Христианство

Десять предрассудков

МИХАЭЛЬ ГРИН

ГОРДОН КЕРКНЕР

ДЕСЯТЬ ПРЕДРАССУДКОВ О ХРИСТИАНСТВЕ
МИР, В КОТОРОМ МЫ ЖИВЕМ

„Это было прекрасное время, это было ужасное время“. Эти слова Чарльза Диккенса о периоде Французской революции очень точно характеризуют наше время. Да, это прекрасное время! Предпочли бы вы жить в другом столетии? Фантастические успехи в науке и технике, контроль над болезнями и продолжительностью жизни, комфорт в наших домах и легкость, с которой можно совершать путешествия чуть ли не по всему земному шару... Даже сто лет тому назад об этом нельзя было и мечтать!

И тем не менее это ужасное время. Никогда еще жизнь нашей планеты не находилась в такой смертельной опасности, как сегодня. Никогда еще не было такого грабежа мировых природных ресурсов, никогда не свирепствовал такой голод, никогда не погибло столько людей от пыток. Несправедливость в обществе, распад семьи, оскорбление жен и детей, отсутствие духовных ценностей и бесчеловечность, с которой мы относимся друг к другу, чудовищны в нашем мире — мире, который считает себя цивилизованным. Русская шутка: „При капитализме человек эксплуатирует человека, при коммунизме — наоборот!“ очень точно передаст смысл сегодняшнего дня. За всеми явными болезнями нашего общества — полнейшая растерянность личности и отсутствие цели. Кто я? К чему все идет? Что является для меня главным? Что действительно ценно?

Возможна ли христианская вера в современном развитом мире?

Старые рецепты оздоровления общества не выдержали проверки временем. Оптимизм гуманистов? Он разбился о скалу двух жестоких мировых войн и постоянных, не прекращающихся и по сей день, кровавых стычек. Перестройка экономики, предлагаемая марксистами? Человеческие сердца остаются в равной степени неудовлетворенными как за берлинской стеной, так и в Манхэттене. Материализм? Богатство? Все это ведет к эгоизму и ни в коем случае не может удовлетворить душу человека. Некоторые из самых богатых в мире людей являются самыми несчастными. Доктор Рональд Конвей, ведущий австралийский психиатр, писал о мельнбурнском обществе, что, кстати, характерно для многих передовых стран мира, следующее: „В некоторых районах Мельбурна мы имеем самый высокий в мире процент самоубийств среди мужчин в возрасте от восемнадцати до тридцати лет, самый высокий процент изнасилования, каждая четвертая женщина и каждый второй мужчина страдают от депрессии. У австралийцев есть все, и все же им не для чего жить“. Где же, в таком случае, мы сможем найти ответы на наиболее важные вопросы нашей жизни и нашего общества? Существуют ли какие-нибудь инструкции? Есть ли в мире ценности, ради которых стоит жить?

Во время расцвета римской империи, на стыке трех величайших культур — греческой, римской и еврейской — родился Иисус из Назарета. Его жизнь и учение, Его смерть и воскресение завладели за последние две тысячи лет сердцами и умами миллионов людей в мире, а в настоящее время одна треть жителей земли утверждает, что является Его последователями.

Вот Его манифест:

„Дух Господень на Мне;

ибо Он помазал Меня

и послал Меня

благовествовать нищим,

исцелять сокрушенных духом,

даровать пленным

и измученным освобождение,

слепым прозрение,

проповедовать лето Господне

благоприятное“.

Он заявил, что пришел на эту грешную землю для того, чтобы ответить на животрепещущие вопросы человечества, примирить враждующих и дать надежду отчаявшимся. Мы так дороги Богу, что Иисус из великой любви к нам пришел явить Его Божественную сущность и призвать нас к покаянию. Мы лишь тогда поймем, в чем смысл жизни и для чего был создан человек, когда примем эту незаслуженную любовь. Это заявление, и только. Мыслимо ли, что Некто, живший 2000 лет тому назад, может сказать что-то нашему современному миру? Могут ли беспринципные, эмоционально легко ранимые мужчины и женщины наших дней иметь основание верить Иисусу из Назарета? Нам кажется, могут. Тысячи людей во всем мире, главным образом в Африке, Азии и Латинской Америке, ежедневно вверяют свою жизнь Иисусу. Правильно понятый и принятый сердцем, Он остается единственной надеждой для человека.

Христианство окутало Иисуса завесой загадочности. Вокруг Его личности нагромождаются предрассудки, подобно тому, как на днище корабля после долгого плавания налипают морские раковины. Эта книга пытается удалить эти „раковины“ и хочет помочь читателю дать сознательный ответ реальному Иисусу. Мы не случайно решили более подробно остановиться именно на этих десяти предрассудках. С ними чаще всего приходится сталкиваться в повседневной жизни. От предрассудков необходимо освободиться, потому что они отдаляют людей от Иисуса Христа. Если мы хотим принять Иисуса, мы должны совершенно четко себе представлять, кого мы принимаем. Если мы хотим отвергнуть Его, мы точно так же должны знать, кого мы отвергаем и почему.

ПРЕДРАССУДОК ПЕРВЫЙ
ИИСУС ХРИСТОС БЫЛ ЛИШЬ ВЕЛИКИМ
УЧИТЕЛЕМ НРАВСТВЕННОСТИ

Иисус из Назарета является важнейшей фигурой в истории человечества. Этот учитель галилейских крестьян оказал большее влияние на человечество, чем кто-либо другой. От Него ведет отсчет наша эра. Нашей системой образования, нашими ценностями, нашими законами, медициной и любовью к справедливости и свободе мы обязаны Ему больше, чем кому-либо другому. В течение последних двух тысячелетий образ Христа привлекал искусство, музыку, философию, литературу более, чем какая-либо другая тема. Тем не менее Его как личность игнорируют, за исключением очень немногих. Он неудобен. Одно Его имя приводит нас в замешательство. Поэтому от Него снисходительно отмахиваются и говорят что-то вроде: „Иисус? Ах да. Он был, конечно, великим моралистом“.

Без сомнения, Он был великим Учителем морали. С большой авторитетностью Он заявлял: „Вы слышали, что сказано... а Я говорю вам ...“ Он говорил необычайно доступно, так что простые люди понимали Его. Его учение было удивительно глубоким. Его тезис — „Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас“ — является чрезвычайно спорным, требующим много усилий от желающих следовать Ему. Одновременно это был и чрезвычайно эффективный метод противодействия яростной оппозиции. Его мудрость не раз заставляла умолкать противников. „Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу“ — изречение крайне оригинальное. Оно обезоруживало противников христианства и служило христианам руководством к действию в общественных взаимоотношениях и в борьбе против тоталитаризма. Его учение было удивительно своеобразным и тесно связанным с жизнью: „Иди и делай так“, — сказал Иисус в заключение притчи о добром самарянине.

Неудивительно, что люди поражались учению этого Человека, не имевшего никакого специального образования. Они везде следовали за Ним, увлеченные Его речами. „Никто еще не учил так“, — говорили они, и были правы.

Но в Иисусе и Его учении есть нечто еще более удивительное. Он не только учил самым великим принципам, когда-либо известным человечеству, но и на деле выполнял их. Он не только учил народ любить врагов, но и простил тех, кто распял Его. Он не только призывал людей отдать свою жизнь за друзей, но и поступил так. Он не только учил, что нищие блаженны, но и был Сам таковым. Это делает Его самым выдающимся из всех учителей. Он был тем, Кто учил простым и волнующим истинам и Сам являлся их воплощением.

Да, Иисус был великим Учителем нравственности. Но считать, что Он был только великим Учителем, было бы неверно. Он делал ошеломляющие заявления — заявления, каких не делал ни один нормально мыслящий человек. Он утверждал, что мог прощать людям грехи, что Он имел право на то, чтобы люди Ему поклонялись, что только Он есть „путь, истина и жизнь“ в Боге, что Он „пришел взыскать и спасти погибшее“, что Он отдаст Свою жизнь во искупление многих, что Он воскреснет из мертвых и что в судный день человечество предстанет пред Ним. (Смотрите места в Евангелии: Мк. 2:5, 10:45; Ин. 14:6, 20:28; Лк. 19:10; Мф. 7:21-25, 17:9.)

Конечно, Иисус не кричал на каждом углу: „Я Бог“. Поступать так означало бы вводить в заблуждение и остаться непонятым. Но как выразился Элтон Трубольд, „Все четыре Евангелия изобилуют притязаниями Иисуса на сверхчеловечность. Если бы Он был только Учителем, то Учителем, вводящим в заблуждение“. Эти притязания были не только явными, сформулированными в стихах, подобно приведенным выше, но и косвенными, когда Он исполнял пророчества, совершал чудеса, приписываемые в Ветхом Завете только одному Богу. Притязание, что Он является представителем Всемогущего Бога на земле, призыв, обращенный к людям, — прийти к Богу через Него — встречается нам почти на каждой странице Евангелия. Это притязание — неотъемлемая часть самой сущности книг Нового Завета. Оно убеждало даже некоторых из наиболее непоколебимых монотеистов в мире — евреев. Оно убеждало скептиков, политических лидеров, проституток; оно убеждало рыбаков и мытарей, кем были первые ученики, равно как и ярых противников, подобных фанатичному Савлу из Тарса, который стал самым ревностным верующим. С тех пор Иисус убедил миллиарды людей во всем мире.

Мало утверждать, что Иисус был просто хорошим Учителем нравственности. Его конечная цель была высокой и значимой, Он должен был явить нам Божью сущность. Если Он не Тот, кто делает Бога для нас реальным, приняв образ человека, то Он — либо не заслуживающий доверия обманщик, либо вводящий себя и других в заблуждение глупец.

Почему, однако, мы должны верить Его заявлениям? Ведь многие уже делали лживые утверждения относительно своей личности. Во многих психбольницах находятся люди, выдающие себя за Иисуса Христа и вводящие в заблуждение других. Нелегко думать об Иисусе более, чем о человеке. И все же, каковы альтернативы?

• Был ли Он обманщиком? Мыслимо ли, однако, чтобы этот Человек, такой нетерпимый к лицемерию, построил все Свое служение на лжи? Можно ли допустить, что Он позволил предать Себя на чрезвычайно мучительную смерть за явную неправду?

Даже необразованные рыбаки, первые ученики Христа, были уверены в том, что Он не только великий Учитель.

• Или Он просто ошибался? Вряд ли это правильный довод. Если самый великий Учитель ошибается относительно самой основы Своей доктрины, тогда Он не такой уж великий Учитель. Если мы отказываемся верить тому, что Он говорит о Своем происхождении и авторитете, к чему тогда брать во внимание остальную часть Его учения?

• А может быть. Иисус страдал манией величия? Может быть, этот учитель-плотник мнил о Себе очень много, и Его претензии на божественное происхождение были результатом нарушения психического равновесия? Это предположение трудно доказать. Для психически больных характерны три основных симптома: у них наблюдается явное отклонение в оценке реальной обстановки; у них прослеживается явное отклонение от норм поведения; их отличает явное отклонение от норм общения. Стоит только перечислить эти три симптома, чтобы убедиться, что каждый из них абсолютно неприменим к Иисусу, Человеку, непревзойденному в искусстве общения, который обладал высочайшей проницательной способностью и был из всех людей самым любящим и надежным в личном общении. В Нем нет и намека на фанатизм или отклонение от психических норм.

Иисус из Назарета был не просто великим Учителем нравственности. Для этого Он слишком уж резко отличался от ученых книжников и фарисеев. Мы можем назвать Его обманщиком, если считаем, что сможем доказать такое обвинение. Мы можем сомневаться относительно Его психического состояния. Но ярлык „только великий Учитель нравственности“ к Нему не подходит.

И при жизни одни из современников считали Его сумасшедшим, другие любили Его. Общепризнанным авторитетом Он, пожалуй, никогда не пользовался.

Не иначе обстоит дело и в наши дни. Мы должны либо заставить Его замолчать, либо выслушать Его. Даже мимолетное воздействие Его личности и знакомство с Его требованиями заставляет нас принять определенное решение. Что нам следует думать об этом великом Учителе нравственности, который делает такие невероятные заявления? Был ли Он все-таки прав?

ПРЕДРАССУДОК ВТОРОЙ
ХРИСТИАНСТВО ПОДАВЛЯЕТ
СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ

Свобода — об этом кричит двадцатое столетие как на уровне одной личности, так и на уровне наций. Свобода — тема номер один на Западе и на Востоке, на Юге и на Севере.

Будучи в центре внимания, само понятие „свобода“ остается весьма неопределенным. Часто свобода рассматривается очень поверхностно, как устранение имеющихся тормозящих моментов. При этом, однако, забывается главное — куда ведет такое понимание свободы. Часто это приводит к злоупотреблениям. Свобода превращается в своеволие и используется в чисто эгоистических целях. Превращаясь в крепкое вино, свобода в таком случае кончается горьким похмельем.

Однако свобода, в истинном значении этого слова, очень важна для человечества. И точка зрения, что христианство подавляет свободу, ошибочна.

Даже несколько странно считать христианство врагом свободы. В конце концов именно христианство так часто вставало в защиту бедных и угнетенных, плененных и бесправных. Избавление от невежества, болезней и политического порабощения становилось возможным, как правило, именно там, где христианская вера и христианские принципы оказывали свое влияние. Так почему же христианство считается репрессивным?

Частично ответ кроется в эгоистичности наших сердец. Нам хочется поступать по-своему. Мы рассматриваем Бога как небесного полицейского, и нам хочется убежать от Него и игнорировать Его заповеди. Мы отдаем себе отчет в том, что верность Иисусу Христу ограничит нашу личную свободу.

Нередко свобода рассматривается очень поверхностно. Настоящую свободу человек может приобрести только в Иисусе Христе.

С другой стороны, это объясняется фактом существования христиан-законников. Многие христиане выработали обширный свод правил, кажущиеся нам глупыми и ограниченными.

Но если взглянуть на эту проблему глубже, то ответ можно найти в общепринятом мнении, что не существует якобы абсолютных норм поведения, которых нам необходимо придерживаться в нашей повседневной жизни. Факты, по мнению многих, — это одно (например. научные факты). Но нравственные ценности — это абсолютно другое, они субъективны. Вы делаете свой выбор на этическом рынке жизни и не жалуетесь, когда другие избирают иные ценности.

„Величайшей проблемой нашего времени является не проблема: коммунизм против индивидуализма. Запад против Востока: вопрос в том, способен ли человек жить без Бога в веке, который Его убил“. Так пишет историк Вил Дюран. Вопрос поставлен очень ясно. Большинство людей в странах Запада живет сегодня так. будто Бог умер. Если это так, то этику можно черпать лишь в человеческих обычаях или руководствоваться собственным выбором. Тут-то и кроется корень зла.

Как выразился в своей неподражаемой манере Вуди Аллен: „Более чем когда-либо в истории человечества мы стоим на развилке двух дорог. Одна ведет к отчаянию и полнейшей безысходности: другая — к окончательной гибели. Будем молиться, чтобы нам хватило мудрости сделать правильный выбор“.

Или более прозаическими словами моралиста Марка Ханны: „Трудно переоценить значение нравственного опыта, ибо сегодня человечество стоит на грани самоуничтожения. И не столько развитие техники, сколько принятие правильного нравственного решения определит наше будущее, и каким это будущее будет, если будет вообще“.

Ханна прав. Если этика — просто дело расчета, если нравственные ценности относительны и зависят от нашего личного выбора, то мир приближается к гибели. Д-р Поль Джонсон, английский историк, пишет: „Характерным для 20-го столетия и его ужасов является тот факт, что физической силой обладают люди, не имеющие страха Божия и считающие, что никакой кодекс законов не может ограничить их действий“.

Если нет абсолютных нравственных ценностей, то каков же критерий различия между матерью Терезой и Адольфом Гитлером? На чем основывается наше мнение, что лучше спасать отверженных на улицах Калькутты, чем уничтожить 6 миллионов человек в газовых камерах? Однако стоит лишь допустить, что одно действие, без всякого сомнения, лучше другого, как тут же следует признать существование абсолютного стандарта, которым вы руководствуетесь.

Александр Солженицын в своей знаменитой речи в Гарварде доказал, насколько поверхностной является популярная философия гуманизма, провозглашающая целью жизни наслаждение. „Если бы, как декларировал гуманизм, человек был рожден только для счастья, — он не был бы рожден и для смерти. Но оттого, что он телесно обречен смерти, его земная задача, очевидно, духовней: не захлеб повседневностью, не наилучшие способы добывания благ, а потом веселого проживания их, но несение постоянного и трудного долга, так что весь жизненный путь становится опытом главным образом нравственного возвышения: покинуть жизнь существом более высоким, чем начинал ее“ (А. Солженицын. Собр. соч. т.9 стр.296).

Свобода, следовательно, есть нечто большее, чем выбор норм поведения. Она имеет дело с нашей человеческой природой. Иисус из Назарета кажется мне самым свободным человеком, который когда-либо жил на земле. Он прекрасно знал, что существует Богом данный стандарт этики, и построил Свою жизнь в соответствии с ним. Господь сказал: “Я всегда угождаю Ему (Богу)“. Однако мог ли кто-либо утверждать, что вера Его подавляла Его свободу? Иисус был совершенно свободен от алчности и лицемерия. Он не испытывал страха перед кем-либо. Он был свободен оставаться Самим Собой. Он видел сердца людей и открыто говорил им правду о них же. Он был свободен любить людей со всей сердечностью, Он, наконец, добровольно отдал Свою жизнь за всех людей.

Жил ли когда-либо на земле более свободный человек? Однако именно Он открыл людям истину, что свобода не есть вседозволенность. Свободный человек делает не то, что ему хочется, а только то, что ему следует делать. Иисус показал, что настоящая свобода не ищет своей выгоды, она сердечна, великодушна и внимательна и проявляется более в отношениях, нежели в выполнении правил. Иисус — эталон свободного человека. Обязанности не тяготили Его. Послушание не ограничивало Его свободы. Обстоятельства не сковывали Его. Он был совершенно свободен — свободен использовать данную Ему власть на благо других, свободен любить презренных, свободен дать отпор угнетению и несправедливости. Он был полностью раскрепощенным человеком.

Настоящая христианская свобода является свободой по образу и подобию Иисуса. В ней нет и намека на законничество. Эта свобода основана на убеждении, что в области этики есть абсолют и что этот идеал нам небезызвестен. Он воплощается в личности Иисуса из Назарета. Итак, христианская свобода не имеет ничего общего с правилами и уставами. Ее суть — послушание Христу. Он должен служить нам образцом взаимоотношения с Богом и друзьями, нашего служения другим, наших стандартов честности и нравственной чистоты. Ее суть в том, чтобы позволить самому лучшему Божьему Созданию, Которое когда-либо жило на земле, быть вдохновителем нашей жизни. Что же в этой трактовке свободы такого, что нас подавляет? Без сомнения, следование этим принципам часто будет идти вразрез с нашими желаниями, но без этого невозможно никакое совершенствование. Это же правило применимо и к атлету, и к академику, и к врачу. Христианская свобода не зависит от обстоятельств. Пользуясь ею, мы постепенно раскрепощаемся, становимся тем творением, каким желаем быть в лучшие мгновения своей жизни. Результатом такой свободы является мышление, которое, став универсальным, не уничтожило бы общество, а преобразовало бы его. Одним словом, единственное, что неприемлемо для христианской свободы — причинение вреда себе и другим людям. Настоящая свобода только в Иисусе Христе.

ПРЕДРАССУДОК ТРЕТИЙ
ХРИСТИАНСТВО —
„КОСТЫЛЬ“ ДЛЯ СЛАБЫХ

Некоторые люди гордятся своей силой. Они кажутся себе непобедимыми. Будучи совершенно уверенными в себе и своих силах, они считают, что могут с легкостью презирать веру, проповедующую сочувствие и оказание помощи слабым и павшим.

„Мне не нужно христианство. — говорят они. — оно является лишь „костылем“ для слабых“.

Мне не раз уже приходилось слышать подобные слова. В такие моменты я хотел бы знать, как чувствовал бы себя этот молодой, пышущий здоровьем человек, если бы он вдруг упал и сломал ногу? Мне думается, его отношение к „костылям“ изменилось бы!

Возможно, мы так привыкли к „костылям“ нашего общества, что с трудом замечаем их в жизненных ситуациях. Сумасшедшие поиски сексуальных отношений с одной лишь целью — заглушить постоянно гложущую боль одиночества. Суета, которой мы заполняем свою жизнь, потому что мы не решаемся остановиться и задать себе вопрос: кто мы такие и куда мы идем? Зависимость от алкоголя и наркотиков, потому что стресс вокруг и внутри нас слишком велик. Попытка заполнить пустоту материальными вещами. Или духовная неудовлетворенность. толкающая нас в восточный мистицизм и семинары по усовершенствованию нашего человеческого потенциала. Все это „костыли“ и ничто иное.

Другие атрибуты менее явны, но и они являются „костылями“ для слабых — власть над другими, слава, богатство, красота. Невозможно перечислить все, чем пользуются люди, шагая, прихрамывая, по этой жизни.

А христианство — это еще один „костыль“?

В определенном смысле — да. Христианство существует для тех людей, которые не делают вид, будто они непобедимы, а сознают, что надломлены. Если бы мир, в котором мы живем, был совершенным и совершенными были бы мы сами, христианство, возможно, и не было бы нужно. Но дело обстоит иначе. Наш мир, наша жизнь рушатся от жадности и похоти, жестокости и эгоизма. Если не верите мне, то откройте газету или посмотрите программу новостей по телевидению. Христианство не стыдится называть себя религией спасения. Вот почему многие самонадеянные люди избегают его. „Я пришел исцелить больных, — сказал Иисус. — Здоровые не нуждаются во враче“. Он знал, что в том смысле, который Он вкладывал в это слово, никто не здоров! Ни ты, ни я!

Очень метко подметил Джордж Оруэлл в своем романе „1984“: „Мы обнаружили врага — это мы сами“. Но большинство из нас даже не признает своих грехов, хотя они и очевидны. Если мы не сделаем этого, мы будем продолжать ковылять по жизни. Наши временные „костыли“ не выдержат нашего веса. Мы нуждаемся в коренном исцелении. А это как раз то, что нам предлагает Иисус Христос.

Сравним два определения. Мы считаем, что сердце у нас из золота. А пророк Иеремия сказал: „Лукаво сердце человеческое и крайне испорчено“. Какая из этих двух оценок ближе к истине?

Вдумаемся, как часто в течение дня подводят нас наши слова: горькие слова, необдуманные слова, гадкие слова, жестокие слова, лживые слова. Вдумаемся, как часто мы имеем основание стыдиться своих действий: несправедливых, эгоистичных, необдуманных, часто жестоких. А как обстоит дело с нашими характерами? Хотел бы я знать, какую оценку дали бы нам те, кто работает бок о бок с нами или под нашим руководством. А если говорить о наших мыслях, кто из нас не покраснел бы до корней волос, если бы смог увидеть свои мысли на экране?

Как реагирует на все это Бог? Делает вид, что все это несущественно, ничего не значит? Напротив, все это существенно и значит очень многое. Грех в нашей жизни портит наши характеры, разрушает наши взаимоотношения с другими людьми и отдаляет нас от Бога. Кто из нас не желает освободиться от человеческих слабостей, которые так изнуряют нас?

Вера в Иисуса Христа помогает нам в самых тяжелых жизненных ситуациях.

Суть христианской Благой Вести состоит в том, что Бог позаботился это положение исправить. Он пришел в этот мир, чтобы показать нам, каков Он и как мы можем лучше прожить эту жизнь.

Но это еще не все. Он пришел в этот мир для того, чтобы перекинуть мост над неспокойными водами нашего отчуждения и эгоизма. Он пришел проложить дорогу обратно к Богу. И Он сделал это, отдав за нас жизнь. Нашему человеческому разуму очень трудно это понять. Наш грех воздвиг непреодолимую преграду между нами и Богом. Когда Иисус умер на кресте. Он разрушил этот барьер, погибнув под тяжестью наших грехов. Он оплатил наши долги, долги всех людей без исключения. Он взял на себя грех всего мира, испив чашу страданий до дна. Он смог достойно сделать это, потому что Он был не только человеком, но и Богом. „Бог во Христе примирил с Собою мир“ — говорит Библия. И именно потому, что Он это сделал, мы можем предстать перед Богом без угрызений совести и страха, зная, что долги наши оплачены.

Более того, даже смерть не смогла удержать Иисуса. Он воскрес в первый день Пасхи. Он жив, и христиане заявляют, что не только слышали о Нем, но и знают Его. Они убеждены, что силу победить привычки, которые раньше властвовали над ними, дает им воскресший Иисус Христос.

Таким образом, христианство предлагает не что иное, как радикальное преобразование человеческой природы. Оно освобождает нас от уз прошлого и превращает нас в людей, какими мы должны быть. Оно дает нам возможность трудиться для других людей и общества в целом, что вполне естественно, но чего мы фактически не делаем из-за нашего эгоизма.

Мне кажется, что роль „костыля“ в наших сломанных жизнях играет древо креста. Эти „костыли“ нужны для того, чтобы нас излечить, научить нас „стоять, ходить и бегать“.

Посмотрите, что происходит с некоторыми из „слабых“, которые приобретают такой „костыль“.

• Мать Тереза покидает свой монастырь, чтобы согреть любовью беспомощных и бездомных на улицах Калькутты.

• Дэвид Шеппард, атлет международного класса с блестящим будущим, посвящает свою жизнь служению Богу в своем городе, сначала в качестве священника, затем — епископа.

• Чак Колсон, жестокий своекорыстный юрист и помощник президента, замешанный в Уотергейтском деле, посвящает всю свою оставшуюся жизнь поискам социальной и политической справедливости и оказанию помощи заключенным во имя Иисуса Христа.

• Джордж Формен, бывший чемпион мира по боксу, покрытое шрамами лицо которого светится любовью ко Христу, мог бы кротко сказать вам на ухо: „Что вы сказали? Христианство — „костыль“ для слабых?“

• Александр Солженицын, прошедший тяжкий путь Гулага, подчинивший весь свой интеллект и естество Иисусу, жившему, умершему и воскресшему для него, находит в себе силы бросить вызов тоталитарному режиму от лица христианской свободы и человеческого достоинства.

И это только некоторые из тех миллионов, кто отбросил жалкие „костыли“, с помощью которых они, прихрамывая, шли по дорогам жизни. Они пришли за исцелением к древу креста и были преображены.

Если вы думаете, что христианство — „костыль“ для слабых, удостоверьтесь, не является ли ваше обвинение „фиговым листком“ для прикрытия собственных пороков. Проверьте, не предлог ли это для отклонения требований, которые предъявляет к вам живой Бог. Его лекарство радикально и очень эффективно. Он берет израненных, сокрушенных жизнью людей и исцеляет их.

ПРЕДРАССУДОК ЧЕТВЕРТЫЙ
ЛЮДИ СТАНОВЯТСЯ ХРИСТИАНАМИ
ПОД ВЛИЯНИЕМ СОЦИАЛЬНЫХ УСЛОВИЙ

Только глупец будет утверждать, что культурная среда не играет никакой роли в формировании религиозных убеждений людей.

Все мы находимся под сильным влиянием не только наследственности, но и внешнего окружения, особенно под влиянием друзей, мнением которых мы дорожим. Никто не станет отрицать, что индуистское окружение предрасполагает к индуизму, христианское — к христианству и т.д. Но можно ли утверждать, что лишь наследственность и окружающая среда оказывают определяющее влияние на веру и поведение людей?

„Христианское“ происхождение может оттолкнуть вас от христианства. Многие дети в воскресных школах к одиннадцати годам вдруг восстают против религии, а дети из семей духовенства в подростковом возрасте порывают с ней. Как этот факт — а он является действительным — вяжется с заявлением о том, что обращение к религии и религиозный опыт являются единственно результатом социальной обусловленности?

Чаще всего получается совсем наоборот. Миллионы людей в Советском Союзе и в Китае становятся в наши дни христианами, несмотря порой на жестокое преследование со стороны властей.

То окружение, в котором они находятся, предрасполагает к атеизму и диалектическому материализму. Однако коммунизм оказался не в состоянии остановить рост обращения в христианство в этих двух великих державах. Интересно, не правда ли? Кто еще осмелится убеждать меня в том, что религиозность является результатом социальной обусловленности?

Пожалуй, еще более впечатляющим является пример племени сови, о котором пишет в своей книге „Дитя мира“ миссионер Дон Ричардсон. Мораль этого племени была такой развращенной, что любая человеческая добродетель расценивалась у них как порок, а обман считался величайшей добродетелью. Когда они в первый раз услышали рассказ об Иисусе, они приветствовали предательство Иуды Искариота. Он был в их глазах героем! А теперь в этом племени процветающая христианская община! Социальная обусловленность? Чепуха!

Тот же самый аргумент о социальной обусловленности постоянно применяется и к сознанию. Отнюдь не давая каких-либо решительных указаний в нашей жизни, лишь подсказывая нам, как следует правильно поступать, сознание рассматривается атеистическими философами просто как отражение оказываемого на нас социального влияния. Естественно, сознание определяется в какой-то мере обществом, в котором мы живем, но это объяснение не является исчерпывающим. В большинстве случаев нравственным прогрессом в истории двигали страстные реформаторы, смело выступавшие против давления общества, потому что именно совесть подсказывала им. как надо поступать. Вспомните освобождение рабов, освобождение женщин и детей, вынужденных работать на фабриках по 15 часов в день, освобождение заключенных, сутками прикованных к стенам своих камер. В каждом из этих случаев борьба за реформы осуществлялась из побуждений совести, и всегда приходилось преодолевать сильное сопротивление со стороны общественного строя и существовавших в нем норм. Сознание, таким образом, не является лакеем социальной обусловленности.

Но если за тем. во что верят некоторые люди, кроются социальные причины, то и атеизм они объясняют с тех же позиций. Поль Витц, известный христианский психолог, был воспитан христианином. Затем, в 18-тилетнем возрасте, он отказался от христианства и стал атеистом. В тридцать восемь, будучи уже профессором психологии, он вновь исследовал христианство и. придя к выводу, что оно истинно, вверил свою жизнь Христу. Сейчас он заявляет, что причины, побудившие его стать атеистом, были „поверхностными, неразумными и в основе своей лишены интеллектуальной и моральной честности“.

Христианское обращение часто понимается неправильно. Оно расценивается как неожиданный, нерациональный, необъяснимый, если не вовсе обманчивый акт. Из каких же существенных элементов состоит в таком случае обращение?’

Эти составляющие элементы легче всего проследить, пожалуй, на классическом примере христианского обращения — обращения Савла из Тарса. Хотя многие моменты его обращения были уникальными, в нем можно выделить четыре элемента, присущие любому истинному обращению:

• оно коснулось его совести — он осознал, что действовал против ее велений;

Наши убеждения подвержены сильному влиянию со стороны окружающего нас мира. Покаяние, обращение — яркое свидетельство тому, что вера в Бога сильнее любого влияния извне.

• оно коснулось его разума — он понял, что Иисус, Которого он преследовал, воскресший Мессия и Сын Божий;

• оно коснулось его воли — он решил покориться Иисусу и следовать за Ним;

• оно изменило всю его жизнь: его амбиции, его характер, его отношение к людям, все его взгляды на жизнь. Никакое обращение не может быть истинным, если в нем не содержатся эти четыре элемента.

А все же, что, если это иллюзия? Что, если прав был Фрейд, рассматривая само религиозное переживание как нечто иллюзорное?

Мне думается, существует три вида теста, к которым можно прибегнуть, если мы сомневаемся, является ли религиозное переживание вообще, и христианство в частности, истинным.

Во-первых, проверка временем. Этот тест применим не ко всем религиям, а только к тем, которые претендуют на историю. Христианство, вне всякого сомнения, относится к их числу. В центре его внимания — личность, смерть и воскресение Иисуса из Назарета — Учителя, плотника, жившего в Палестине во время римского владычества в первой трети первого столетия нашей эры. В Иисусе нет ничего иллюзорного. Нет ничего иллюзорного и в том влиянии, которое Он оказал на Своих современников и на все последующие поколения во всем мире. Никто за всю историю человечества не смог прожить такую жизнь, как Иисус Христос, жизнь, полную любви и чистоты, мужества и проницательности. В Его заявлениях нет ничего иллюзорного (см. Предр. 1). Его смерть была достаточно реальной и имела много свидетелей, а Его воскресение — факт достоверный (см. Предр. 8). Точно так же никто не может сомневаться в реальности Церкви, которая возникла на базе учения Иисуса и имеет сейчас миллионы приверженцев во всем мире. Просто нет смысла спорить о том, является ли христианская вера иллюзорной и продукт ли это социальной обусловленности. Ее корни — в истории. Ее основатель, как и само христианство, выдержали самую серьезную проверку — проверку временем.

Во-вторых, проверка на качество. Когда пьяницы трезвеют, а мошенники становятся честными, когда анимисты порывают с миром спиритизма, а люди, закабаленные черной магией, освобождаются от нее, когда эгоцентричные люди становятся великодушными — тогда становится весьма трудно объяснить все это иллюзорностью. Переворот в жизни людей не является единственным критерием подлинности обращения, однако был весьма характерным для христиан в течение многих столетий.

В-третьих, проверка силой воздействия. Это еще один критерий истинности религиозного переживания. Нам известно, что галлюцинации, неврозы и т. п. приводят к деградации, к разрушению личности, к неуравновешенному поведению. В христианстве мы видим противоположный эффект — оно делает людей целостными. А воздействие его проявляется всю жизнь и даже в тяжелые минуты перед лицом смерти, когда рассеиваются последние иллюзии.

Ни один из этих трех тестов нельзя применить к социальной обусловленности. Теория социальной обусловленности не может объяснить исторические факты и глубокие изменения в характере людей. Не годится она и для того, чтобы объяснить силу христианства.

ПРЕДРАССУДОК ПЯТЫЙ
ХРИСТИАНЕ НЕ ОТ МИРА СЕГО И
„НЕ ВПИСЫВАЮТСЯ“ В СОВРЕМЕННУЮ ЖИЗНЬ

Предыдущие поколения верующих были заняты мыслями о небе и аде больше, нежели настоящие. В наши дни большое количество людей, исповедующих христианство, очень мало озабочено мыслями о жизни после смерти.

А жаль, потому что история показывает, что люди, так много сделавшие для этого мира, были, как никто, уверены в существовании иного мира. Вспомним Августина Блаженного, который писал книгу „О граде Божием“, вдохновившую крупнейших мыслителей последующего тысячелетия, в то время, когда варвары лавиной устремились на римскую империю. Или вы думаете, что такие реформаторы, как Лютер и Кальвин, только и делали, что „витали в облаках“? Ничего подобного! Результаты их земного мышления потрясли всю Европу.

Если полет вашей мысли ограничен земным горизонтом, то звезд вам не увидеть! Вам не вырваться за пределы вашего очень ограниченного мира, чтобы увидеть более широкую перспективу. Но если вы уверуете в Бога живого, создавшего наш мир, но существующего вне его. тогда ваш кругозор коренным образом изменится. Вы рассматриваете историю как нечто, стремящееся к определенной цели. Перед вами вдруг возникает идеал, который может быть взят за основу при оценке мира и к которому вы можете стремиться, чтобы поднять общество на более высокую ступень.

Приход Иисуса объединяет наш мир с миром грядущим. Он — воплощение Царства Божия. Когда люди вверяют Ему свою жизнь, они заручаются Его поддержкой в своих стремлениях обрести это Царство уже на земле. В этом нет никакого романтического идеализма. Люди пресыщены утопиями, которые разочаровывают (буквальное значение греческого слова утопия — „несуществующая земля“). То, чем озабочены христиане, имеет прямое отношение к этому миру и его нуждам по той простой причине, что им известно — этим озабочен и Бог. Он доказал это, придя в образе Иисуса, умерев за нас и встав из гроба в первый день Пасхи. Бог не мог сделать большего, чтобы показать, что этот мир Ему небезразличен.

Мир людей больших современных городов нуждается в переосмыслении духовных ценностей.

Поэтому именно христианам поручено принести в существующий ныне мир нравственные ценности и нормы, любовь и устремления, справедливость и праведность грядущего Царства. Они знают, что наш мир никогда не будет совершенным. При этом они вовсе не являются слепыми приверженцами идеализма. Они рассматривают себя как представителей неба, живущих жизнью своей родины в чужой стране, где они хотят творить добрые дела. Пожалуй, только представители иных миров могут сделать действительно много хорошего на земле.

Но если христиане нашего времени смогли воспользоваться принципами справедливости и нравственными ценностями, присущими совсем другому миру, то какое мы имеем право утверждать, что их вера сегодня неуместна и неприемлема?

Если когда-либо и существовала необходимость в христианских ценностях, то сейчас эти ценности нужны как никогда ранее. Кровавая резня в многочисленных военных и национальных конфликтах по всему земному шару; невообразимых размеров голод; социальное насилие; унижение и оскорбление личности; широко распространенное угнетение — все это делает христианство как никогда ранее актуальным. Разве мы не нуждаемся в христианской благотворительности, чтобы отозваться на стихийные бедствия, происходящие в мире? Разве нам безразличны судьбы тысяч угнетенных во многих странах мира? Кто же вступится за них, если не те, кто живет за пределами своего общества и борется во имя правды, сострадания и справедливости? Не потому ли врачи-христиане могут трудиться в самых примитивных условиях, в которых не часто встретишь врача-нехристианина?

Стоит только понять значение самопожертвования Иисуса, как вы не сможете больше стоять в стороне от мира нужды, которому Он пришел служить. Если вы верите, что люди действительно что-то значат как дети Божии, то вы просто не сможете не трудиться для их блага.

„Ответственно, — писал К. С. Льюис, — жить в обществе потенциальных богов и богинь... Ведь те, с кем мы шутим, работаем, на ком женимся, кого унижаем и эксплуатируем — бессмертны и предназначены либо для вечных мук, либо для вечного блаженства“.

Такова логика, лежащая в основе христианской деятельности. Как только начинается пробуждение христианской веры, так тотчас наблюдается соответствующий ему подъем в социальной сфере общества, как это произошло, например, в 19-м столетии в Англии. Почти все социальные реформы в Англии были проведены в жизнь не по инициативе последователей Джона Милла. придерживавшихся взглядов философского агностицизма, а людьми, пришедшими к живой вере через возрождение, которое так глубоко коснулось этой страны. Большинство реформ было проведено в жизнь главным образом христианскими парламентариями. Герцог Шафтсбургский способствовал принятию закона, запретившего труд в шахтах женщин и детей, а также закона, приведшего к сокращению рабочего дня на фабриках, и др. Д-р Бернардо основал дома для сирот. Элизабет Фрей добилась реформы тюрем. Жозефина Батлер заставила парламент принять закон о запрещении детской проституции и защите прав женщин. И, конечно, Вильберфорс, который имел счастье дожить до того дня, когда его борьба за отмену рабства, которой он посвятил всю свою жизнь, увенчалась успехом.

Все эти люди так страстно и плодотворно трудились в этом мире именно потому, что они были уверены в существовании иного мира. Они пришли к живой вере во Христа, и поэтому они горели желанием служить Ему на благо других Его созданий. То же самое можно сказать и о людях, подобных Мартину Лютеру Кингу, Матери Терезе, и о многих других наших современниках.

Все они были убеждены, что атеистическое объяснение мира в корне неверно. Мы не являемся, как утверждал Жан Поль Сартр, „пузырем из ничего на поверхности моря“. Если вы все-таки верите в это, тогда вам незачем трудиться на благо других. Но если вы верите, что вы созданы по образу Божию и так дороги Ему, что Христос умер за вас, тогда закатывайте рукава и принимайтесь за работу. Это как раз то, что так необходимо христианству. Именно так христиане в большинстве случаев и поступали.

ПРЕДРАССУДОК ШЕСТОЙ
НАУКА И ХРИСТИАНСТВО —
ПОНЯТИЯ НЕСОВМЕСТИМЫЕ

Крупные ученые не придерживаются этого мнения, однако от простых людей мы это слышим часто. По их мнению, наука имеет дело с фактами, а христианство — с нравственными ценностями и эмоциями. Науку можно доказать, говорят они, а христианство — нельзя. Наука прогрессивна, христианство же часто тормозило прогресс. Наука пользуется логикой — христианство основывается на вере. Наука имеет дело с законами природы — христианство же с чудесами. Различия огромны.

Но как бы огромны они ни были, наука и христианская вера имеют много общего. Рассмотрим некоторые моменты более подробно.

• Верно ли, что наука имеет дело с фактами, а христианство — с ценностями и эмоциями? Нет, неверно! И наука, и христианство имеют дело с реальностью. Наука рассматривает информацию об окружающем нас мире, которую мы получаем посредством нашего зрения, осязания, путем измерений и расчетов. Христианство же основывается на информации о нашем мире, полученной из жизни, учения, смерти и воскресения Иисуса. Его можно исследовать, прибегнув к науке истории. Жизнь и учение, смерть и воскресение Иисуса — достоверные исторические факты. Они являются достойной темой для тщательного исследования. Выводы, к которым мы придем, будут иметь решающее значение для формирования нашего мировоззрения.

Без сомнения, христианство рассматривает категорию ценностей, но этим же занимается и наука. Оба оперируют как субъективными, так и объективными факторами. И наука, и христианство располагают как объяснимыми. так и необъяснимыми фактами. Эмоции равно свойственны как ученым, так и верующим христианам. И те и другие — люди. И те и другие неохотно признают нечто, идущее вразрез с тем. во что они всегда верили.

Астроном Роберт Джестроу подробно рассказывает об оскорбленных чувствах некоторых астрономов относительно предположений о происхождении космоса согласно теории большого взрыва. Эта, ныне доминирующая теория, допускает в какой-то момент времени и пространства... Создателя. А для тех. кто до сих пор занимал позицию неверующего, это абсолютно неприемлемо. „Этого не может быть!“ — пишет Алан Сэндидж. „Я возражаю!“ — пишет Филипп Моррисон. „Идея начала мне противна!“ — пишет Эдингтон. Да, наука не менее, чем христианство, имеет дело с ценностями и эмоциями.

• Далее. Верно ли, что научные данные можно подтвердить, тогда как христианство — нельзя? Опять-таки неверно. Науку нельзя „доказать“. Основой научного метода является эмпиризм, позволяющий доказательству увести вас куда угодно. Но если это так, то становится очевидным, что вы не можете доказать научную гипотезу. Она является продуктом исследования единообразия. Тут потребовалось бы всего одно противоречие, чтобы свести все к нулю. Теории Ньютона столетиями считались доказанными... и тут является Эйнштейн.

Чтобы точно что-то подтвердить, надо доказать, что оно неумолимо вытекает из чего-то уже известного. Только дедуктивное знание достоверно. Конечно, для практических целей мы допускаем надежность „законов“, открытых учеными. Но они не доказаны!

В равной степени вы не докажете и христианство. Вам не удастся дедуктивным методом подтвердить, что есть кто-то выше Бога, от кого Он мог бы иметь Свое начало. Это было бы противоречием на уровне терминологии, ибо Богом мы называем нечто первичное. Вам не удастся подтвердить историчность Иисуса Христа и Его учения. Не сможете вы этого сделать и с Юлием Цезарем. Исторические события не „подтверждаются“. Они принимаются или не принимаются на основе компетентного. вероятного и предпочтительно современного утверждения. На этом-то основании христиане и предлагают принять Иисуса.

• Соответствует ли действительности утверждение, что наука прогрессивна, а христианство препятствует прогрессу? Доля правды в этом есть. Но только доля. На некоторых этапах своей истории христианство действительно тормозило прогресс. Достаточно вспомнить православную церковь в царской России. Или испанскую инквизицию. Или преследование церковью Коперника и Галилея на заре научных открытий. Все это было...

Но чаще все же христианство было в авангарде прогресса. Прогресса в образовании, медицине, в освобождении угнетенных, заключенных, рабов и женщин. Вспомним также многих христиан на заре современной науки — Кеплера, Пристли. Ломоносова...

Вспомним и негативные стороны науки. Расщепление атома — явление само по себе безобидное. Результат этого открытия — опасность разрушения планеты. Ужасающи последствия открытий биологии и химии! В рамках строго научных можно было бы назвать биологическое и химическое оружие „прогрессом“! Но способствует ли оно прогрессу человечества, как таковому?

• Далее. Наука пользуется логикой, тогда как христианство базируется на вере. Еще одно ошибочное мнение. В научных исследованиях есть, конечно, логика и порядок, но порядок и логика присущи также и философским, историческим, этическим и религиозным дисциплинам христианства. Но, в конечном счете, и христианство, и наука зависят от веры. Вера не означает верить тому, что является заведомо неправдой, по определению одного школьника. Вера — это уверенность на основе свидетельства. А это и является главным как для научного метода, так и для христианской веры.

Без веры вы не можете начать ни научного исследования, ни христианской жизни. В обоих случаях следует верить. В случае с наукой вы должны допустить предположение, что мир, который мы видим и осязаем, реален, хотя эта гипотеза и не лишена серьезных проблем, известных любому философу. Вы должны руководствоваться научным представлением о единообразии существующего мира и преобладании причины над следствием. Без этих предварительных „скачков веры“, какими бы резонными они ни были, вы не сможете начать научное исследование.

В равной степени истинному христианину нужна уверенность. Вы не должны сомневаться, что существует живой Бог, который явил Себя в Иисусе Христе. Вы должны вверить свою жизнь Самому Иисусу, верить Ему. Без этой веры, этой самоотдачи на основе исторического свидетельства истинного христианства быть не может.

Наука и вера в Творца Вселенной — понятия, по мнению многих, несопоставимые. Но мы не сможем понять окружающий нас мир и наше место в нем, если не будем рассматривать их в единстве.

В науке открытие редко является результатом одной только мыслительной деятельности или логического осмысления. Тут есть какая-то искра вдохновения, какое-то предчувствие, доля экспериментирования, порой даже риска. „А что, если попробовать еще так?..“

Вот оно! Самоотдача на основе свидетельства! А если эксперимент увенчался успехом, вы повторяете его, и со временем он становится еще одним элементом нашего знания. Так же и в христианстве. Христианство заявляет, что Бог не только создал этот мир, но и пришел в него. Тут христиане пользуются научным методом. Они не могут знать первопричину истинности этого заявления. Дело тут не только в логике. Им надо верить гипотезе, что это могло быть на самом деле, и убедиться, что гипотеза верна. Христиане основываются исключительно на свидетельстве, что некоторые вещи абсолютны. И в какой-то определенный момент оказывается, что вещи эти действительно реальны: вера приводит к желаемым результатам.

Вопреки распространенному мнению, большая часть христиан в университетах — ученые. В этом нет ничего удивительного. Ведь их метод очень похож на христианский — самоотдача на базе свидетельства, т.е. вера.

• И. наконец, как насчет чуда? Если ваши теории ограничены физической вселенной с ее устоявшимися и неизменными законами, то концепция чуда, которая подразумевает прекращение действий этих законов в пространстве и во времени, покажется вам неприемлемой. Но это уже взгляд на науку из прошлого столетия, и не так уж много крупных ученых разделяет его. Со времени создания Гейзенбергом квантовой механики и принципа неопределенности картина науки выглядит несколько иначе. Главное же. что нам следует помнить. — „законы природы“ носят не предписывающий, а описательный характер. Они не определяют, что должно случиться: они описывают, что уже произошло. Наука может говорить, что чудес при обычно существующих обстоятельствах не бывает. Но она не имеет права заявлять, что они невозможны. Это заявление не укладывается в рамки науки. И если Бог действительно явился на эту землю в лице Иисуса Христа, разве удивительно, что Он совершал чудеса, как сообщают об этом Евангелия? Их нельзя считать невозможными.

Наука не находится в конфликте с христианской верой, хотя этого нельзя сказать о некоторых ученых. Большинство же ученых является убежденными христианами.

ПРЕДРАССУДОК СЕДЬМОЙ
БИБЛИЯ НЕДОСТОВЕРНА

Библия — это вовсе не книга. Это библиотека. Она состоит из шестидесяти шести книг, написанных на трех языках многими авторами за период около двух тысяч лет. Были среди этих авторов евреи, были и представители других национальностей. Одни были царями, другие — пастухами. Разнообразие литературных жанров в Библии напоминает калейдоскоп: история и пророчества, псалмы и поэзия, Евангелие и послания, аллегории и притчи, даже поэма о любви.

При изучении Библии особенно бросается в глаза тот факт, что, несмотря на большое число авторов, все они принимают участие в написании одного и того же повествования.

• От начала до конца Библии Бог рассматривается одинаково. Он Создатель, Спаситель и Судья. Он — Святая Любовь.

• Читая, вы заметите, что суть природы человека всеми авторами Библии понимается одинаково. Человек способен на величайшую добродетель и на глубочайшую безнравственность. Созданное для славы Божией, но отвернувшееся от Него, высшее начало человека нуждается в примирении с Богом.

• Вы заметите общность во взгляде на Иисуса Христа. Самый обыкновенный человек, такой же как и мы все, Он, однако, дал нам возможность увидеть Бога, Которого мы не могли понять. Его смерть на кресте является не просто примером исключительного героизма. Она, с одной стороны, показывает глубину греха человека, который в состоянии уничтожить самое лучшее, а с другой стороны — глубину Божьей любви, готовой пойти на любые жертвы для того, чтобы спасти нас от отчуждения, в котором мы находимся. Авторы Библии единодушны и в вопросе о том, что на кресте случилось что-то очень важное: „Он вознес наши грехи Своим телом на древо“. Они также ясно говорят о том, что смерть не имела власти над Иисусом. Он восстал из гроба в первый день Пасхи. Он жив и сегодня, и мы можем с Ним встретиться. Иисус Христос может изменить всю нашу жизнь.

• Вы обнаружите, что авторы Библии пишут о надежде. В конце века Бог достигнет Своей цели как на земле, так и на небе.

Нет никакого сомнения в том, что авторов Библии объединяет удивительнейшая гармония взглядов. Попробуйте найти что-либо подобное в мировой истории или литературе. Где еще вы найдете такое единство взглядов на Бога у совершенно различных авторов, писавших на протяжении почти двух тысячелетий?

Сравнительное богословие — очень интересное исследование. Сравнивая, мы непременно придем к выводу, что человечество всегда искало Бога, но эти поиски приводили к различным результатам. Однако Библия повествует не только о поисках Бога человечеством. Изучая Библию, мы делаем для себя совершенно неожиданное, удивительное и очень важное открытие: Бог ищет человека! Бог — наш лучший Друг, Которого мы отвергли, но Который так любит нас, что находит нас, невзирая на то. что мы восстали против Него. Ни одна религия в мире не говорит нам о подобных вещах. Только в Библии тема спасения красной нитью проходит через всю книгу.

Ветхий Завет лежит в основе трех монотеистических религий: иудаизма, христианства и ислама. От него нельзя легкомысленно отмахнуться, как от чего-то недостоверного. Он является одной из самых плодотворных творений всего человечества. Нельзя, конечно, доказать истинность того, что Ветхий Завет говорит о Боге. Это вопрос веры. Но можно доказать, что его текст очень достоверно передает события. В свитках, найденных у Мертвого моря в 1947 году, содержатся еврейские тексты многих книг Ветхого Завета. Написанные между 150 г. до нашей эры и 70 г. нашей эры. они на 1000 лет древнее любого ранее известного манускрипта Библии. Однако тексты практически идентичны. Это является красноречивым доказательством того, что мы располагаем исключительно надежными текстами Ветхого Завета.

А в Ветхом Завете уже указывалось на спасение... в будущем. Как метко заметил Августин Блаженный, смысл и значение учения Нового Завета сокрыты в Ветхом, а Ветхого Завета — в Новом. Центральной же фигурой Нового Завета является Сам Иисус, живший в первом веке нашей эры, распятый при римском правителе Понтии Пилате.

Существует и светское свидетельство об Иисусе. О Нем сообщают нам два известных римских писателя того времени: Тацит (Анналы 15. 44) и Плиний Младший (Письма 10. 96). А также еврейские документы — Иосиф Флавий (в особенности „Древности“ 18. 3. 3) и Мишна. Эти тексты подтверждают Его историчность. Его необычное рождение. Его чудеса. Его учение: они свидетельствуют о Его учениках. Его мессианских притязаниях. Его смерти через распятие. Его воскресении и Его обещании снова явиться в конце веков. Археология также подтверждает факт существования в первом веке христиан и предметов их веры, а также истинность христианских утверждений в Евангелиях и Деяниях Апостолов.

Но, конечно, основным источником информации об Иисусе служит нам сам Новый Завет. Можем ли мы ему верить? Тут все сводится к трем спорным моментам:

• Можно ли верить документам? Располагаем ли мы Новым Заветом в таком виде, каким он был первоначально написан, или же в текст в течение веков были внесены изменения?

Хочется отметить, что текст Нового Завета настолько достоверен, что никто не осмелится исправить его. Мы располагаем большим количеством манускриптов Нового Завета, почти полностью излагающие описанные в нем события. Разница между ними настолько незначительна, что можно быть уверенным в наличии самого оригинала среди манускриптов. Ни одна из христианских доктрин не основывается на спорных фактах. Новый Завет дошел до нас в той форме рукописи. которая была широко распространена во время жизни Христа и на сегодняшний день является самым древним памятником этой письменности.

Как писала знаменитый библейский археолог Кэтлин Кенион: „Разница во времени между датой написания оригинала и первоначальным свидетельством настолько мала, что ее не стоит принимать в расчет, и это устраняет наши последние основания для опасений, что Священное Писание дошло до нас в искаженном виде“.

• Можем ли мы доверять тому, что написано в Евангелиях? Одно дело — иметь достоверные манускрипты. Другое дело — иметь достоверную информацию об Иисусе.

Для многих миллионов людей ориентиром в жизни является Библия.

И тут мы снова можем быть совершенно спокойны. Евангелия не являются историей, биографией или учением. Они представляют собой новую литературную форму — „Благую Весть об Иисусе“. Эта Благая Весть проповедовалась по всей империи в течение тридцати лет. пока не было написано самое раннее Евангелие, Евангелие от Марка. Не дает ли этот период в 30 лет возможности для искажений и измышлений? Нет. В одной из наиболее значительных книг нашего столетия о Новом Завете — „Апостольская проповедь и ее развитие“ — профессор С. X. Додд доказал, что тот же самый образец проповеди об Иисусе можно обнаружить во всех независимых от Нового Завета источниках, свидетельствующих об Иисусе.

Некоторые из событий, описанные в Евангелиях, остаются открытыми для исследования. Существует два теста, применение которых может значительно облегчить современным ученым их исследовательскую работу. Один из них — проверка текста арамейским языком. Если что-либо из Евангелий может быть легко переведено с греческого оригинала на лежащий в его основе арамейский, которым пользовались Иисус и Его ученики, то степень достоверности чрезвычайно велика. Второй тест — многократное подтверждение события. Если какое-то событие или мнение подтверждается несколькими местами Евангелий, то исключить достоверность очень трудно. Это относится, в частности. к главным моментам Священного Писания, таким как основные положения учения Христа, чудо насыщения пяти тысяч, смерть и воскресение Иисуса.

Хотя критика Евангелия и сложна, можно без преувеличения сказать, что никакие книги в мире не были так детально изучены, как Евангелия, подвергавшиеся критике ученых на протяжении более двух с половиной столетий. Однако, несмотря на все это, репутация их осталась высокой.

• А теперь подойдем вплотную к главному вопросу: можем ли мы доверять Тому. Кто находится в центре внимания Библии. — Иисусу Христу? Звучат ли достоверно сообщения о Его жизни и учении, Его смерти и воскресении. Его любви и призыве к покаянию и следованию за Ним? Является ли Он Тем. Кем мы не только восхищаемся, но и в Ком мы отчаянно нуждаемся?

Многие из тех, кто объявляет Библию сборником мифов, совершенно незнакомы с ее учением. Они абсолютно уверены только в одном, что не хотят смириться перед Иисусом Христом, о Котором говорит Библия. Беда не в том, что они не могут поверить тому, о чем говорится в Библии, как когда-то сказал Гек Финн, а в том, что они могут поверить! Этого вполне достаточно, чтобы оказаться в большом нравственном затруднении. Если Библия истинна, то готовы ли мы признать ее?

ПРЕДРАССУДОК ВОСЬМОЙ
НЕТ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ТОМУ, ЧТО
ИИСУС ХРИСТОС ВОСКРЕС ИЗ МЕРТВЫХ

Верить заявлению, что Иисус воскрес из мертвых, не располагая к тому вескими доказательствами, в самом деле очень трудно. Доказательства просто необходимы!

История располагает на этот счет очень достоверными фактами. Один известный историк назвал воскресение Христа „наиболее достоверным событием древней истории“. Председатель Верховного Суда Англии заявил однажды: „Свидетельства в пользу воскресения Иисуса Христа из мертвых так весомы, что любой разумный совет присяжных в мире подтвердил бы его истинность“.

И все же многие отказываются верить в возможность воскресения, не говоря уже о том, чтобы верить в его реальность. Некоторые говорят: „Воскресений не бывает. Они противоестественны“. Но если существует Бог, Который все создал и Который управляет всем этим миром, разве не мог Он воскресить кого-либо из мертвых? Конечно, воскресения не случаются с любым Томом, Диком и Гарри: более того, Библия утверждает, что воскресение Иисуса — случай уникальный. Ничего подобного не случалось ни до и ни после него. Он воплотил в Себе любящего Бога и победил смерть, которая является нашим последним врагом.

Воскресение Иисуса Христа дает нам уверенность в существовании загробной жизни.

В новозаветных повествованиях о воскресении Иисуса ощущается чувство огромного торжества. Апостол Петр в самой первой христианской проповеди сказал: „Сего Иисуса вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили: но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти, потому что ей невозможно было удержать Его“ (Деян. 2:23-24).

Утверждение Библии о воскресении Иисуса не имеет ничего общего с выведением человека из состояния клинической смерти. Не является оно и частичным продлением жизни, которое закончится смертью. Скорее всего, именно в Иисусе из Назарета, и только в Нем одном, полностью осуществился Божий план спасения человечества. После смерти Он воскрес в новом качестве к новому жизненному измерению. Он — первый „выпуск“ того, что уготовлено для нас всех. Он — залог судьбы всех верующих в Него.

Если это так, то это самая удивительная весть, которую когда-либо слышал мир. Это должно означать, что Бог все-таки есть. Это означает, что Иисус Христос действительно Его Сын, что смерть на кресте не имела над Ним власти. Он жив. Его можно встретить и сегодня и быть с Ним в общении! А если это так. то после смерти нам не грозит опасность погаснуть, подобно свече, но предопределено быть в вечном присутствии Бога. Это означает также, что очень важно узнать Его уже сейчас, пока есть для этого возможность. Это означает в конечном итоге, что нам нет нужды, как раньше, бояться смерти. Сам акт смерти может быть и неприятным, но как прекрасно будет потом. Ведь смерть — это значит „разрешиться и быть со Христом, что несравненно лучше“. Так писал апостол Павел из тюрьмы, где ему самому грозила неминуемая гибель.

Итак, вопрос о свидетельстве чрезвычайно важен. Знаменитого философа, профессора С. Е. М. Джоуда однажды спросили, с кем из древней истории он более всего желал бы встретиться и о чем он спросил бы ту личность. Тот ответил: „Больше всего я желал бы встретиться с Иисусом Христом; тогда я бы спросил Его: „Воскрес ли Ты?“ Действительно, воскрес ли Он? Пять существенных моментов указывают на то, что Он воскрес:

• Иисус был мертв. Его публично казнили в присутствии толпы народа. Как сотник, выполнявший экзекуцию, так и правитель Пилат, пославший проверить исполнение своего приказа, однозначно и единодушно свидетельствовали, что Он мертв. Более того, один из воинов копьем пронзил Ему грудь, чтобы убедиться в Его смерти, и тотчас из раны истек темный сгусток и светлая сыворотка, показавшиеся неискушенному свидетелю, пишущему об этом, кровью и водой (Ин. 19:34). Более надежного правового медицинского свидетельства, чем это, быть не может. Да, в ту страстную пятницу Иисус был абсолютно мертв. Не стоило бы заострять на этом внимание, если бы не тот факт, что некоторые люди, пытаясь обойти свидетельство о воскресении, утверждают, что Иисус находился якобы в состоянии клинической смерти и ожил в прохладе гробницы.

• Гробница была пуста. Иисус был похоронен в новой гробнице, никогда ранее не использованной, а потому бывшей в хорошем состоянии и легко опознаваемой (Ин. 19:41). Но когда Его друзья пришли помазать Его тело по прошествии субботы, тело Его исчезло. В этом единодушны все источники. Это было потрясающе! Враги Его годами вынашивали планы, чтобы убить Его. Приняв меры предосторожности, они поставили у гроба стражу и приложили к камню печать (Мф. 27:62-66). Но все эти меры предосторожности были напрасны. В пасхальное утро гроб оказался пуст (читайте повествование об этом событии в Евангелиях от Мф. 27:1-10; от Мк. 16:1-8: от Лк. 24:1-12; от Ин. 20:1-18; в 1Кор. 15:1-11).

Гробница была либо опустошена людьми, либо Бог действительно воскресил Иисуса, Своего Сына, из мертвых. Если же она была опустошена людьми, то какими? Врагов не стоит принимать в расчет. Они были рады, что Он уже не мешал им. Могли ли Его друзья унести тело? Думаю, что нет. Они сами были очень удивлены, они не ожидали таких последствий Его смерти. Удалось бы им поставить с головы на ноги учения, всю теологию старого мира, провозглашая заведомую ложь, ложь, за которую они согласны были пойти на арену в пасть львам? Прочтите Деяния Апостолов и спросите себя, отдает ли оно фальшью или же эти люди были совершенно уверены в том, что они утверждали.

• После Своей смерти Иисус явился многим свидетелям. Новый Завет не заостряет внимания на пустой гробнице. Авторов гораздо больше интересовал живой Иисус, рассеявший законное сомнение Своих учеников, являясь им то в саду, то по дороге в Эммаус, то в горнице или у озера. В каждом из Евангелий сообщается об этих явлениях (они продолжались лишь 40 дней и окончились так же неожиданно, как и начались). Абсолютно недопустимо считать их галлюцинациями: ведь все это происходило с таким искушенным рыбаком, как Петр; таким рассудительным чиновником, каким был Матфей. Явления Христа ученикам после воскресения до сир пор не получили полного объяснения. Они просто были. Они доказывают, что Иисус жив.

• Христианская Церковь обязана своим существованием воскресению Иисуса Христа. В самом деле, вера в воскресшего Христа была первой и главной особенностью, отличавшей евреев-христиан от других евреев. Эта вера положила начало Церкви и распространилась по всей Римской империи. Эта вера освещает путь сердцам примерно трети человечества спустя двадцать веков после описанных событий. Она не исчезает. Она растет и проникает во все уголки земного шара.

• Очень многие люди повстречались с живым Иисусом. Который изменил их жизнь. Дело тут не в том, чтобы из многих доктрин признать одну и отстаивать ее. Дело в личном переживании. В течение веков, начиная с первого столетия вплоть до наших дней, буквально миллионы людей, подобно Савлу из Тарса, поверили, что Христос — не мифический образ, что Он — реальная Личность. Что изменило их? Они встретились с живым Иисусом, пригласившим их принять Его верой и призвавшим их жить по-новому. Он и сегодня возрождает людей к новой жизни, подобно тому, как это случилось с Его первыми учениками.

Я сам пережил такую встречу с Иисусом. Ее может пережить любой, желающий узнать об Иисусе. Откуда? Из Евангелий. Исследуйте Писание. Посетите христианское богослужение и проникните в его смысл.

Прочувствуйте то, что вы узнаете об Иисусе Христе, и скажите: „Господи, если Ты действительно жив, убеди меня в этом. Тогда я последую за Тобой“. Не одному сомневающемуся был дан ответ на такую молитву.

ПРЕДРАССУДОК ДЕВЯТЫЙ
СУЩЕСТВОВАНИЕ ЗЛА И СТРАДАНИЯ В МИРЕ
ГОВОРИТ О ТОМ, ЧТО БОГА НЕТ

Многие люди считают, что существование зла с неминуемым страданием, которое оно влечет за собою, является непреодолимым препятствием к уверованию в доброго Бога. В доказательство приводятся следующие аргументы:

• Добрый любящий Бог не допустил бы зло и страдание на земле.

• Всемогущий Бог мог бы устранить зло и страдание, стоило бы Ему только захотеть.

• Поэтому, если бы существовал Бог, зла и страдания не должно было бы быть.

• Но никто не станет отрицать, что зло и боль существуют. Поэтому Бога (по крайней мере, доброго и всемогущего) нет.

Эти аргументы на первый взгляд кажутся убедительными. Но задумались ли те, кто просит, чтобы зло было искоренено, над тем, чего они просят? Допустим на минуту, что Бог вдруг стер бы зло с лица земли. Где бы мы оказались? Разве не погибло бы все человечество? Ибо кто из нас свободен от зла? Зло — не абстрактное понятие. Оно — серьезная нравственная проблема каждого из нас. Корень зла кроется в нас самих. И если бы решением проблемы было удаление этого корня, наше положение было бы безнадежным.

Страдание и боль присущи всем людям. Испытал все это на Себе и Иисус Христос.

Или допустим на минуту, что проблема боли и зла привела нас к отрицанию любящего Бога, и представим себе, что нашу судьбу вершит некий монстр или что судьбу нашу определяют звезды. Что тогда? Мы бы, возможно, освободились от одних проблем, но взамен столкнулись бы с еще более серьезными. Возможно ли существование великодушия, любви и человечности, бескорыстия и милосердия в мире, которым правят ужасный монстр или бездушные звезды? В жизни есть не только зло. Все намного сложнее, чем мы себе это представляем.

В любом случае, наличие в мире зла и боли ставят перед верой большие проблемы. Христианство не предлагает какого-то необычного, из ряда вон выходящего решения этих проблем на философском уровне. Однако Библия дает нам уверенность, помогает нам жить в мире, в котором страдание является неизбежной реальностью. Из Библии мы узнаем, что и Богу страдание было не чуждо.

• Библия учит, что не Бог виновник зла и боли. Мир, созданный Им, был прекрасен. Но уже начиная с удивительно яркого рассказа об Адаме и Еве, мы видим, как человечество отворачивается от Бога, используя дар свободной воли для протеста. Это приводит к дисгармонии совершенного Божьего мира. Между человечеством и его окружением существует, однако, тесная связь. Когда человечество отказалось от Бога и через непослушание в этот мир проникло нравственное зло, появилось и страдание. В мире все взаимосвязано: зла без страданий быть не может. Далее Библия продолжает утверждать, что злые поступки человека объясняются сильным внешним влиянием, присутствием дьявола, ненавидящим Бога и все, что с Ним связано. Иисус часто говорил о существовании этой злой силы, которая стремится навредить человечеству и его окружению и сделать все возможное, чтобы разрушить добрые намерения Бога. Библия разъясняет, что эта пагубная сила имеет прямое отношение к злу и страданиям в этом мире. Между силами добра и зла идет война, и мы каждый день оказываемся вовлеченными в эту войну. Таково библейское учение. Разве оно не звучит правдиво?

• Далее, Библия учит, что не Бог создал зло и страдание, Он их нам и не желает. Однако Он тем не менее может воспользоваться ими и нередко прибегает к этому. Наличие в мире зла заставило многих стремиться к добру. Наличие в мире зла привело к возникновению таких черт характера, которые были бы невозможны без него, — смелости, терпению, самопожертвованию, состраданию... Бог пользуется болью мудро, Он хочет привлечь нас к Себе, сломить нашу непокорность.

• Бог не оставил нас одинокими в беде, виновниками которой мы сами являемся. Он не остался сторонним наблюдателем. Он пришел в этот мир страданий, боли и зла. Он явился как Человек к Ему подобным. Он жил в нищете и страданиях. Он знал, что такое холод и голод, побои и горе. Жизнь Его кончилась самой мучительной смертью. Пусть никто не говорит, что Богу все равно, что Он нас не понимает. Он Сам испытал все это на Себе.

• Бог вплотную столкнулся с проблемой зла и страданий. Иисус не только прочувствовал, на кресте нашу боль и страдания. Он взял на Себя личную ответственность за грехи каждого человека, который когда-либо жил или будет жить на земле. Он позволил огромной массе греха обрушиться на Него. Это стоило Ему невыразимых страданий. Это стоило Ему ада. В муках Он воскликнул: „Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?“ (Мф. 27:46). Атаковав проблему зла, без которого страдание невозможно, Он вплотную столкнулся с проблемой боли. Бог добровольно вознес на крест грехи всего человечества. Нам этого никогда не понять. Нам остается лишь восхищаться Его самопожертвованием. На кресте Бог прочувствовал проблему зла так остро, как не смог бы это сделать никто из нас. Он сделал это, чтобы исцелить нас от рака греха, поразившего все наше естество.

• Наконец, Он решил проблему боли и зла. Смерть на кресте и последовавшее за ним воскресение являются ярким свидетельством того, что зло и страдание не имеют последнего слова. У нас есть надежда. Ибо на кресте имело место не поражение, на нем свершилась победа. В страстную пятницу Иисус умер с возгласом триумфа на устах: триумфа над болью и ненавистью, над страданием и смертью, над дьяволом и всякого рода злом. В то пасхальное утро Он вырвался из тисков смерти. С тех пор Ему принадлежит власть над вечной жизнью. Смерть потерпела поражение.

Поэтому первые христиане и многие следующие поколения последователей Христа рассматривали зло и страдание как возможность прочувствовать победу Иисуса в своей личной жизни.

Эта победа пролила свет на темные глубины источника зла и боли. Победа Иисуса, восставшего из гроба, была для христиан залогом их собственного освобождения от зла и страданий. Они спокойно предоставили Ему возможность полностью открыть тайну зла в грядущей жизни.

Христиане полны надежды и верят, что тайна эта окончательно прояснится за пределами нашего бытия. Они делают это, будучи совершенно уверенными в том, что ключом к раскрытию этой тайны являются крест и воскресение Иисуса Христа.

Христиане верят в страдающего и побеждающего Бога. Эта вера дает им возможность не озлобиться и не потерять рассудок при виде всего страдания в мире.

ПРЕДРАССУДОК ДЕСЯТЫЙ
НЕ ВАЖНО, ВО ЧТО ВЫ ВЕРИТЕ.
СУТЬ ВСЕХ РЕЛИГИЙ ОДИНАКОВА.

Из всех предрассудков, которые мы рассмотрели, этот представляется нам самым безобидным. Он допускает веротерпимость, одно из тех качеств, которые особенно высоко ценятся христианами. Но при более тщательном изучении понятие веротерпимости не выдерживает никакой критики.

Ни в какой другой сфере жизни мы бы не воспользовались ею. Какой учитель удовлетворился бы следующим ответом своего ученика: „Не важно, как я отвечаю по алгебре, латыни, истории или географии. В конечном счете все сводится к одному“? Нам могут предложить тест, предусматривающий альтернативу. Правильно ли будет, если мы дадим несколько вариантов ответа? В религии, как и в любой другой сфере, мы обязаны тщательно взвесить все „за“ и „против“, прежде чем дать правильный ответ.

Возможно ли, чтобы все религии вели к Богу, когда они так отличаются, более того, часто противоречат одна другой? В индуизме божество многолико и неопределенно: Бог ислама — одна личность: христианский Бог — Бог любви. Создатель вселенной: божество буддизма не является личностью вообще. Большего контраста вы нигде не найдете. Христианство учит, что Бог прощает и помогает нам, в буддизме нет прощения и не существует надежды на сверхъестественную помощь. Целью жизни в буддизме является нирвана, угасание, достигаемое после не менее, чем 547 повторных рождений: целью всей жизни христианства является познание Бога и пребывание с Ним в вечном блаженстве. В индуизме широко представлены идолы; иудаизм же, напротив, запрещает делать изображение Бога. В исламе мужу разрешено иметь четыре жены, в христианстве — одну. Самое большое различие, пожалуй, лежит в Библии, которая утверждает, что мы не можем спастись своими силами, как бы мы ни старались; все же остальные религии утверждают, что человек спасется, или переродится, или станет одним целым, или достигнет совершенства, следуя соответствующему учению и живя по определенным законам.

Этот контраст особенно ярко виден при сравнении одного буддистского предания с очень сходной по содержанию притчей о блудном сыне (см. 15 гл. Ев. от Луки). В обоих случаях сын возвращается домой к отцу. Но если блудного сына в притче Христа при встрече ожидает прощение и сердечный прием, то его буддистский собрат должен рассчитаться за ошибки прошлого годами рабского труда.

Христианству не пойдет на пользу, если мы будем заявлять, что все веры одинаковы и что они лишь прикрываются разными вывесками. Это не так. Их конечные цели коренным образом отличаются друг от друга. Ад или рай, прощение или расплата за грех, Бог как личность или как безличное нечто, спасение милостью или благочестивыми делами. Контрасты разительны.

Почему же тогда многие люди делают такое сомнительное заявление, что все религии, в сущности, одинаковы?

• Наш мир стал тесен. Разные религии сталкиваются одна с другой, как это случается на улицах с людьми разных национальностей. Существует невысказанное мнение, что расовый плюрализм порождает религиозный плюрализм. Но это заблуждение.

• Либеральность приняла такие размеры, что мы принимаем Бога за какого-то хорошего, добродушного парня, который не станет журить нас за наши промахи. Он не допустит, чтобы кто-то погиб. Но это тоже неверно.

Варанаси — место религиозного паломничества индусов и буддистов. Основные положения и ритуалы самых крупных религий значительно отличаются друг от друга, и каждая стремится к сохранению своих ценностей.

• Многие сегодня поступают так, будто только вера имеет значение. Следует только верить не важно — во что. Еще одно недоразумение. Вера подобна канату. Очень важно, к чему вы его привяжете.

• Такой подход означает также, что людям не надо принимать самостоятельного решения. Если все религии одинаковы, к чему тогда выбирать? Все будет в порядке. Но будет ли? А что, если это еще одна ошибка?

Легкомысленно утверждение, что мы все ищем Бога и обязательно найдем Его. Оно противоречит как тому, Кем является Бог, так и самой человеческой природе. Если все же есть Бог, то только Он первопричина нас и всего окружающего нас мира. Он — основа всего живого. Можем ли мы, слабые человеческие создания, дорасти до Него? Можем ли мы понять Его? Без сомнения, нет. Остается лишь надежда на то, что Он, возможно, уже открылся нам. Библия, и только Библия, заявляет, что такое откровение уже состоялось. Вначале смутно, затем, когда Ветхий Завет пролил больше света на этот вопрос, люди стали познавать правду о Боге, Который любит нас и говорит с нами. Наконец, настал момент, когда Бог решительно и определенно открыл Себя в явлении Своего Сына. Он больше не является для нас чуждым Богом. „Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил“ (Ин. 1:18).

Если Божье естество является одной причиной, по которой Его создание не может увидеть своего Создателя, то человеческая природа является другой причиной. Библия учит, что мы крайне эгоистичны, что мы не идем на загоревшийся перед нами свет, а, наоборот, часто отворачиваемся от него или пытаемся вовсе его потушить. Она доказывает нам, что в нашей человеческой природе есть слабости, заводящие нас в такие тупики, куда мы вовсе не желаем попасть.

Если это так, тогда у нас нет никакой надежды на то, что мы познаем Бога, и никакая религия не может перебросить мост через пропасть, разделяющую святого Бога и нас, грешников. Если надежда все же остается, то это спасение должно быть от Бога. Бог не только являет нам Свою сущность, но и находит возможность возвратить мятежников в Свою семью, примирить врагов, вернуть заблудших на праведный путь. Библия, и только Библия, учит нас, что такой Бог существует и что Он есть путь. Крест является символом незаслуженного прощения наших грехов: Бог Сам Своею смертью уплатил за них.

Таким образом, христианство вовсе не религия, если под „религией“ мы понимаем поиски Бога. Истинное христианство — это откровение и спасение.

• Это откровение того, каков Бог; и оно совершилось в доступной для нас форме, ибо Бог явился нам человеком. Это также откровение того, каковы мы сами, ибо люди не приняли святого, безгрешного Иисуса и пригвоздили Его ко кресту.

• Оно — спасение. Бог пришел, чтобы найти меня. Он встретил меня в момент смерти Своего Сына возле пустого гроба, из которого Его Сын восстал с победою.

Самое удивительное в том, что этот Бог, давший вместо религии откровение и спасение, хочет встретиться со мной. Он ищет со мной личного общения, которому не сможет воспрепятствовать даже смерть. Никакая религия в мире не может сравниться с этим откровением. Все религии различны по своей сущности, поэтому очень важно знать, во что вы верите.

Означает ли это, что все другие религии неверны? Конечно, нет. Все они содержат в себе долю истины. В таких религиях, как ислам и иудаизм, есть большая доля правды. Они похожи на различные огни, горящие в темноте мира. Но с наступлением утренней зари они бледнеют и становятся ненужными. Зарей этой является Иисус Христос. Он воплотил в Себе надежды, чаяния, достоинства, проницательность — все то истинно положительное, что имеется во всех религиях.

ОСТАВЬТЕ ПРЕДРАССУДКИ...
ИДИТЕ ЗА ИСТИНОЙ!

Предрассудки, которые мы рассмотрели в этой книге, мешают нам узнать истинную правду об Иисусе. Правда может причинить боль, но если она действительно истинна, она нам не повредит. Вот пять направлений христианской истины, которых я тебе советую придерживаться.

• Иди за истиной о Боге. В нашей жизни есть много указателей к правде о Боге. Они ведут нас как раз к тому Богу, о Котором говорит нам Библия: к Богу, Который нас сотворил, Который любит нас и говорит с нами как через окружающий нас мир, так и через Святое Писание.

• Иди за истиной об Иисусе. Иисус однажды сказал: „Я есмь истина“. В Его жизни, учении, смерти и воскресении заключается все для того, чтобы считать это удивительное заявление обоснованным. Взгляни на Иисуса внимательно, следуй Ему. Ты не разочаруешься в Нем, потому что Он является истиной.

• Иди за истиной о себе. Ты — загадка, иногда даже для самого себя, не так ли? Ты — ходячая гражданская война! Временами ты добр и задумчив, щедр и бескорыстен. А временами — так эгоистичен и мстителен, так похотлив и вероломен. Что за клубок противоречий сидит в тебе! Вместе с римским поэтом Овидием ты должен признаться: „Я вижу лучший путь и одобряю его, сам же избираю худший“. Оптимисты видят доброе в человеческой натуре, но мечтают об утопии. Пессимисты не видят впереди ничего, кроме нравственного убожества, политического хаоса и всеобщего разрушения. Христианство видит в нас полуразрушенные храмы, все еще носящие на себе следы былого величия. Эти храмы нуждаются в реставрации Архитектором, Который их спроектировал. Иисус Христос — Божий Архитектор. Он нужен тебе. Он хочет сделать из тебя здание первозданной красоты.

Человеку ничто не мешает верить в Бога. Только в Нем мы можем найти утешение и надежду.

• Иди за истиной, ибо ты должен измениться к лучшему. Откуда можно ждать помощь — ты уже понял? Прекрасно! Тогда вручи твой разрушенный храм жизни Тому, Кто восстановит его. Главное в том, чтобы Он взялся за это. А теперь давай вместе помолимся.

Господи,

я признаю,

что моя жизнь далека от того, чем она должна быть.

Я признаю,

что я прибегал к различным отговоркам

для того, чтобы держаться от Тебя

на расстоянии.

Я понимаю,

что очень нуждаюсь

в Твоей помощи,

и хочу,

чтобы во мне произошли перемены,

которые я не в состоянии

осуществить сам.

Господи,

мне еще многое неясно.

Но я начинаю понимать,

что Ты умер на том ужасном кресте,

чтобы победить зло в моей жизни

и зло всего человечества.

Я верю, что Ты воскрес и жив,

я хочу повстречаться с Тобой.

Войди в мою жизнь

и будь ее Господином!

Восстанови

разрушенный храм моего бытия!

Приди, Господи!

Я долго противился Твоему призыву.

Приди сегодня,

я готов следовать за Тобой

до конца моей жизни!

Твоя молитва будет услышана. Она послужит первым шагом к огромным изменениям в твоей жизни. Попробуй так помолиться.

• Иди за правдой, ибо ты должен духовно расти. Когда ты просишь Господа прийти и заняться изменениями в твоей жизни, ты бросаешь в землю маленькое зерно. Время и должный уход сделают свое дело — из него вырастет дерево. Но на рост потребуется время.

Рост — это, в первую очередь, совершенствование отношений с Богом. Молитва, чтение Библии, помощь друзей-христиан станут неотъемлемой частью твоей жизни. Даже твой характер постепенно изменится к лучшему.

Это будет означать совершенствование отношений с обществом в целом. Тебе захочется явить любовь Иисуса на деле, а также попытаться познакомить с Ним твоих друзей.

Это значит совершенствование отношений с другими христианами. Если ты никогда не был крещен водой, у тебя появится желание к этому. Тебе захочется общения и поддержки других христиан, посещающих богослужения. Тебе понравится принимать участие в вечере Господней — заповеди, которую оставил нам Иисус. Ты сочтешь великим преимуществом быть членом Церкви Христовой.

Это означает совершенствование отношений с самим собой. Ты вдруг обнаружишь в себе таланты, о существовании которых ты ранее и не догадывался, и захочешь использовать их для Христа. Ты также обнаружишь в себе много зла и будешь просить Иисуса освободить тебя от него.

Это совершенствование — дело всей жизни. Но однажды оно приведет нас к Нему, и сияние Его правды навечно преобразит нас в Его подобие.

Кто такой Иисус Христос?

Что есть истинная свобода?

Христианство — для слабых?

Христиане — явление социальное?

Кто такие христиане?

Наука и вера в Бога?

Достоверна ли Библия?

Воскрес ли Христос?

Бог и зло?

Религия и Христос?