времён.

Вершины, ущелья, долины —

Как страшный и призрачный сон.

Всё выше, к небесным высотам,

Несут эти крылья меня,

И весь одержим я полётом

До нового вечного дня.

Вознесённый на крыльях орла к небу — такой ей теперь представлялась смерть брата. Она сама испытала, что эта жизнь может окончиться мгновенно. Насколько ничтожным становится в этот момент всё земное, остаётся лишь одна настоящая реальность — вечность!

«Веруйте в Бога!» Отныне сердце пусть наполняет лишь благодарность за вновь дарованную жизнь. Сестра с радостью ушла бы вместе с братом в небо, но у Бога были другие планы. Ей нужно было снова найти себя в жизни, шаг за шагом. Путеводными стали для неё и такие слова Писания: «Кто приносит в жертву хвалу, тот чтит Меня, и кто наблюдает за путём своим, тому явлю Я спасение Божие».

У девушки было много причин благодарить Господа: за то, что левая часть тела начала двигаться, за каждое движение без боли, за возвращение к родителям в Вернигероде.

Многие друзья миссии поддерживали своими молитвами супругов Крекер и их дочь после аварии. Отзываясь на беду, в дом Крекеров приходили цветы, посылки и письма. Люди писали о схожих бедах, некогда ими пережитых, ободряли с любовью. Насколько важно в такие моменты жизни иметь христианское общение, молиться с друзьями, видеть их искреннее сочувствие и сопереживание.

На могильной плите Вальтера на кладбище Теобальди было написано: «Не потерянный, только опередивший».

Спустя несколько лет, в январе 1939 года, миссия снова понесла потерю. Её первый и самый верный сотрудник, один из основателей миссии ушёл в вечность. Пастор Вальтер Жак страдал болезнью сердца после пережитой автомобильной аварии. Он умер от сердечного приступа, к великому горю всего Миссионерского союза.

С большим усердием и жертвенностью пастор Жак совершал своё служение, будучи ответственным за контакты с Россией. Он молился о людях в этой стране, о спасении русских, украинских, славянских душ. Он хотел видеть их свободными от оков тьмы, от невежества и суеверия, освещёнными истинным светом Евангелия. Пастор Жак любил людей, работал, не жалея сил, собирал средства для нуждающихся, работников Евангелия. Он ездил во многие страны, призывая к «крестовым походам» для спасения погибающих душ. К крестовым походам не с оружием, а с духовным мечом, со Словом Божьим.

«Когда двери в Россию откроются, идите туда с Евангелием!» — сказал он одному брату за день до своей смерти.

Пастор Жак часто находился в разъездах. Очень трудолюбивый по своей натуре, он вполне был человеком Запада. Одновременно он удивительным образом сохранил в себе славянскую мечтательность. Незадолго до своей смерти пастор Жак намеревался посетить Швейцарию вместе с профессором Марцинковским. Пастор Жак был превосходным переводчиком. Поэтому он часто сопровождал русских братьев в разные страны с докладами и проповедями. Слушать его переводы иных докладчиков было подлинным удовольствием. Ораторы изрекали мысли, часто не до конца оформленные в связные предложения. Пастор Жак подхватывал их идеи, придавал им изящную форму и говорил так, словно выпускал стрелы точно в цель, побуждая людей принимать важные решения. Его яркие речи становились украшением больших собраний, на которых присутствовали порою тысячи слушателей. С какой же радостью он узнает в небесах о том добром плоде, который принесло его служение для России!

В работе миссии образовалась большая брешь. Российский отдел, которым заведовал пастор Жак, остался без руководителя. Какими содержательными были его рабочие сообщения, какими блистательными — переводы русских докладчиков, сколь глубокими являлись познания российской истории! Братья Жак и Крекер дополняли друг друга в служении, поэтому работа российского отдела не остановилась. Верные сотрудники продолжали отвечать на письма, упаковывали Библии, отправляли посылки с гуманитарной помощью. И всё же без пастора Жака стало значительно труднее представлять миссию на Востоке, совершать поездки в эти страны, делать миссионерские доклады и т. д.

Начиная с 1933 года, жизнь в Германии для Якова Крекера стала очень трудной. В начале этого периода многие христиане не разделяли мнения Якова о том, как будут в дальнейшем развиваться события. Однако суровые факты со временем открыли глаза многим людям на то, что за всем происходящим в стране стояли демонические силы. Якову не пришлось менять своих убеждений, потому что демонический период в истории Германии он ясно увидел из предупреждений Священного Писания и даже опубликовал на эту тему книгу «Мировое государство и Царство Божие».

Ему удалось вполне определённо выразить свои мысли о том, что происходило тогда. Книга чудесным образом смогла увидеть свет в период Третьего рейха.

Служение Вальтера Жака в миссии продолжил д-р Йоахим Мюллер. Правление миссии пригласило его на этот труд.

Через несколько недель после кончины пастора Жака семью Крекер постигло новое несчастье. Гертруда, их вторая дочь, отдыхала на озере Бодензее. В доме фрейлейн Петершмидт в Иберлингене она тяжело заболела энцефалитом. И снова родители столкнулись с тем, что ещё недавно их совершенно здоровый ребёнок находится при смерти.

Старшей сестре сообщили о случившемся по телефону. Не теряя времени, в чём была одета, она тут же выехала на такси в Иберлинген. Там она смогла поговорить с Гертрудой лишь полчаса, прежде чем та потеряла сознание. Глаза Гертруды были закрыты.

Она не могла больше видеть. Взволнованно девушка спрашивала:

— Что со мной происходит? Почему я не вижу?

Сестра, взяв её руку в свои, тихо шептала:

— Всё в порядке. Спаситель рядом с тобой!

Эти слова не давали покоя больной, и она повторяла их снова и снова, находясь без сознания:

— Спаситель, что теперь? Спаситель, Ты здесь?

Сестра продолжала держать её за руку. Время от времени больная сжимала её руку, давая понять, что она чувствовала присутствие родного человека. Старшая сестра, непрестанно молясь, ожидала её уход.

На следующее утро приехал их брат, работавший врачом. Сестра обратилась к Гертруде:

— Скоро придёт брат. Он поможет тебе!

— Он не сможет мне больше помочь, — в последний раз сказала больная.

Так и произошло. Через пару часов после того, как приехали родители, Гертруда была избавлена от страшных болей. Отца и мать она уже не узнала.

Увидев, что его дочь умерла, Яков начал молиться и славить Господа. Божье присутствие ощущалось всей семьёй, прощавшейся с родным человеком. Санитарка из католического ордена, тронутая увиденным, позднее сказала, что она ещё никогда не присутствовала при смерти человека, когда хвала Богу явно превозмогла горе близких.

Милая, спокойная, верная Гертруда была дома с Господом.

Когда перед лицом страданий

Мы затихаем и молчим,

Когда средь новых испытаний,

Неся свой крест, благодарим

Того, Чья милость безгранична,

Чья благодать течёт рекой

И Чьё является величье

Благословляющей рукой,

Мы и без ропота и стона,

Скрывая боль свою в себе,

Идём к победе непреклонно

В целенаправленной борьбе.

Мы в ней идём от силы к силе,

Насмешки колкие снося

Во имя Бога до могилы,

Его бесчестие неся.

Мы хвалимся подобной ношей,

Ведь в бой ведёт нас Царь царей.

Мы побеждаем силой Божьей.

Лишь только ею. Не своей.

Яков Крекер

Военные годы

В 1939 году, с началом Второй мировой войны, в работе миссии произошли заметные изменения. Её молодых сотрудников призвали в армию. Поначалу двери для благовестия оставались ещё открытыми. Распространение Библий было возможным среди «остарбайтеров», или перемещённых лиц, как их сегодня называют. Однако немецкие законы в то время уже не позволяли вести христианскую работу среди военнопленных. В остальном миссия продолжала выполнять свои задачи. Яков Крекер и брат Ахенбах часто совершали поездки и выступали с докладами.

Д-р Мюллер, преемник пастора Жака, вынужден был оставить миссию. Он заступился за еврея, и гестапо преследовало его. Впоследствии он нашёл работу недалеко от Штутгарта. Сам того не подозревая, д-р Мюллер подготовил почву для нового этапа в служении миссии (которая позднее последовала за ним).

Яков Крекер постепенно отходил от дел. Они с Анной постарели, многие их друзья ушли в вечность. Супруги Крекер были женаты уже пятьдесят лет.

Во время войны они отметили золотую свадьбу. Все их дети и внуки, которые могли приехать в Вернигероде, поспешили на торжество. На этот раз дом Крекеров не вмещал всех собравшихся гостей. К счастью, для них распахнулись двери и соседского дома. Это было чудесное время, проведённое вместе с близкими людьми в такой трудный период.

В часовне Теобальди, где ранее проходило прощание с Вальтером и Гертрудой, теперь состоялась праздничная церемония, посвящённая золотой свадьбе родителей Крекер. Родные и близкие, дети и внуки, сотрудники миссии — все окружили их своей заботой.

Пятьдесят лет совместного пути на этой земле, с её военными потрясениями, преданное служение Господу, призвавшего их ещё в годы юности следовать за Ним, — как много событий вместили в себя эти полстолетия! И как чудесно вёл Господь супругов Крекер все эти годы, насколько дружными были их отношения с братьями и сёстрами по всему миру! Воистину, оглядываясь назад, можно сказать, что это была жизнь с избытком.

Послание к римлянам

«Мы живём во время бесчисленных потерь. Многие ценности утеряны, другие близки к уничтожению. Они долго не смогут просуществовать... Мы страдаем от этого, на глаза наворачиваются слёзы. Всё, что было нам дорого в этом мире, сметается вихрем судов. Но эти преходящие ценности — не наша жизнь. Люди, рождённые от Бога и познавшие силу горнего мира, нашли своё настоящее богатство и истинные ценности».

Эти слова Яков Крекер написал задолго до краха 1945 года. В период военного времени супруги Крекер вели тихую и незаметную жизнь. Связь с внешним миром была разорвана, иностранная корреспонденция — невозможна. Инспектор миссии Ахенбах тогда полностью посвятил себя церковному служению.

Якову Крекеру такие внешние обстоятельства, впрочем, послужили на пользу. Он получил долгожданную возможность завершить важный труд своей жизни — комментарий на Послание к римлянам. Испытывая самые возвышенные чувства, он приступил к работе и закончил её в течение этих лет.

Ситуация в их местности была напряжённой. Сначала в дом Крекеров заселили беженцев, и Яков с трудом мог уединиться в своём кабинете. Это доставляло немало беспокойства пожилым хозяевам. Однако затем их дом, в котором проживали уже двадцать четыре человека, неожиданно опустел. В город пришли новые оккупационные власти. Яков надеялся, что они его не тронут. Он часто проявлял детское доверие к людям. Впрочем, так и случилось: никто не причинил старикам вреда. Нашлись даже меннониты, которые согласились жить с Крекерами и заботиться о них. Однако позднее в доме появились и новые принудительные квартиранты.

Материальное положение становилось критическим. Из-за большого количества едоков запасы закончились. На карточки стали вдруг так мало давать молока, мяса, жира и других продуктов, что их не стало хватать на жизнь. Появились первые тревожные сигналы. Однажды Анна нашла своего мужа на полу у кровати без сознания. Несколько дней он не мог сказать ни слова, находясь в полубессознательном состоянии. К счастью, Яков поправился.

Однажды около полуночи у дверей дома Крекеров появилась их дочь с двоюродной сестрой из Западной зоны. Они принесли с собой два рюкзака, наполненных продуктами. Радость, охватившая обитателей дома, была неописуемой. Железный занавес был пробит!

«Вы наши вороны, как у Илии!» — не переставала повторять Анна Крекер. Опасное многодневное путешествие дочери к родителям в то время выглядело настоящим чудом. Пограничники пропустили девушек без досмотра (только их из пятидесяти-восьмидесяти человек!), так как одна из них просто сказала, что идёт к матери. Дочь задержалась на три недели у родителей, она ходила в сельскую местность, где обменивала какие-то вещи на продукты. Её успех превзошёл все ожидания. Чувство долга тем не менее звало её обратно домой. Дочери было тяжело оставлять родителей одних, однако она твёрдо решила вскоре вернуться к ним навсегда.

Но дорога в Западную зону была столь трудной, что своё намерение вернуться к родителям девушка не могла осуществить сразу. Силы её оставили, и необходимо было время, чтобы их восстановить. Однако у Бога были другие планы. Родители сами приняли решение переселиться в Западную зону. Они были уже пожилыми и хотели находиться ближе к своим детям. В их доме поселился немецкий торговец из Польши, которого знал пастор Ахенбах по совместной миссионерской работе. Он был близок им по духу. Анна Крекер заботилась о нём. Ему Крекеры и продали дом, а также оставили все свои вещи. Родители взяли с собой только самое необходимое, и кто-то из жильцов дома с помощью своих знакомых на границе перевёз их через посты. Так они чудесным образом оказались в Западной Германии. Там им уже было приготовлено жильё. В этом они видели милующую руку Божию.

Д-р Йоахим Мюллер, преемник пастора Жака в русском отделе миссии, в связи с некоторыми обстоятельствами переехал в Штутгарт. После капитуляции Германии он совершал пасторское служение в Мюльхаузене, возле Штутгарта. Брат Д., давний сотрудник миссии, также бежал с семьёй в Западную зону. Брат Ф. жил в Госларе. Когда после войны контакты постепенно стали налаживаться, брат Д. отправился в Мюльхаузен. Обсудив ряд вопросов с д-ром Мюллером, они решили возобновить работу миссии, выбрав для офиса их новое место жительства. Проведя переговоры с членами правления, план стали реализовывать. Брат Д. переселился с семьёй в Мюльхаузен, где им пришлось пережить немало трудностей в строительстве и обустройстве жилья. Госпожа С., бывший секретарь, последовала за ними. Помещение для миссии нашли в здании школы. В это время им снова на помощь пришли шведы, а затем и швейцарцы, которые поддержали возрождение миссии на новом месте.

Служение милосердия, заключавшееся в рассылке одежды и продуктов, а также Библий и христианской литературы, было начато заново. Всё это напоминало прошлое, первые годы существования миссии, однако в Мюльхаузене имелись свои нюансы и сложности. Младшая дочь Крекеров нашла для своей семьи в Мюльхаузене подходящий дом. Она выехала с пятью маленькими детьми из Западной Пруссии к сестре в Альпы ещё до начала великого отступления на востоке. Поэтому её дети, младшему из которых было всего полгода, избежали ужасов войны. Конец Третьего рейха они пережили в горах. Когда её муж вернулся из плена к семье, ему неожиданно открылась возможность взять в аренду фермерский дом неподалёку от Мюльхаузена. Так счастливая семья обрела жильё в сельской местности, в получасе езды от Мюльхаузена. Они пристроили к этому дому комнату для родителей Крекеров и полностью подготовили её к их приезду. Сыновья привезли родителей на машине. Этот дом под Мюльхаузеном стал последним пристанищем Якова Крекера.

Милостью Божьей их семья была сохранена от зла. Во вторую ночь после переезда Крекеров на новое место их дом попытались ограбить. Со стороны двора их зятя слышались выстрелы. Однако чудесным образом опасность прошла мимо.

После прибытия Крекеров в церкви Мюльхаузена в октябре 1946 года произошло официальное открытие возрождённой миссии. Лютеранский епископ д-р Вурм и директор миссии Крекер произнесли по этому поводу торжественные речи. Своё слово Яков Крекер построил на тексте из Евангелия от Луки: «Не бойся, малое стадо, ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство» (12:32).

Как чудесно, что здесь нашёлся свой маленький Вернигероде! На том месте была семья и здесь — маленькая миссионерская семья. Это воистину Божье водительство. Всё это не случайно. Это был прекрасный день миссии, на котором присутствовали и русские братья.

С большой радостью Яков Крекер предпринял поездку на совещание в Марбург, надеясь, что теперь сможет снова ездить на подобные мероприятия. Однако это оказалось не так. Переезды были непростым делом даже для молодых людей. Якову же теперь всё чаще приходилось останавливаться для отдыха. Тяжело больным он вернулся из поездки домой.

Дети желали родителям спокойной и счастливой старости в тишине собственного дома. Однако на всё воля Божия. Несмотря на то что Яков оказался вдали от родины и не имел теперь собственного дома, он мог провести последние годы жизни в кругу семьи и друзей миссии. Сначала Якова отвезли в больницу Роберт-Бош, а оттуда — в тяжёлом состоянии в Тюбинген, в «тропический санаторий». В маленькой комнате с балконом на солнечной стороне, с прекрасным видом на город и его окрестности, напоминавшие Вернигероде, супруги Крекер обрели хороший уход и лечение. Многочисленные посетители, дети и друзья не давали им скучать.

Осенью Якову стало легче, и они вернулись в Мюльхаузен, к радости детей и внуков, очень их любивших. Младший внук сиял от счастья, когда ему разрешали пойти к дедушке. А тот не мог скрывать своего счастья при виде малышей.

Однако жизнь приближалась к своему закату. Болезнь Якова была тяжёлой и мучительной. Но каким он был в жизни, таким оставался и в страданиях. Яков не говорил много о том, что у него на сердце. Только в молитвах он в полной мере выражал свои чувства. Несмотря на телесные страдания, он не жаловался.

Яков Крекер отпраздновал 12 ноября 1948 года свой семьдесят шестой день рождения. Его посетили дети. Они спели ему песню, слова которой некогда написал сам Яков, а музыку к ней сочинил один голландский композитор:

Терпи, когда в огонь страданий

Вдруг поместит тебя Господь,

Когда в горниле испытаний

Охватит ужас твою плоть.

От тяжких мук ты не свободен —

Пей чашу горечи до дна,

Но будешь золоту подобен,

Когда восстанешь из огня.

Неси, как знамя, факел веры

В враждебный мир и темноту,

Отдав всецело и без меры

Жизнь, посвящённую Христу,

Приняв без стона, без укора

Неистребимую печать

Его страданий и позора,

Как неземную благодать.

Яков заплакал и тихо повторил: «Терпи...» Затем в кругу семьи со священником д-ром Мюллером совершили вечерю Господню. В заключение встречи Крекер в присутствии детей произнёс свою последнюю молитву. Из его уст звучала хвала: «Как велик Ты, Боже, и как ничтожны мы, люди, даже в своих страданиях!»

Затем он сказал, как много у них есть причин быть благодарными Господу. Дети простились с отцом и уехали домой с ощущением того, что это, возможно, была их последняя встреча. Почти так и оказалось. Через несколько дней пришло сообщение, что отец при смерти. После этого Яков прожил только две недели, самых тяжёлых и мучительных в своей жизни.

Боли у него были настолько невыносимыми, что все хотели бы сократить часы его страданий. Дети не привыкли слышать жалобы от отца. Но когда боль усиливалась, он невольно спрашивал: «Мамочка, ты можешь мне помочь? Кто-нибудь может мне помочь?»

Было тяжело осознавать свою беспомощность у его постели. Когда Яков уже почти не говорил, он всё же смог произнести слова: «Божья воля.»

Предложение он не закончил. Это были последние слова Якова Крекера на земле. Сражение жизни и смерти окончилось по Божьей воле. Следующие несколько дней были уже только агонией, он умирал.

Когда отец испустил дух, его жена и дети были рядом с ним. В волнении они стояли у его постели, ожидая, когда он, освобождённый от страданий, взойдёт к своему Господу. В полной тишине один из его сыновей сказал: «Сейчас он проходит через золотые ворота...»

Анна Крекер сквозь слёзы прочитала слова из Второго послания к коринфянам: «Ибо знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворный, вечный.» (5:1-6).

Затем она поблагодарила Господа за то, кем Яков был и для своей семьи, и для многочисленных друзей Дети спели гимн:

Когда после страданий и мук

Я бульваром пойду золотым,

Мой великий Спаситель и Друг

Вдруг предстанет пред взором моим.

Что за чудо без боли былой

Видеть лик Его чистый, святой!

И потом ещё:

Боже, славим мы Тебя

И хваление приносим!

Вечный, песнь поём Тебе

И сердца к Тебе возносим.

Преклонившись пред Тобой,

Величаем, Царь благой!

Души праведных, святых,

Сонмы, власти сил небесных

Славят благость дел Твоих,

Дел великих и чудесных,

Славят Бога и Отца,

Вседержителя Творца.

Яков был уже с Господом. А его семья вслед ему взирала на величие вечной жизни.

Пока весь мир в скорбях и смуте

И Бог к труду ещё зовёт,

Мы, не теряя ни минуты,

Благую весть несём в народ.

Затем с горы Преображенья

Путь в Гефсиманию лежит,

Откуда ввысь без промедленья

Душа к Фавору улетит.

Яков Крекер

В память о Якове Крекере

В третье воскресенье Адвента, 12 декабря 1948 года, в кругу семьи, в доме недалеко от Штутгарта ушёл в вечность Яков Крекер, один из основателей и многолетний директор Миссионерского союза «Свет на Востоке». В четверг, 16 декабря, мы, его многочисленные друзья и родственники, собрались на кладбище Штутгарта-Мюльхаузена, чтобы среди берёз предать земле тело ушедшего в вечность Якова Крекера. Но трудно представить себе то огромное число людей, которые в духе собрались у могилы этого человека, уважаемого и любимого всеми домоправителя Божьего. Сколько из этих людей, услышав его свидетельство из Священного Писания, нашли путь к небесным вратам, подкреплению веры, пробуждению любви, просветлению мысли, умножению познания, утешению в скорби, духовной помощи и обретению сил в жизненной борьбе! Сколько людей радовалось общению с ним, его руководству и совету в служении благовестия и миссии!

У могилы мы молились, читая Псалом 144 в переложении Якова Крекера из второго тома его «Избранных псалмов»: «Да славят Тебя, Господи, все дела Твои, и да благословляют Тебя святые Твои... Господь поддерживает всех падающих и восставляет всех низверженных... Праведен Господь во всех путях Своих и благ во всех делах Своих. Уста мои изрекут хвалу Господу, и да благословляет всякая плоть святое имя Его во веки веков».

Хвала великому и милостивому Богу, неустанно исходившая из уст брата Крекера при его жизни, не умолкавшая во время его страданий на смертном одре, теперь возносилась к Господу в речах его друзей, на кладбище и на церковном богослужении. И в печали хвала Богу придавала нашему прощанию отпечаток святой радости. Она звучала и в надгробной речи священника из общины в Мюльхаузене, соратника ушедшего брата: «Я носил вас как бы на орлиных крыльях и принёс вас к Себе» (Исх. 19:4).

Поистине, Господь носил Якова Крекера на орлиных крыльях на высоте и в непостижимых далях. Он возвысил Своего раба, которого освободил теперь от земного служения и вознёс к Себе.

Хвала Господу пронизывала и свидетельство пастора Вальтера Фельмана, меннонитского проповедника и бывшего преподавателя Библейской школы при Миссионерском союзе «Свет на Востоке»: «И сказал Господь Авраму: „Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего и иди в землю, которую Я укажу тебе“» (Быт. 12:1).

Якову Крекеру, близко знавшему Бога, не раз приходилось оставлять насиженное место и идти в неведомые края: как проповеднику движения пробуждения в южной России и в Петербурге, как исследователю Библии в немецком городке в Гарце, как благовестнику во многих городах Центральной и Западной Европы. Благую весть он возвещал и в Соединённых Штатах. Яков был меннонитом, ставшим своим для протестантской церкви, да и всего христианства.

Лютеранская церковь также осознавала, какой добрый плод принёс в своей жизни почивший, о чём свидетельствовало присутствие на панихиде суперин-тенданта Каннштатта. Якова Крекера и лютеранского епископа Д. Вурма связывала близкая дружба, однако преклонный возраст последнего воспрепятствовал ему принять участие в похоронах. Также не смог прийти прелат Штутгарта Д. Карл Гартенштайн, в это время находившийся в другом месте. Вместо них суперинтендант Роос выразил благодарность за миссионерское служение Якова Крекера во благо Христовой Церкви.

По поручению директора Миссии для Юго-Восточной Европы Висреде передал слова благодарности и соболезнования проповедник Рупп. Многие ещё в тот день говорили сердечные слова: представители христианских организаций, братья из славянских евангельских церквей, бывшие студенты, благодарные друзья и дети, которым доброе сердце и мягкий юмор «дядюшки Крекера» всегда приносили много радости. Каждый хотел сказать на прощание хоть несколько слов. Уже в вечерний час небольшой церковный хор пропел гимны «Всем сердцем я люблю Тебя, Господь!» и «О, сияние благословенной вечности!»

Затем всё это множество растроганных людей собралось в прекрасной церкви Мюльхаузена, чтобы там в торжественной и праздничной атмосфере разделить с семьёй Крекер, их друзьями и сотрудниками утешение, данное им Господом. Из наших сердец изливалась песня «Иерусалим, город в вышине», которую все пропели с большим чувством.

Наши мысли устремлялись ввысь, туда, куда ушёл верный служитель Божий. Он находился теперь рядом с теми мужами, о чьей праведной жизни так любил рассказывать: с великими патриархами и пророками. Там он встретил многих христиан, которым в смирении служил на земле.

В своей речи пастор Ганс Бранденбург, председатель Миссионерского союза для распространения Евангелия, вспомнил двадцатипятилетнюю дружбу с миссией и говорил о мужах веры. Яков Крекер в уединении с Господом черпал духовные силы. Такой образ жизни кто-то мог бы осудить как уход от мира, но в жизни Крекера это стало торжеством веры.

От немецких меннонитов говорил пресвитер Хотель, фермер из Батценхофа возле Карлсруэ. Его тёплые слова помогли лучше осознать тесную духовную связь меннонитских общин Германии и Якова Крекера, их благословенного проповедника. Эта связь никогда не прерывалась и выражалась в активном участии и служении брата Крекера на конференциях и свободных общениях. Он был верен своим меннонитским корням, несмотря на разнообразное сотрудничество с Реформаторской церковью Германии.

От российских меннонитов слово сказал профессор Беньямин Унру из Карлсруэ. Он сосредоточил своё внимание на Крекере как богослове, который в своих трудах сумел показать глубину Господнего откровения: Бог, Христос, Церковь в Святом Духе, события последнего времени, которые разворачиваются на наших глазах.

По счастливому стечению обстоятельств К. Ф. Классен, представитель Меннонитского центрального комитета в Северной Америке, находился в то время в Германии. Перед отлётом в Соединённые Штаты он пришёл на похороны, чтобы выразить свою признательность за многие благословения, которые он лично получил от брата Крекера. Классен рассказал, как слушал Крекера в Петербурге, когда тот, ссылаясь на Книгу пророка Даниила призывал всех верующих держать окна в сторону Иерусалима открытыми (Дан. 6:10). Эти слова стали для Классена путеводными, следуя которым он получил неисчислимые благословения от Господа. Классен, будучи представителем Меннонитского центрального комитета, помог сотням верующих, жившим в тяжёлых условиях, эмигрировать из Восточной Германии в США и Канаду. Когда Классена однажды спросили, каким образом ему удалось вывести братьев и сестёр в Господе из очень сложной и безнадёжной ситуации, он ответил: «Стоя на коленях!»

Епископ Саксонии Д. Хуго Хан, многолетний преданный друг Якова Крекера, выразил через своего сына, городского священника Хан из Штутгарта-Фойербаха, искренние соболезнования родным и близким усопшего. Хан особенно отметил глубину познания Писания, силу благовестия и внеконфессиональное мышление, которые Господь подарил брату Крекеру.

Затем выступали представители Евангельского альянса, председатель правления из Штутгарта городской священник Ланг и директор Библейского института в Вюртемберге священник Диль. Они говорили о духовном единстве брата Крекера с верующими многих христианских деноминаций.

«Всё его служение соответствовало вызовам своего времени и масштабу поставленных перед ним задач», — эти слова Якова Крекера во вступлении к его книге «Иеремия» звучали в речах представителей Евангельского альянса. Директор Диль рассказал о благословенном служении, которое совершила среди народов на Востоке миссия, руководимая Крекером. В этом служении миссионеры использовали Библии, изданные Вюртембергским обществом. Некоторые из присутствующих впервые услышали, что брат Крекер участвовал в работе над известной Энциклопедией Библейского института. Им была подготовлена Симфония библейских имён, несущая отпечаток его глубоких знаний иврита и ветхозаветной литературы.

К этим добрым свидетельствам присоединились и славяне. Президент Союза славянских баптистских церквей в Германии В. Гутше из Люденшайда приехать не смог, но вместо него выступил проповедник В. Швейцер из Штутгартской славянской общины. Он выразил сердечную благодарность Господу за служение брата Крекера на посту директора миссии «Свет на Востоке» за то, что он словом и делом помогал славянским евангельским верующим.

Большой радостью при общей печали для всех стало прибытие княжны Софьи Ливен. С разрешения властей она смогла продлить своё пребывание в Германии, чтобы побывать на похоронах Якова Крекера. За месяц до его смерти княжна Ливен доставила больному, возможно, последнюю большую радость своим посещением. И сейчас все с большим вниманием слушали её воспоминания о совместно пережитом периоде петербургского пробуждения, который оказал значительное влияние на взгляды и христианский характер брата Крекера.

Проповедник из Армении Лютер Галустянц с благодарностью рассказал о благотворном действии, которое оказала на него кротость брата Крекера. В заключение прозвучали ещё свидетельства двух студентов и сотрудников миссии, братьев Якова Дика и Фридриха Козакевича. Первый поблагодарил ушедшего в вечность преподавателя за то, что он всегда указывал путь от людей (в том числе и от себя) к Богу. Брат напомнил о мудрой сдержанности, которую проявлял Яков Крекер, когда ему задавали спорные богословские вопросы. Он не давал готовых ответов, но приводил собеседника к Господу и молитве. Второй студент прочитал стих из Библии: «Помните наставников ваших, которые проповедовали вам Слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13:7). Слово Божие в толковании Якова Крекера оживало для всех, а его личный пример обладал большим авторитетом. Он любил повторять слова, поддерживавшие его в трудные времена: «Когда Бог что-то забирает, Он всегда вместе с этим что-то даёт».

По желанию сестры Крекер мы завершили собрание общим пением гимна, объединяющего все деноминации: «Боже, славим мы Тебя». Сердечная печаль уступила место хвале Господу. Бог открылся нам через воспоминания о великих дарованиях Его раба Якова Крекера. Господь поднял нас на орлиных крыльях и приблизил к Себе. Мы предстали перед Ним, и наши души нашли покой.

Йоахим Мюллер

«Уста праведника — источник жизни»
(Притч. 10:11)

Это произошло двадцать восемь лет назад, зимой, когда я впервые ранним утром поднимался на Линденберг в Вернигероде. Я собирался тогда посетить служителя миссии «Свет на Востоке» Вальтера Жака. В тот раз я впервые беседовал и с нашим незабвенным братом Яковом Крекером. Я всё ещё вижу перед собой его умные глаза, будто это произошло вчера. Когда он задавал мне вопросы, его глаза задорно горели. Сколько у нас затем ещё было подобных разговоров! И каждый раз я уходил от него духовно обогащённым.

Яков Крекер, впрочем, оказал на меня влияние ещё до нашего первого с ним разговора. Примерно за два года до этого один знакомый проповедник подарил мне замечательную книгу «Наедине со Спасителем».

Наедине со Спасителем! Название этой книги, которую не раз переиздавали, отражает удивительную своеобразность автора и его свидетельства.

Наедине! Яков Крекер, как и многие люди с Востока, любил использовать в своей речи иностранные слова. Он часто говорил, что христианин не должен бояться прослыть сепаратистом, если хочет достичь истинно духовной жизни: «Кто не оставит всего, что имеет, ради Господа, тот недостоин Его».

Крекер — дитя духовного пробуждения. При всей своей открытости перед миром, что подтверждалось его многочисленными поездками, он всегда утверждал, что истинные последователи Иисуса должны разорвать связь с миром: «Пойди из дома отца твоего». Приглашение людей к Иисусу Христу было для Якова Крекера и призывом выйти из Египта в землю обетованную: «Отпусти сына Моего, чтобы он совершил Мне служение». Навсегда остался в нашей памяти отрывок из описании им Израиля — Церкви Божьей как чуда в истории человечества.

Сепаратизм! Меннонит Яков Крекер не был сепаратистом. Он был человеком с широким сердцем. Я не часто встречал среди христиан людей с такой возвышенной душой и в то же время с большим стремлением к братству и общению.

С каким радушием он принимал гостей в своём доме! Каким верным братом он был! Нет, его нельзя назвать сепаратистом (в негативном смысле этого слова). Оставаясь непоколебимым в своих убеждениях, он относился к братьям из других деноминаций и церквей с истинным почтением. В противном случае ему бы не удалось объединить в своём Миссионерском союзе — в единстве веры и любви — и государственную церковь, и свободные общины, и шведских лютеран, и голландских реформатов, и многочисленных братьев из Швейцарии, Англии и Америки. Крекер понимал, что Церковь Христова — больше и шире любых деноминаций.

Однако он сторонился ханжеского благочестия и религиозной примитивности. Он поднимался над массой верующих, выступая против социализации Евангелия. К покаянию и вере человек приходит только в одиночестве! Лишь тот, кто смог остаться наедине со Спасителем, обретает возможность принять слова вечной жизни. Типичным для Якова Крекера было, например, название его книги для духовного чтения на каждый день: «Он говорил со мной». Это название содержало в себе отсылку к известному изданию на каждый день «Говори Ты мне», но в то же время противопоставлялось ему.

Лишь в полной тишине, когда Яков обрывал все другие связи, он слышал слово от Бога. Во время выступлений Крекера на конференциях и в его книгах можно было почувствовать, что они приготовлены и написаны в тишине уединения с Господом. Мы, его молодые ученики, с биением сердца входили в каморку пророка на Линденберге, из которой открывался вид на гору Брокен.

Наедине со Спасителем! Не разговор со своим внутренним человеком, но обращение к Самому Господу давало свидетельству Якова Крекера силу и авторитет. К уединению добавлялось вдохновение. Этот процесс — тайна Божия. О таинстве сокровенного общения с Богом не говорилось так оригинально со времён великих мистиков, последним из которых был Терстеген. Слово Спасителя и живое с Ним общение являлись главным в жизни Крекера. Поэтому он всегда боролся с показным благочестием и напыщенной религиозностью, где бы их ни встречал. Он никогда по собственной инициативе не вступал в полемику. Принцип непротивления злу насилием меннонитских отцов выразился в жизни этого последователя Менно в новой своеобразной форме. Воинствующие христиане поражались, что этот человек Божий среди других источников не боялся использовать в своём служении литературу либералов и религиозно-исторических школ.

Довольно сложно определить характер богословия Якова Крекера. Удивительно было видеть в его большой библиотеке в Вернигероде рядом с трудами верных Библии мужей, от Лютера до Шлаттера и Карла Барта, книги вольнодумных богословов и иудейских авторов. У Якова была удивительная способность даже в сухой почве находить источники вод. Свой самый значительный труд он назвал «Живое Слово». Уже в самом названии чувствуется протест против формальных, кабинетных знаний. Здесь чрезвычайно трудолюбивому исследователю удалось показать, что любые научные исследования, грамматически выверенные толкования, знания культуры народов Библии являются недостаточными, чтобы передать Божье откровение и Его послание. Необходима сама вера, зажжённая Святым Духом, которая оживит буквы в читаемой человеком книге.

«Уста праведного — источник жизни». Эти слова древней мудрости из Книги притч встают в памяти, когда мы вспоминаем жизнь и труд Якова Крекера. Благодаря своим глубоким знаниям он мог бы стать и теоретиком. Но в сокровенном общении с пророческим Словом он и сам перенял нечто от пророческого духа. Его уста и перо силою благодати Христовой стали источником жизни. Как сказал Господь: «Кто верует в Меня, у того из чрева потекут реки воды живой».

Сотрудники Миссионерского союза стоят у могилы своего первого директора и основателя не только с печалью. Мы знаем, его жизнь достойна похвалы от Господа. Невозможно забыть, с каким волнением Яков Крекер зачитал на одной из миссионерских конференций приветствие от уходившей в вечность сестры: «Передавайте приветы смертным. Я иду домой к живым!» Именно эти слова мы теперь вспоминаем в час прощания.

Сердце наше, однако, болит, и в воздухе повис вопрос, сможем ли мы достойно продолжить труд миссии без её директора. Нам не найти точной копии Якова Крекера. Его дары и таланты были уникальными. Он был сердцем наших миссионерских конференций. Яков мудро формулировал библейские темы заседаний, так что они объединяли христиан разных национальностей и деноминаций. Он был одним из немногих живых свидетелей великого пробуждения на Юге России. Он лично имел общение с верующими из Петербурга, сплотившимися вокруг полковника Пашкова.

Но сложить теперь руки и унывать — это не выход, это не понравилось бы Якову Крекеру. В совершаемом нами служении дело не в людях и их особом благочестии, а в Самом Боге, творящем и всегда действующем. Как написано: «Не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию?»

Господь, некогда произнёсший эти слова у могилы, и ныне остаётся со Своей Церковью. И если жив Он, жива и Церковь!

Ганс Бранденбург

Некролог

От братьев по вере, меннонитов.

В память о Якове Крекере.

Он останется в нашей памяти сильным духом проповедником, учителем на конференциях и Библейских курсах, автором книг, написанных для нас. Это было главным в его служении под водительством Божьим. Это произвело значительное действие и в меннонитских общинах, из которых он происходил.

Яков Крекер — дитя южнорусских меннонитских общин. Он испытал на себе дух движения пробуждения в Российской империи. Переехав в Германию, он развился в самобытную личность, служителя Царства Божьего.

Миссионерский союз «Свет на Востоке», выросший на почве Евангельского альянса после Первой мировой войны, руководился Яковом Крекером из Вернигероде. Служение миссии сначала охватило общины пиетистов, а затем достигло и государственной церкви.

Если вспомнить стиль речи и манеру писать Якова Крекера, то его влияние на наших современников становится очевидным. Это было не толкование Писания в обычном смысле слова и не приспособление его к слушателям, как это обычно делается у нас в проповедях. Крекер провозглашал совершенно уникальный взгляд на библейские законы, которые были обращены к духовному опыту верующего и церкви. Круг религиозных переживаний естественным образом размыкался. Великий Бог и всемогущество Христа, которые больше набожности людей и миссионерских трудов церкви, были отчётливо видны в его служении.

Яков Крекер ощущал своё призвание служить тем христианам, которые были духовно скованы, возвещать спасение среди искажённых церковных структур, тем самым провозглашая Божий суд и милость. В этом служении Крекера чувствуются корни движения благочестия, которое обращалось к миру Царства Божьего. Он знал и любил Ветхий Завет. Дух пророков коснулся и его, так что он мог с уверенностью говорить о судьбе Востока, о возвышении и падении народов.

Будучи выходцем из меннонитов, он принадлежал всему христианству. Об этом говорилось многими у его могилы в Штутгарте-Мюльхаузене в декабре 1948 года. Выступали не только меннониты, но и представители государственной церкви и свободных общин. Особенно трогательной была речь сотрудника Библейского общества в Вюртемберге.

Наш дорогой брат в своей жизни провозглашал Библию источником веры, очистительной силой в церкви, исцелением народов, откровением цели всей истории человечества. Девизом его жизни стало название журнала, редактором которого он был долгие годы: «Да придёт Царство Твоё!»

Служитель Вальтер Фельман,

Мёнхцелль

Сопереживающая община

Большой поддержкой во всех нуждах является сопереживающая община. Её молитвы подобны маховым перьям в орлиных крыльях, на которых Бог поднимает нас к хвале и благодарности даже в час печали.

Семья Крекер и Миссионерский союз получили многочисленные письма от друзей-христиан, выражающие сочувствие и сопереживание в связи со смертью Якова Крекера. В частности, член правления миссии, предприниматель Адольф Ханшке из Флото и его супруга написали госпоже Крекер: «Уход в вечность вашего дорогого супруга очень огорчил нас. Он был для нас настоящим отцом во Христе. Мы возносим Господу хвалу за всё, что Он совершил через Своего служителя».

Печаль о том, что один из «отцов Церкви» покинул нас, выражена и в письмах других братьев: пастора Ганса Данненбаума из Гёттингена, пастора Эриха Шнепеля из Гросальмероде и профессора Д. Фридриха Делеката из университета Майнца. Так, Эрих Шнепель писал: «Церковь Иисуса Христа потеряла целое поколение отцов. Братья Модерзон и Крекер были последними, кто пережил великое пробуждение на стыке веков».

Брат Данненбаум особо отмечал толкования Ветхого Завета, выполненные Крекером, хотя они, как и все другие его труды, не были вполне поняты Лютеранской церковью. Пастор Ганс Брунс и директор Общественного диаконического союза священник Хаун также свидетельствовали о важности книг и литературных трудов почившего. Брат Хаун писал: «Вместе с тысячами других читателей мы благодарны нашему дорогому брату, ушедшему в вечность, за богатые дары пророческого слова в его многочисленных книгах».

Затем он упомянул также служение милосердия, совершаемое миссией: «Хвала и благодарность как нашему Господу, так и Якову Крекеру за все обретённые благословения в результате трудов миссии, за земные и небесные дары. Мы знаем, что служение брата Крекера стало семенем, дарующим надежду, посеянным среди братьев и сестёр, живущих в нужде и ужасных страданиях. Пусть Господь, глава Церкви, на почве, политой слезами, даст великий урожай радости!»

Вспоминая «многолетнее, большое и благословенное дело» Якова Крекера, епископ Евангелическо-Лютеранской церкви Баварии Д. Майзер выразил своё сочувствие тяжёлой потере, которую понесла миссия с кончиной своего директора. Соболезнования прислал и председатель правления Евангельского альянса Вальтер Цилц из Берлебурга в Вестфалии. Руководитель Евангелического миссионерского издательства в Штутгарте д-р Квиринг выразил мысли многих: «Сколько благословений несут его книги! Они останутся вечным памятником о нём. Очень жаль, что его последний труд, посвящённый Посланию к римлянам, не был издан при жизни. Теперь прощальное слово Якова Крекера придёт к читателям Германии после его кончины».

Руководители дружественных иностранных миссионерских обществ прислали почтовые сообщения, содержащие слова духовной поддержки для семьи Крекер и миссии. Так, инженер П. Е. Вернер, председатель Славянской миссии в Стокгольме, писал госпоже Крекер: «Мы были в курсе о состоянии здоровья Якова и понимали, что он не сможет так долго переносить страдания и скоро уйдёт в вечность. Благодарность Господу за всё, что Он дал нам через Якова Крекера. В шведской газете Svenska Morgenbladet мы опубликовали 17 декабря статью о нём. В ней мы напомнили читателям всё то, что Яков совершил в своём служении во славу Господа».

Руководитель Швейцарского отделения Миссионерского союза «Свет на Востоке» священник Б. Пфистер из Берна также поделился своими чувствами: «Я был глубоко взволнован, узнав, что директор миссии Яков Крекер скончался. От себя и от лица всей миссии «Свет на Востоке» в Швейцарии хочу выразить искренние соболезнования. Сколько пользы приносила нам его глубокая вера, сколько благословений мы черпали из его книг! Он навсегда останется в нашей памяти».

Пришли также соболезнования от председателя правления миссии «Свет на Востоке» в Нидерландах Барона фон Хемстра и от секретаря миссии Ф. Дресселхуиса из Рурмонда. Они писали: «Яков Крекер был нашим благословенным руководителем в делах Восточно-европейской миссии. Господь подарил ему богатую жизнь. Как много теряет Миссионерский союз в его лице! Он был всем для него: основателем, директором, руководителем и отцом. Мы любили его называть „отец Крекер“. Теперь он ушёл на покой. В покой народа Божьего!» Брат Дресселхуис опубликовал в нидерландской газете «Trouw» статью о брате Крекере.

Европейский секретарь Британского и иностранного библейского общества мистер А. Л. Хейг выразил Миссионерскому союзу свои соболезнования: «Мне было по-настоящему больно услышать о смерти Якова Крекера. Ему была дарована долгая, благословенная жизнь для служения Господу. Множество людей благодарны за его жизнь и труд».

Из Берлина пришло сообщение от Д. Поля Лесуара: «Да почиет он с миром! После благословенного служения он вошёл в радость нашего Господа. То, что написано в Евангелии от Иоанна, относится и к драгоценному слуге, который будет поставлен над многим для нового великого служения...» (см. Ин. 17:24).

Профессор Д. Адольф Кёберле из Тюбингена дополняет сказанное: «Яков Крекер был свидетелем Христовым необычайной величины духа и силы. Сердце его было наполнено милосердием и любовью. Каким замечательным другом он был!»

Суперинтендант Тео Брандт из Зальцуфлена: «Жизнь Якова окончена, но его образ навсегда останется в моей памяти. Его свидетельство было любовью, явленной Отцом в Сыне, и величием Церкви Иисуса».

Профессор Д. Генрих Рендторф из Киля: «Его основанный на молитвенном общении с Богом дар толковать Писание всякий раз обогащал меня. И мне приятно было осознавать, что он со своей тихой, направленной к вечности силой является частью духовной жизни нашего народа».

Эти отрывки из свидетельств о благословенном пути Якова Крекера мы желаем завершить благодарностью всем тем, кто вместе с нами был в часы скорби, хвалы и принятия ответственных решений. Эти общие воспоминания о сильной и уникальной личности, шедшей впереди нас, и о духовном наследии Якова Крекера, сплотят нас ещё больше в будущем. Ведь мы знаем славный и освобождающий людей закон Божьего Царства, который Яков однажды выразил так: «Бог никогда не исцеляет настоящее силами прошлого».

Йоахим Мюллер

Понимание веры

Приходит к ревностным служителям,

Как свежий, лёгкий, нежный бриз,

Благая мысль просить Спасителя

Духовно мёртвых воскресить.

Душа их жаждет единения,

Народ в рассеянье собрать,

Сплотить всех в стадо для спасения,

Во благо Пастыря им дать.

Народ в безумном ослеплении,

Прибивший плоть Его к кресту,

В душеспасительном прозрении

За жизнью явится к Христу;

Духовной, новой силой полный,

Придёт к кресту издалека,

Невинной Кровию спасённый,

Водою жизни утолённый,

Крещённый Духом на века.

Яков Крекер